Annie Jacobsen: Nuclear War, CIA, KGB, Aliens, Area 51, Roswell & Secrecy | Lex Fridman Podcast #420

У США 1770 развернутых единиц ядерного оружия. Их можно запустить всего за 60 секунд или за несколько минут. Те, что на бомбардировщиках, займут около часа. У России 1674 развернутых носителей. То же самое. Их системы вооружений сопоставимы с нашими. Это не считая 12,5 тысяч единиц у 9 ядерных держав. Ветры со скоростью 300 миль в час могут затянуть людей на миле вокруг в самый эпицентр. В ядерном грибе будут люди, Лекс. Облако 30-40 миль в ширину закроет Солнце. Уже не говоря о последующем радиационном поражении. Помимо концепции запуска по предупреждению, существует другая безумная концепция — единоличная президентская власть. Можно подумать, что при демократии такое невозможно. Нельзя просто взять и начать войну. Но ядерную войну можно начать, если ты главнокомандующий президент Соединенных Штатов. Более того, ты единственный, кто это может сделать. Мы всего в одном недоразумении, в одном ошибочном расчете от ядерного Армагеддона. Независимо от того, как ядерная война начнется, закончится она гибелью для.

Всех. Это разговор Сэнни Джейкомсон. журналистом-расследователем, финалистом Пулитцеровской премии и автором нескольких удивительных книг о войне, оружии, секретах правительства и национальной безопасности, включая книги «Зона 51», «Операция Скрепка», «Мозг Пентагона», «Феномены», «Удивить, убить, исчезнуть» и её новую книгу «Ядерная война». Это подкаст Лекса Фридмана. Чтобы поддержать нас, посмотрите наших спонсоров в описании. Теперь же, дорогие друзья, Кенни Джейкобсон. Давай начнем с весьма мрачной темы. Ядерной войны. Сколько людей уничтожит ядерная война между США и.

Россией? Я отвечу, так же мрачно и большим числом. Это число 5 миллиардов.

Человек. Ты описываешь, что произойдет, если начнется ядерная война, секунду за секундой, минуту за минутой, час за часом. Я бы с разных сторон хотел это с тобой обсудить. Сначала, как погибнут люди в краткосрочной и долгосрочной.

Перспективе? Начну с того, что я написала эту книгу, чтобы такие читатели, как ты, могли в ужасающих подробностях представить, насколько ужасна будет ядерная война. Как ты и сказал, секунда за секундой, минута за минутой. Книга охватывает всё, от запуска ядерного оружия до ядерной зимы. Я специально не углубляюсь в политику, предшествующую войне, в маневры национальной безопасности, в позиционирование. Я просто хочу, чтобы люди знали, ядерная война — это безумие. Каждый источник, с которым я беседовала для этой книги, от бывших министров обороны до командующих атомными подводными лодками, стратегического командования, глав МЧС и инженеров по ядерной технике — все они Говорили мне одно и то же. Ядерная война – это безумие. В первые 72 минуты ядерной войны погибнут сначала миллионы, потом десятки миллионов, а потом и сотни миллионов людей. А потом наступит ядерная зима, и уже миллиарды погибнут от голода. Задача шокировать людей, чтобы каждый из нас сказал, Погодите, что? Потому что все это прикрывают национальной безопасностью. Большинство людей не думают о ядерной войне ежедневно, но сотни тысяч людей, отвечающих за ядерное вооружение.

Готовы к такому событию.

И начать войну несложно. Как сказал Ричард Гарвин, инженер по ядерной технике, который разработал термоядерную бомбу Иви Майк, первую термоядерную бомбу, взорванную в 1952 году. Гарвин сказал мне, что все, что нужно для начала ядерной войны, один безумец нигилист с ядерным арсеналом. С.

Этого я и начала. Как это может начаться? Буквально, кто нажимает кнопку и что.

Нужно, чтобы ее нажать? Все начинается в космосе, где у Министерства обороны США развернута система раннего обнаружения. СПРН. Это созвездие спутников, следящих за всеми врагами Америки, чтобы в момент, когда будет запущено МБР, спутник в космосе, и я говорю о расстоянии в 1 десятую пути до Луны, настолько мощны эти спутники на геосинхронной орбите, они видят горячие выхлопы сразу после запуска МБР, буквально через долю секунды. Так начинается ужасная политика под названием запуск по предупреждению. Это стратегия контратаки США. Соединенные Штаты так яростно следят за возможным запуском ядерного оружия где-либо на Земле, чтобы командование США могло немедленно включиться в дело и осуществить контрудар. Это и есть политика запуска по предупреждению, которая буквально означает, что США не будут ждать, пока по ним нанесут ядерный удар. Они запустят свои ракеты в ответ еще до того, как.

Бомба противника достигнет цели. Таким образом, президент, согласно этой политике, не имеет права на ответный удар в течение шести минут, но после этого у него есть.

Возможность нажать на кнопку. Это одна из самых примечательных деталей, которую мне удалось установить для этой книги в беседах с министрами обороны, советниками президента по этому вопросу. Ты думаешь, как это вообще возможно? Давай разберем. Помимо концепции запуска по предупреждению, существует другая безумная концепция. Единоличная президентская власть. Можно подумать, что при демократии такое невозможно. Нельзя просто взять и начать войну. Но ядерную войну можно начать, если ты главнокомандующий, президент Соединенных Штатов. Более того, ты единственный, кто это может сделать. Позже мы можем обсудить, почему сложилась такая система. Мне удалось узнать источник этой концепции в Лос-Аламосе, они рассекретили её для книги. Идея в том, что ядерная война развернётся так быстро, что только один человек может быть ответственным за принятие решения. Президент. Он не спрашивает разрешения. Ни у министра обороны, ни у председателя Объединенного комитета начальников штабов, ни у Конгресса США. Отсюда и маленький срок, который ты упомянул. Шестиминутное окно. Некоторые считают это абсурдом. Мол, откуда нам знать про шесть минут? Вот лучшее объяснение, которое я могу дать. В мемуарах президента Рейгана он упоминает это шестиминутное окно и называет его иррациональным. Таким оно и является. Он говорит, как кто-то может принять решение о запуске ядерных ракет, опираясь на всплеск на экране радара. Это его слова, чтобы развязать Армагеддон. И все же.

Это реальность ядерной войны. Представь себе, Сидишь ты один, будучи президентом, а ведь президент — это всего лишь человек. И вот ты сидишь с уведомлением, что Россия запустила ракеты. У тебя есть шесть минут. Я каждый день медитирую на тему своей смертности. А здесь ты медитируешь, размышляя не только о своей смертности, но и о смертности всех людей, которых ты знаешь, всех близких. Я представляю, что у меня в голове будут образы всех знакомых и любимых мною людей и понимание, что, скорее всего, их не станет. Даже если они каким-то чудом выживут, они будут страдать и в конце концов умрут. Возникает вопрос, как можно это остановить? Неужели все неизбежно перерастет в полноценную ядерную войну, которая все уничтожит? Похоже, что неизбежно. На месте президента кажется, что.

На это невозможно не ответить. Меня поразило то, насколько мало, оказывается, большинство президентов знают о той ответственности, которая буквально лежит на их плечах. Ты можешь думать об этих шести минутах, я могу о них думать. Но я многое поняла из разговора с бывшим министром обороны Леоном Панеттой. Перед тем, как стать министром обороны, он был директором ЦРУ, а еще раньше был главой аппарата Белого дома. Он был на позициях, близких к президенту. Леон рассказал, что когда он был главой аппарата президента при Клинтоне, он заметил, что президент не хотел всерьез обсуждать эту тему. Перед ним стояло слишком много других задач. Только когда Панетто стал министром обороны, он, по его словам, понял всю тяжесть этой ответственности. Он знал, что будет тем человеком, к которому президент обратится в случае уведомления о ядерной атаке. И, кстати, запуск по предупреждению включает не только спутник, который видит МБР из космоса, Для подтверждения нужен еще один сигнал от наземной радиолокационной системы. Но в этот процесс, который занимает всего несколько минут, вовлечены все, кто готовится уведомить президента. Первыми – НОРАД, или Стратегическое командование, или УНР, которые отслеживают данные о раннем предупреждении, уведомляют министра обороны и председателя Объединенного комитета начальников штабов, потому что они будут докладывать президенту «Сэр, у вас 6 минут, чтобы принять решение». Вот тут ты осознаешь, что скорость, с которой это происходит, идет вразрез с самим событием. Опять же, я узнала, что все президенты, приходя на должность, понимают концепцию сдерживания, идею о том, что у нас есть огромные арсеналы ядерного оружия, направленные друг на друга и готовые к запуску, чтобы мы не начали ядерную войну. Но сейчас мы говорим, а что, если начнем? А если начнем? Ты поднимаешь действительно жуткий и тревожный подтекст современного мира, потому что Многие страны, обладающие ядерным оружием, находятся в прямом конфликте с другими странами. И впервые за десятилетия угрозы ядерной войны.

Исходят из уст лидеров. Это ужасает. То есть, сдерживание, это вежливое, молчаливое условие, заключается в том, что никто не запустит ракеты. А если запустит, мы запустим свои в ответ, и все умрут. Но это предположение полностью рушится. Вся философия рассыпается, как только случается первый запуск. У тебя есть шесть минут, чтобы решить, мы действительно собираемся ударить в ответ и убить всех на Земле? Или подставим.

Другую щёку в самом страшном смысле? Ну, когда начнётся ядерная война, не будет никакой битвы за Нью-Йорк или битвы за Москву. Это буквально во время Холодной войны это называли войной за нажатие кнопки, и в сущности так и есть. Давай пройдёмся по числам, если ты не против. Ты говоришь, погодите, Мы просто надеемся, что этого не случится. Давай поговорим о России и США и арсеналах, которые мы буквально друг на друга направили. У США 1770 развернутых единиц ядерного оружия. Их можно запустить всего за 60 секунд или за несколько минут. Те, что на бомбардировщиках, займут около часа. У России 1674 развернутых носителей. То же самое. Их системы вооружений сопоставимы с нашими. Это не считая 12,5 тысяч единиц у девяти ядерных держав. Арсенал одних лишь Штатов и России, которые можно запустить за секунды или минуты, подчеркивает безумие взаимного гарантированного уничтожения, идею, что никто не атакует, потому что это обеспечит всеобщее уничтожение. А что, если атакует? В интервью со множеством высокопоставленных советникам по вопросам национальной безопасности, советников президента, людей, ответственных за принятие подобных решений, если это потребуется, каждый сказал, что такое может произойти. Никто не сказал, это никогда не произойдёт. Стоит об этом задуматься, потому что я считаю, что это снимает завесу с основного вопроса безопасности, если кто-то применит тактическое ядерное оружие. Мол, это всего.

Лишь эскалация. Это больше, чем эскалация. Для тебя использование тактического ядерного оружия, возможно, тут проходят границы между тактическим и стратегическим оружием, может.

Стать катализатором? Откатить назад будет трудно. О боже, почти наверняка. Опять же, каждый сотрудник национальной безопасности с этим согласится, особенно со стороны США. Стратегическое оружие — это крупные оружейные системы. У Америки есть ядерная триада. У нас есть МБР с ядерной боеголовкой в обтекателе, которые базируются в шахтах. Они могут достичь другого континента примерно за 30 минут. Еще у нас есть бомбардировщики Б-52 и Б-2, способные нести ядерное оружие. Им требуется время, чтобы добраться до другого континента, но их можно отозвать.

МБР после запуска нельзя отозвать или перенаправить. Это особенно пугающий момент. Ракеты с.

Ядерными боеголовками, запущенные с земли, нельзя отозвать. не отозвать, не перенаправить. К слову о том, как мало знают президенты. В 1983 году президент Рейган на пресс-конференции ошибочно заявил, что запущенные из подводных лодок баллистические ракеты можно отозвать. Их нельзя отозвать. Это человек, ответственный за арсенал. В случае, если его придется использовать, он даже не знает, что их нельзя отозвать. Это тот вид дезинформации, о котором недавно говорил генеральный секретарь ООН Антонио Гутерриш в контексте нарастающих конфликтов по всему миру. Мы всего в одном недоразумении.

В одном ошибочном расчете от ядерного Армагеддона. Вернемся к тактическому ядерному оружию. Ты упомянула стратегическое ядерное вооружение, наземные.

Системы, бомбардировщики, подводные лодки, а тактическое оружие? Это триада. Триада есть и у нас, и у России. Тактическое ядерное оружие — это боеголовки меньшего размера, которые были разработаны для использования на поле боя. И именно их Россия сейчас угрожает использовать. Идея в том, что на поле боя, в оперативной обстановке, кто-то может принять решение применить тактическое ядерное оружие. Ставки повышаются. Но проблема в том, что все договоры основаны на том, что ядерное оружие использовать нельзя. Нельзя пересекать эту черту. Что произойдет, если её перейдут? Трудно представить, насколько это будет разрушительно. Думаю, что всем людям у власти стоит поднять этот разговор. Генеральный секретарь ООН говорит, что это безумие.

Мы должны отступить от края. Мы на краю. Можем обсудить другие цифры? Ты упомянула количество боеголовок. Сколько времени нужно для пересечения океана из Соединенных Штатов до России, из России.

До США, из Китая до США. Сколько примерно? Когда я писала предыдущую книгу о DARPA, научном агентстве Пентагона, я посетила библиотеку Гейзеля в Сан-Диего. чтобы изучить документы Герберта Йорка. Герб Йорк был первым главным ученым Пентагона в DARPA, тогда оно называлось ARPA. Я пыталась узнать точное время полета ракеты от различных агентств. Какое точное время и откуда мы его знаем? Меняется ли оно? Сокращается ли оно по мере развития технологий? Такие вопросы. Но никто не давал официального ответа. К моему удивлению, я нашла этот ответ в пыльных архивах Герба Йорка. Эта информация строго охранялась. Она, по сути, не была засекреченной, но определённо не была общедоступной. Я подумала, «Вау, Герб Йорк сделал так, чтобы кто-то вроде меня это нашёл». Как руководитель этого проекта, он тоже хотел знать ответ на твой вопрос. Поэтому он нанял группу ученых, которые тогда и до сих пор считаются элитой среди ученых Пентагона. Их называют учеными Джейсон. Вокруг них ходит много конспирологических теорий. Я брала интервью и у их основателя, и у многих из них. Специально для Герба Йорка эти ученые Просчитали время до секунд. И вот тут у меня просто отвисла челюсть. 26 минут и 40 секунд. От стартовой площадки в Советском Союзе до восточного побережья США. Это происходит в три этапа. Очень просто. И интересно запомнить, потому что тогда всё начинает обретать смысл. Этап запуска, средний этап полёта и затем финальный этап. Этап запуска — 5 минут. Так стартует ракета. Просто представь, как ракета взлетает с площадки, под ней пламя, так её засекают спутники. Это уже можно вообразить, мне лично становится понятнее. 5 минут. И в этот момент ракету можно отследить. Затем, представь, что через 5 минут ракета больше не видна из космоса. Спутник может видеть только горячий выхлоп ракеты. Затем ракета переходит в этап полета, который длится 20 минут. Это баллистическая часть. Ракета летит на высоте от 500 до 700 миль над землей и движется очень быстро. пока не приблизится к цели. Последние 100 секунд — это финальный этап, когда боеголовка снова входит в атмосферу и детонирует. 26 минут и 40 секунд. В моём сценарии я начинаю с того, что Северная Корея запускает ядерную боеголовку мощностью в одну мегатонну на Вашингтон. Это манёвр безумца-нигилиста. Это неожиданный удар, которого боятся все в Вашингтоне. Учитывая Географическое положение Северной Кореи я попросила профессора из MIT, Теда Постола, посчитать время. 33 минуты от стартовой площадки в Пхеньяне до восточного побережья США. Понимаешь? Примерно 30 минут. Надеюсь, теперь читатели смогут представить это как что-то реальное, почти как поэзию, как бы странно это ни звучало. Визуализация помогает осознанию. Именно этого я и добиваюсь в книге. Я хочу, чтобы люди поняли.

На самом деле это невероятно просто. Люди сами все усложнили. Но это одно из тех событий, которые способны изменить всю мировую историю за считанные минуты. Мы, как человеческая цивилизация, с таким не сталкивались. Но Это не значит, что.

Этого никогда не произойдёт. Всё может случиться в мгновение окон. Мне кажется, ты поднимаешь очень важный вопрос. Почему система уничтожения, система массового геноцида, как назвал её Джон Рубелл в книге, всё ещё существует? Прошло 75 лет с тех пор, как две супердержавы овладели ядерным оружием. Эта угроза существует уже 75 лет, и мы каким-то образом сумели выжить. Многие из источников согласились поговорить со мной, хотя они ни разу не комментировали этот вопрос, потому что они подходят к концу своей жизни. Они посвятили свою жизнь тому, чтобы предотвратить третью ядерную мировую войну. И они первыми скажут тебе, что мы к ней ближе, чем когда-либо прежде. Единственная светлая сторона во.

Всем этом, это то, что ответ, безусловно, лежит в общении. Тут возникает так много других вопросов. Мне кажется, что детали важны, и их стоит понимать. Ты говорила об атомных подводных лодках. Ты упомянула, что ракеты могут долететь за 26 или 33 минуты, но с атомными подлодками это время можно сократить. Сколько.

Займет полет ракеты с подводной лодки до восточного побережья США? Только понимаю, что ситуации так ужасны, как вспоминаю, что есть ещё и подлодки. Подводные лодки — это так называемая возможность второго удара. Подлодки с ядерными силовыми установками, мне описали так, они настолько опасны для цивилизации, что их можно сравнить с астероидом. Они неуязвимы, их невозможно обнаружить. Бывший командующий атомными подводными силами, адмирал Майкл Коннор, сказал мне, что легче найти объект размером с грейпфрут в космосе, чем подводную лодку в океане. Они словно машина из ада. и они постоянно курсируют по океанам. Наши российские, китайские, возможно даже северокорейские подлодки постоянно в движении. Мы знаем, что они подбираются к восточному и западному побережьям США на расстоянии до пары сотен миль. Откуда? Я нашла документ в одном из бюджетных отчётов Пентагона, который отправлялся в Конгресс с просьбой о выделении средств. В этом документе.

Были карты того, как близко эти подлодки подбирались к.

Восточному побережью. Постой, постой. Подводные лодки подбираются на расстояние 200 миль? Да, около 200 миль. Точных цифр там нет, но когда смотришь.

На карту, да. Тут.

Речь о времени полёта меньше 10 минут. И их не обнаружить. Верно. Карты создаются задним числом на основе наших подводных систем наблюдения. Но в реальном времени найти атомную подлодку невозможно. Представь себе, ракета запускается с подлодки на глубине 150 футов под водой. Она выходит с таким толчком, что ее ускорители разгораются уже за пределами воды, а затем она переходит в фазу разгона. Технология, которая за этим стоит, просто ошеломляет и шокирует. Мы потратили триллионы.

Долларов, чтобы не допустить ядерной войны. Но представь, что она произойдет. Ты написала, что подлодки называют служанками апокалипсиса. Какой ужасающий ярлык. Еще одна вещь, о которой ты писала, это наземные ракеты, предположительно находящиеся под землей. Сколько времени требуется для того, чтобы они вышли из-под земли.

И запустились после нажатия кнопки? Это можно засечь или только тепло? Смотри, у Америки 400 таких шахт. Раньше их было больше, Сейчас у нас 400 шахт и они находятся под землей. Эти ракеты называются Минитмен, в честь героев войны за независимость. Но в Вашингтоне есть шутка. Их так назвали не просто так, а потому что их можно запустить за минуту. Президент отдаёт приказ на запуск МБР, Межконтинентальных баллистических ракет, и они взлетают через 60 секунд. А потом им требуется 30 с лишним минут, чтобы достичь цели. Подводным лодкам требуется около 14 или 15 минут с момента приказа о запуске до фактического пуска. Я полагаю, что это связано с местоположением подводной лодки и глубиной. Некоторые подобные детали очень строго засекречены, а другие, наоборот, легко найти, если достаточно глубоко копнуть.

Или задать достаточно вопросов, изучая документ за документом в поиске ответов. Не хочу спрашивать о секретных данных, но, по-твоему, насколько точно Россия.

Знает расположение наших шахт и что мы знаем об их.

Шахтах? Лекс.

Мы с тобой можем прямо сейчас найти каждую шахту. О нет. Они все есть в открытом доступе. Они были известны еще до того, как появились гугл-карты, потому что мы живем в демократии и раскрываем такую информацию. Сложность в том, что Россия и Северная Корея используют так называемые ПГРК. У России есть много подземных шахт. В сценарии, который я описываю, я рассматриваю различные реальные объекты. Все они подтверждены с указанием количества оружия и процедур запуска. Но в дополнение к подземным шахтам, у них есть подвижные ракетные комплексы. То есть огромная МБР расположена на 22-осном автомобиле, который может скрытно перемещаться по стране, чтобы его не засекло Министерство обороны США. В Америке таких установок нет, потому что, вероятно, среднестатистический американец не захочет, чтобы по его улице ехал автомобиль с МБР. Именно так Пентагон оправдывает необходимость иметь возможность второго удара с помощью подлодок. Если тебе нравится моя книга, и ты хочешь узнать больше о том, как эти системы изменились со временем, источники подробно изложены в сносках. Поэтому так трудно выйти из этого замкнутого круга сдерживания, где ядерное оружие необходимо для обеспечения безопасности. В этом и заключается главный парадокс. Мол, у других стран оно есть, и у них есть более зловещие способы его использовать. По крайней мере.

Так будет отвечать Пентагон, когда люди будут настаивать на полном разоружении. Ты писала об агентствах разведки. Насколько хороши разведслужбы в этом вопросе? Насколько хорошо ЦРУ знает о местах.

Пусковых установок в России, о возможностях и процедурах контроля и наоборот? Все это существует уже несколько десятилетий, так что хорошо известно. Если обратиться к Федерации американских ученых, там есть команда, возглавляемая человеком по имени Ханс Кристенсен. Они ведут так называемый ядерный блокнот. Он и его команда ежегодно отслеживают количество боеголовок на различных системах вооружения. Из-за подписанных договоров все стороны обязаны отчитываться о цифрах. Конечно, разные разведслужбы следят за тем, какие данные раскрываются честно и прозрачно, а что скрывается. Проблема в том, что Россия разрабатывает новые системы, и это приближает нас к эпохе, когда угроза создания новых ядерных систем становится реальной.

Из-За эскалации конфликтов в мире. Думаю, именно этим сейчас занимается ЦРУ. Так что большая часть твоих исследований касается более.

Старых версий систем, и, предположительно, существует возможность секретной разработки новых систем. Что нарушает договоры. Именно этим, по всей видимости, сейчас занята разведслужба. Но в какой-то момент они перебарщивают, как в буквальном, так и в переносном смысле. Люди обеспокоены гиперзвуковым оружием, но у нас тоже есть программа по разработке гиперзвукового оружия, Falcon. Загугли Black Swift. Это разработка Lockheed. DARPA существует для того, чтобы создавать новейшие системы вооружений будущего. Это её задача, и она выполняет её с момента своего создания в 1957 году. Я бы никогда не поверила, что мы не на шаг впереди всех остальных. Может, меня назовут наивной или слишком осведомленной, но такова моя позиция. DARPA работает по принципу курица или яйцо. Если ты узнаешь, что кто-то, скажем, Россия, разработала свою подлодку, класса Тайфун, которая может быть.

Жизнеспособна или нет, а ты не создал свою версию, ты опоздал. Мы, наверное, поговорим о DARPA немного позже. Меня расстраивает, что из-за секретности Lockheed не могут раскрывать все свои удивительные инженерные разработки. Другая проблема, касающаяся Эйдарпа, философская, и заключается в том, что война стимулирует значительную часть захватывающих инженерных новшеств. Это суровая реальность жизни на Земле. Угроза уничтожения становится мощным толчком для инноваций и инженерии. Тем не менее, я бы не стал недооценивать способность США создавать оружие будущего, включая.

Ядерное. И это пугает. Можешь рассказать про так называемый ядерный чемоданчик? Думаю, многие знакомы с понятием ядерный чемоданчик, хотя бы те, кто интересуется нацбезопасностью. Это кожаный саквояж, и он всегда при адъютанте, которого в секретной службе называют специальный помощник. Он сопровождает президента и вице-президента 24 часа в сутки, 365 дней в году. Саквояж позволяет начать ядерную войну за 6 минут в любое время. Это называется ядерный чемоданчик, и он всегда при президенте. Чтобы написать этот раздел книги, я брала интервью многих людей из секретной службы. Глава секретной службы, человек по имени Лумер Летти, рассказал мне историю, которая меня поразила. Он возглавлял охрану президента Клинтона до того, как стал главой секретной службы. Он рассказал мне, что чемоданчик всегда должен быть при президенте. Всегда. Однажды они были в Сирии. Клинтон встречался с президентом Ассадом. Клинтон и секретная служба зашли в лифт, а один из людей Асада не пускал адъютанта. Лу сказал, что произошел своего рода тупик, потому что невозможно было допустить, чтобы президент оказался в лифте без своего ядерного чемоданчика. Для меня это подытожило многое. Осознаёшь, сколько всего стоит за каждым таким решением. Видишь, что это за система стоит за каждой мелочью, которую ты, возможно, видишь мельком на новостных кадрах, адъютанта с чемоданчиком. А что.

Внутри этого чемоданчика? Я.

Сильно углубилась в это при написании книги. Что же внутри чемоданчика? Люди говорят, Это засекречено. Кто-то говорит про НЛО — это засекречено. Но это ничто по сравнению с тем, что на самом деле засекречено. А засекречены содержимое ядерного чемоданчика и президентские документы о чрезвычайных действиях. Эти документы никуда не утекали, никто не знает, что в них содержится. Но один из помощников, человек по имени Бас Паттерсон, рассказал о приказах президента на случай ядерной войны. Если президенту сообщат, что ядерные ракеты летят на США, он должен приказать ответный удар. Красные часы начали отчёт, нужно, чтобы начался отчёт на голубых. Он должен успеть выбрать цели для удара и решить, какое оружие использовать. Согласно Патерсону, это делается с помощью ламинированного листа, напоминающего.

Меню в Дайнере. Из этого меню Президент выбирает цели и системы оружия. Наверное, это выглядит довольно.

Старомодно, как большинство сверхсекретных систем, потому.

Что их снова и снова проверяют. Да, и это.

Не цифровая система. Не цифровая. Наверное, это и правда меню из ада. Точно. И вот что я еще узнала, когда писала книгу. В бункере стратегического командования в Небраске есть такая же черная книга. Когда начинается ядерная война, задействованы три командных бункера. Один из них находится под Пентагоном, его называют Национальным военным командным центром. Второй бункер под горой Шайен, о котором многие слышали благодаря фильмам. Это реальный бункер. А третий бункер менее известен. Это бункер под штабом стратегического командования в Небраске. Мне это описали так. Бункер под Пентагоном — это сердце. Бункер под горой Шайен — это мозг. А бункер в небраске — это мышцы. Командующий получит приказ от президента, а затем отдаст приказ 150 тысячам людей в своем подчинении, которые выполнят их из бункера под стратегическим командованием. Получив приказ, командующий должен выбежать из здания и прыгнуть на борт самолета под названием «Самолет судного дня». Мы это обсудим, но позволь закончить эту мысль. Но все эти подробности — последовательность событий, которые происходят.

В считанные секунды. Я удивлялась отлаженности и предсказуемости системы, когда писала книгу. Этап идёт за этапом. Но кажется, что каждый человек, который выполняет свою часть процедуры, может потерять общий.

Смысл происходящего. Особенно когда речь идет о таком событии, где ты просто следуешь шагам из страха. Да. Или представь себе, у президента 6 минут, он смотрит на список целей, слушая советы председателя Объединенного комитета начальников штабов и министра обороны. И вот еще одна ужасная деталь. В бункере стратегического командования, помимо советника по ядерному удару, который отвечает на вопросы президента, типа «Почему мы бьем по этой цели, а не по другой?», есть еще метеоролог. И вот что по-настоящему жутко. Этот метеоролог должен быстро объяснить президенту, сколько.

Людей погибнет от радиационного поражения и как быстро это произойдет.

За минуты, недели, месяцы и годы. Потому что это во многом.

Зависит от погодных условий. Да.

Такие.

Человеческие моменты в противовес всей механике.

Процедуры, кажутся просто чудовищными. Что такое самолет судного дня? Ага. Куда он летит? Что на борту? Готов? Он летает кругами. Вот куда он летит. Он кружит над Соединёнными Штатами Америки, чтобы при необходимости ядерные ракеты были запущены с воздуха после того, как наземные системы будут уничтожены МБР или баллистическими ракетами с подлодок. Этот план действует с 50-х годов. Это резервные планы на случай ядерной войны. Тут снова абсурдный парадокс. Ядерная война никогда не случится, потому что сдерживание должно спасти нас от взаимного гарантированного уничтожения. Но я нашла выступление заместителя директора стратегического командования, в котором он сказал, да, сдерживание сработает, но если оно не сработает, план воплотится. Задумайся над словом «воплотиться». Это воплощение означает, что самолёт судного дня поднимется в воздух, командующий прыгнет на борт и будет кружить вокруг штатов в самолёте, и он будет.

Принимать решение, потому что Пентагон будет уничтожен. Кстати, 11 сентября Джордж Буш был в этом самолёте. И Бушу пришлось быстро.

Принимать решение, но не настолько быстро, как если бы речь шла о ядерном запуске. Шесть минут. Это всё происходит в.

Три акта. Первые 24 минуты, следующие 24 минуты и последние 24.

Минуты. Такова реальность ядерной войны. Какие возможности перехвата у Соединённых Штатов? Сколько ядерных ракет можно остановить? Я была на ужине с очень осведомлённым человеком, который, по идее, должен был такое знать. Я тогда только задумала писать эту книгу, и он сказал, «Энни, этого никогда не произойдёт, потому что у нас есть мощная система перехвата». Ну, он ошибался. Позволь рассказать о нашей мощной системе перехвата. Во-первых, у нас всего 44 противоракеты. Точка. Повторю, 44. Мы обсуждали, что у России 1670 развернутых носителей ядерного оружия. Как же эти 44 противоракеты могут нас защитить? К тому же их эффективность составляет примерно 50%. Они срабатывают в половине случаев. Из них 40 находятся на Аляске А4, на авиабазе Ванденберг в Санта-Барбаре. Они отвечают за запуск примерно на девятой минуте сценария. После того, как МБР завершает пятиминутную фазу разгона, начинается средняя фаза полёта. И наземные радары подтверждают, да, это реальное МБР. Противоракеты запускаются, и их цель сбить ракету в воздухе. В носовой части противоракеты которая сама по себе является просто огромной ракетой, находится так называемое заатмосферное средство поражения. Оно не содержит взрывчатки. Его задача — уничтожить боеголовку кинетически. Одна ракета летит со скоростью около 20 махов. Скорости, с которыми движутся эти объекты в космосе.

Невероятны. И сам факт, что их можно перехватить, уже чудо, но это возможно лишь.

В 50% случаев. А возможно, что мы знаем.

Только о 44, но на.

Самом деле их больше? Нет, это невозможно. Я готова на это поставить. Насколько хорошо протестированы эти ПРК? Именно на основе этих тестов и был определенных коэффициент успеха, около 50%. Программа противоракетной обороны находится готов на стратегической паузе. То есть противоракеты существуют, но их дальнейшее развитие и повышение эффективности приостановлены, потому что их нельзя сделать более эффективными. Люди представляют, что у нас есть система, похожая на железный купол. Они видят его в новостях.

И думают «О, наши ПРК могут сделать то.

Же самое». Но это не так. Почему нельзя построить систему вроде железного купола для перехвата ядерных боеголовок? У нас есть такие ПРК, как ФААД, о которых я писала, и система ИДЖИС, которая установлена на кораблях. Они хороши для перехвата некоторых ракет, но они могут сбить только одну ракету за раз. Нельзя перехватить весь залп. Они предназначены для перехвата тактического оружия меньшей мощности. К тому же, наши системы СААД развернуты за пределами США, а Aegis на морских судах. Во время исследования я думала, погодите, нужно углубиться в это, чтобы спросить себя, мы в этом уверены? Многие просто не хотят верить, что это правда. После событий 11 сентября Конгресс рассматривал возможность размещения ПРК Aegis и, возможно, даже СААД вдоль западного побережья США для защиты от Северной Кореи. Но пока этого не произошло. И снова возникает вопрос. Что? Это же безумие. Если хоть одна ядерная.

Боеголовка прорвется через эти системы, то начнется полномасштабная ядерная война. Больше ядерного оружия это не ответ. Хотелось бы услышать что-то обнадеживающее. Сколько развернутых ядерных боеголовок у Северной.

Кореи? Есть ли у существующей системы защиты шанс против атаки Северной Кореи? Ты говоришь, этим все обеспокоены? У Северной Кореи около 50 ядерных боеголовок. Неправительственные организации утверждают, что их больше ста. Точного числа мы не знаем, потому что программа ядерного оружия Северной Кореи непрозрачна. Это единственная ядерная держава, которая не сообщает, когда проводят испытания баллистических ракет. Все остальные это делают. Никто не хочет случайно начать ядерную войну. Когда Россия запускает МБР, они нас уведомляют. Когда мы запускаем ракеты для испытаний с учебной боеголовкой, мы уведомляем их. Северная Корея нет. Это факт. Постоянная угроза со стороны Северной Кореи вызывает страх. В моем сценарии ракета Северной Кореи мощностью в одну мегатонну летит в сторону США и Система перехвата пытается ее сбить. И, кстати говоря, я проверила информацию генералов Пентагона, которые работают с подобными сценариями, и подтвердила, что это факт. Ситуация такова. В сценарии летит МБР, а ПРК пытаются перехватить боеголовку. Но возможности запустить её и посмотреть, что будет, нет. Нет времени говорить «давайте попробуем её сбить». «Ой, промахнулись, давайте ещё раз». Там пуф, пуф, пуф, пуф. В моём сценарии мы запускаем четыре противоракеты, так мне объяснили. Мы бы запустили от одной до четырёх, потому что ждали бы следующей атаки.

Ты используешь 10% своего противоракетного арсенала, пытаясь сбить одну боеголовку, и все четыре промахиваются. Это вполне правдоподобно. Ага. Насколько вероятны ошибки, аварии или ложные тревоги, принятые за реальные во всей этой системе? Мы.

Предполагаем, что системы обнаружения работают исправно. Какова вероятность просто человеческой ошибки на каком-либо этапе этого длинного процесса? Было, по крайней мере, шесть известных случаев, когда мы были очень близки к войне, буквально до «О боже, как же нам повезло». Об одном из них мне рассказал участник событий. бывший министр обороны Билл Перри. Он рассказал, что случилось с ним в 1979 году. Тогда он еще не был министром обороны, а занимал пост заместителя директора по исследованиям и инженерным разработкам в Пентагоне. На него возложили ответственность за ночную смену. И однажды ночью, Ему позвонили и сообщили, что Россия запустила не только МБР, но и БРПЛ в сторону Соединенных Штатов. Он готов был уведомить президента о том, что открылось шестиминутное окно, но внезапно выяснилось, что это была ошибка. Ошибка заключалась в том, что учебная кассета со сценарием ядерной войны Мы ещё даже не обсудили сценарий ядерной войны, который прорабатывает Пентагон. Учебную видеокассету случайно вставили в систему в Пентагоне. Ядерная атака отразилась на экранах в бункере под Пентагоном и в бункере стратегического командования как реальная угроза. А потом они такие «Ой, это была симуляция». Перри рассказал мне, что почувствовал, что творилось в его голове и сердце, когда он понял, что вот-вот должен сообщить президенту, что нужно начинать.

Ядерную войну, и как в последний момент узнал, что это ошибка. Это один из пяти таких случаев. Можешь ли более подробно рассказать о его чувствах в тот момент? Какое у тебя впечатление от всех экспертов, с которыми ты общалась? Что.

Можно сказать о тех секундах, когда человек узнаёт о запуске ядерной боеголовки, даже если это ложная информация? Это единственный рассказ от первого лица, который я слышала. Подобные истории крайне редки и уникальны. Большинство людей в системе национальной безопасности, особенно в прошлом, ненавидят об этом говорить. Это как священный обед, табу. табу говорить о системе систем, которая должна предотвратить ядерную войну. Билл Перри стал одним из первых, кто нарушил это молчание. Как мне кажется, во многом это из-за того, мы часто подолгу общались по Zoom во время ковида, когда я начала работать над книгой. Он сыграл большую роль в том, что я поняла, я смогу написать эту книгу с человеческой точки зрения, а не только через призму механических систем. Хотя я затрагиваю это лишь поверхностно, потому что эта ситуация стремительно развивается, но Перри, например, посвятил всю свою жизнь созданию оружия для войны. только позже осознав, что это безумие. Он поделился, что идея о внуках, которые унаследуют ядерные арсеналы, и недостаток мудрости, сопровождавших их создание, была для него поворотной. Когда ты участвуешь в их.

Создании, Ты, кажется, становишься иным хранителем этих систем, нежели чем когда наследуешь их как.

Страницы в руководстве. Люди забывают. Ты упомянула сценарии войны, которые разрабатывает Пентагон. Что тебе о них известно? Они засекречены. Интересно сталкиваться с уровнями секретности, о которых я даже не знала. Например, ECI — это чрезвычайно контролируемая информация. Большинство сценариев ядерной войны Пентагона всё ещё остаются засекреченными. Один из них недавно был рассекречен, если это можно так назвать. В книге есть изображение, Но содержимое почти полностью скрыто, за исключением даты или фраз типа «фаза 1». Этот сценарий назывался «Proud Prophet», но процесс рассекречивания позволил нескольким участникам этих учений рассказать о них. И именно так мы получили эту информацию. Я написала о Проуд Профит, потому что эти учения имели огромное значение. Они проводились в 1983 году, когда арсеналы ядерного оружия достигли пика. В мире было около 60 тысяч ядерных боеголовок, сейчас их около 12,5 тысяч. Мы прошли долгий путь разоружения. И это еще даже не пик. На пике было 70 тысяч. Просто безумно. Тогда президентом был Рейган, и он указал провести военную игру «Прауд Профит», в которой участвовали все значимые фигуры. Они проводили военные игры. Из рассекреченных документов выяснилось, что независимо от того, как начнётся ядерная война, с НАТО или без него, независимо от того, как ядерная война начнётся, закончится она Армагеддоном. Закончится она гибелью для всех. Поражает, что за последние 40 с лишним лет не произошло никаких реальных изменений. Кроме того, что мы ещё сильнее опираемся на теоретическое явление сдерживания. Правда, сдерживание — это.

Просто заявление, Лекс. Сдерживание сработает. Хорошо. А что, если не сработает? Из учений про аутпрофит мы знаем, что будет. То есть.

Почти всегда в человеческом сознании и государственных системах нет механизмов, которые бы это остановили. Процедуры всегда ведут к эскалации. Вот тебе сумасшедший термин из военного жаргона. Готов? Эскалация для деэскалации. Подумай, что я только что сказала. Эскалация для деэскалации. То есть, если кто-то ударит тебя ядерным оружием, ты эскалируешь. Генерал Хайтен, бывший глава стратегического командования, недавно сказал, что Северная Корея должна знать. Если они запустят одну ядерную ракету, мы запустим одну. Если они запустят две, мы запустим две. Но на самом деле все не так. Если.

Они запустят одну, мы запустим 80. Это и есть эскалация для деэскалации. Нужно ударить так сильно, чтобы они остановились. Но если пытаться... найти логику в этом безумии, стоит угрожать.

Мощным ответным ударом. Но когда дело до этого дошло, за секунды до решения всегда есть вероятность, что ты отступишь. И вот мы подходим к самому страшному факту, который я узнала во время своих исследований. Это касается не таких ошибок, о которых мы говорили раньше, как в случае с учебной кассетой. Я говорю о ситуации, когда один безумец, нигилист, запускает ядерную ракету, как в моем сценарии. И нам нужно прибегнуть к эскалации для деэскалации. Нам нужно отправить ядерные ракеты, допустим, на Северную Корею, как я описываю в своем сценарии. Но 98% населения планеты не в курсе, что не только У России очень несовершенная спутниковая система, которая не может правильно интерпретировать происходящее. В нашей системе тоже есть колоссальная брешь, которую подтвердил бывший министр обороны Леон Панетто. Наши МБР не обладают достаточной дальностью. Если мы запускаем контратаку против Северной Кореи, Наши ракеты должны лететь над Россией. Они пролетят через Россию. Представь себе, как мы говорим России, о, нет-нет, эти 82 боеголовки направлены на Северную Корею, они не к вам летят, Россия. Россия, наш потенциальный противник, просто доверьтесь нам. И вот так ядерная война перерастает в глобальный.

Армагеддон. Это брешь в системе национальной безопасности просто ошеломляет. И, как сказал мне Панетто, никто не хочет это обсуждать. И если хоть одна.

Ядерная боеголовка достигнет цели, я предполагаю, что связь полностью рухнет, или, по крайней мере, есть высокий риск её разрыва. Ну, давай откатим. Мы оба самонадеянно предполагаем, что связь до этого момента состоится. Позволь привести тебе конкретный пример. Во время войны в Украине, если помнишь, осенью 2022 года, Поступили ошибочные сообщения, что российская ракета поразила Польшу, страну-члена НАТО. Позже выяснилось, что это была ошибка, но несколько часов в новостях только об этом и говорили. Через 36 часов после инцидента президент Объединенного комитета начальников штабов, генерал Марк Милле, дал пресс-конференцию и признался, что в течение этих 36 часов он не смог связаться со своим российским коллегой. Он просто не мог до него дозвониться. Как же тогда избежать глобального.

Армагеддона с ядерными ракетами в воздухе? если люди не могут дозвониться друг до друга, даже во время наземной войны. Мне хотелось бы верить, что в крупных странах есть люди, которые не обращают внимания на всю политическую чушь и всегда могут.

Просто взять трубку. Очень близкие к вершине, но не самые главные, и они могут игнорировать чепуху в таких ситуациях. Надеюсь, что так, но я сомневаюсь в этом и позволь объяснить почему. Большинство людей в правительстве, а ты и я не политические фигуры, насколько я понимаю. Я просто пишу о президенте США. Ты не знаешь, каковы мои политические взгляды, но они не должны иметь значения. Никто не должен поддерживать ядерную войну. Никто не должен поддерживать национальную нестабильность. Да, хочется иметь сильное государство. Но как только ты лезешь в политику, ты имеешь дело с лизаблюдами. И чем более полемичным становится политический лидер, тем больше его платформа строится на ненависти к другой стороне, будь то внутри его собственной страны или к предполагаемым врагам за границей. Чем больше ты окружаешь себя листецами, как мы видим в нынешние дни, тем больше людей будут говорить не только то, что, по их мнению, лидер хочет услышать, но и то, что поможет им удержаться у власти. Давно прошли те времена, когда президенты окружали себя советниками с разных сторон политической арены. Это действительно важно. Нужно слышать разные мнения. Но чем более ядовитой становится политическая атмосфера.

Как в США, так и в других ядерных державах, тем меньше шансов, что твои советники дадут тебе хороший совет. Что за люди дают советы президенту США в это шестиминутное окно? Сколько их? Можешь рассказать.

Подробнее об их мировоззрении? Сколько из них сторонники войны? А сколько из них склонны мыслить в масштабах мира, человечества? Ну, мы говорим о шестиминутном окне. Тут нельзя сказать «Завари кофейку, расскажи мне свое мнение, и мы все обсудим». Это министр обороны, председатель и, возможно, его заместитель. Мы даже не обсуждаем, что у этих советников есть еще одна параллельная задача — обеспечение непрерывности работы правительства. Пока они дают советы по ядерному контрудару в ответ на приближающиеся МБР, они должны думать, как сохранить функционирование правительства, когда ракеты начнут падать, когда начнут взрываться бомбы, и как, например, выбраться из Пентагона. и добраться до одного из бункеров, о которых я подробно пишу в книге. Сколько вообще можно требовать от человека? Они же просто люди. Министр обороны — человек. А ему нужно еще и дать совет президенту. И ещё есть очень интересный термин, о котором я узнала — «давить на президента». Мы не знаем, насколько это легитимно, такого ещё не было, но в Вашингтоне это часто понимается так, что военные советники будут давить на президента, то есть будут настаивать на быстром и мощном ответном ударе.

А ты при этом президент, который не обращал на это внимания, потому что у тебя.

Много других задач. Скорость не способствует мудрости. Расскажи о давлении на президента. То есть советники по умолчанию будут настаивать на агрессивном контрударе? Это термин, который упоминается в исторической документации командования Национальной Ядерной Безопасности. Многих людей, которых можно назвать более миролюбивыми, беспокоит, что более агрессивные военные.

Советники будут давить на президента.

Чтобы.

Тот принял решение по целям удара. Вопрос не нужно ли бить, а по каким целям бить. Вопрос цели, а не необходимости. Да. Я надеюсь, что даже сторонники войны в этот момент... Основой желания развязать войну является жажда власти, стремление уничтожить врага и быть.

Самым сильным. Но в случае с ядерной войной кажется, что это нелогично. Думаешь, сторонники войны действительно верят, что ядерную войну можно выиграть? Ты затронул очень важные вопросы, мы обратились к историческим записям, чтобы найти ответ. Поразительно, но все это началось еще тогда, когда Россия впервые получила ядерную бомбу в 1949 году. Я пишу об этом в самом начале книги. Эта глава называется «Как мы здесь оказались». Я ссылаюсь на рассекреченные документы с ранних встреч, на которых обсуждались планы ядерной войны. В 50-х годах генералы и адмиралы, стоявшие во главе командования и контроля над ядерным арсеналом, абсолютно точно верили, что мы можем вести и выиграть ядерную войну, несмотря на гибель сотен миллионов людей. Такое мнение преобладало. Только со временем появилось осознание, что ядерная война невозможна. Это знаменитое совместное заявление Горбачёва и Рейгана. Ядерную войну.

Нельзя выиграть, и её никогда не следует начинать. Но до этого многие верили, что такую войну можно выиграть, и готовились к этому. Не хочу политизировать или дискриминировать по возрасту, но влияют ли когнитивные способности.

На принятие таких решений? Если на президенте лежит такая ответственность, проходят ли он какие-то тесты или обучения? Ты что-то об этом знаешь? Не думаю, что это связано с дискриминацией по возрасту. Я считаю, что это искренний и очень важный вопрос. И если люди зададут этот вопрос себе или своим близким за ужином, они, возможно, придут к довольно тревожным выводам о нашей политической системе и кандидатах в президенты. Почему у нас два кандидата, у одного из которых проблемы с когнитивными способностями, а у другого проблемы с суждением? Это важнейшие факторы для решения о ядерном ударе, суждении и когнитивной.

Способности. Где тут условно молодой, разумный, дальновидный, мудрый, государственный служащий, который мог бы стать президентом. Знаю, звучит как фантастика, и как жаль, что это так. То есть об этом тоже стоит задумываться.

Выбирая президента. О сценарии, о котором мы говорили, о шести минутах. Представить человека, мужчину или женщину в эти шесть минут, ждущего кофе. Я думаю об этом в контексте любой войны. До ядерной войны сценарий я написала 6 книг о военных и разведывательных программах для предотвращения ядерной войны. И я считаю, что президент как главнокомандующий должен обладать выдающимся характером. Ведь программы, войны, которые мы вели после Второй мировой войны, сколько 80-летних источников я опросила, лауреатов Нобелевской премии, конструкторов оружия, пилотов-шпионов, инженеров. Все они говорили мне с гордостью «Мы предотвратили третью мировую войну, ядерную войну». Но главнокомандующие и все, кто входит в аппарат национальной безопасности, должны принимать мудрые решения. Считается, что войны ведут молодые.

Так и есть. На мой взгляд, характер президента важен независимо от того, говорим ли мы о ядерной войне или любой другой войне. Сперва хочу сказать, что согласен с тобой. Что в случае ядерной войны один человек становится на порядок важнее. В обычной войне решение о вступлении больше зависит от советников. Суждения становятся более сложными. Можно порассуждать, каких людей мы выбираем. Но с ядерной войной нет послаблений. Один человек должен сопротивляться давлению на президента, агрессивным сторонником войны. Этот человек должен учитывать все ошибки, просчеты, ракеты, пролетающие над Россией, весь геополитический контекст, всю историю и будущее человечества. И все это в рамках одного решения. И тут важно, чтобы когнитивные способности этого человека были сильными, а его суждения тверды, даже против сильных, мудрых советников. Это то.

О чем действительно стоит задуматься на выборах. Но в какой степени это решение действительно лежит на президенте, а не на его советниках? Нет, это решение президента. Он должен отдать приказ. И это шестиминутное окно пролетает очень быстро. Часть этого времени президент будет перемещаться. Секретная служба будет действовать в противовес Страткому. которая говорит, нам нужен приказ, а секретная служба говорит, мы должны увести президента. То есть это не вопрос делегирования решения, это скорее вопрос отсрочки. Потому что есть только один вопрос. Президент должен выбрать цели. Он выбирает из списка, из меню и говорит, поступаем так. А затем происходит поразительная вещь. Президент достает из кошелька карточку, которая называется «бисквит». Эта карточка содержит коды, которые должны совпасть с элементом из ядерного чемоданчика. Этот сигнал принимается офицером в бункере под Пентагоном. Это происходит по принципу вызов-ответ, Лекс. Типа, альфа, зета и всё. Офицер в бункере понимает, что это приказ от президента. Затем этот приказ передаётся в стратегическое.

Командование. Я брала интервью у одного из бывших командующих, Он получает приказ и передает его Ядерной Триаде. И что сделано, то сделано.

Что бы ты сделала, если была командующим в такой ситуации? Если бы я оказался в этой ситуации, то отказался бы выполнять приказ? Отличный вопрос. Я задала этот вопрос одному из своих источников, доктору Глену Макдаффу, который работает в Лос-Аламосе. Он был историком в секретном музее лаборатории и инженером по ядерным вооружениям. Он работал над программой «Звездные войны» во время президентства Рейгана и много занимался историей Лос-Аламоса. Кстати, я уже 12 лет занимаюсь ядерными исследованиями, и фильм «Опенгеймер», на мой взгляд, оказал положительное влияние на прозрачность деятельности Лос-Аламоса. Они готовы делиться информацией. Кажется, что раньше они были в защитной позиции. Но они стали более открытыми и оказались очень полезными. Я могу рассказать историю возникновения ядерного чемоданчика, ее рассекретили для книги. Но я задала этот вопрос доктору.

МакДафу по-другому. Я спросила, есть ли вероятность.

Что командующий Страткум откажется выполнить приказ? Он ответил, Энни, у тебя больше шансов выиграть Джекпот.

Почему? Как думаешь, почему он так считает? Ты не становишься командующим стратком, если не являешься человеком, который следует приказам. Ты выполняешь приказы. Не.

Думаешь, что в них есть человечность? Ведь мы видим ситуацию из того, что знаем, но такого в истории Земли еще не было. Ты поднимаешь очень сложный и интересный вопрос. Во время пандемии президент Трамп и лидер Северной Кореи были в напряженных отношениях. Иногда хороших, иногда плохих, угрожали или наоборот показывали дружелюбие, то есть вели себя не по-президентски. Если ты, как и я, смотришь C-SPAN, наблюдая за действиями стратегического командования, ты заметил, что командующие начали более активно выступать перед Конгрессом, чем когда-либо прежде. Возник вопрос, пойдет ли командующий Стратком против приказа президента. Поэтому вот поправка к словам Макдаффа.

Что легче выиграть в лотерею. Если командующий Стратком интерпретирует поведение президента как ненадёжное, несоответствующее президентскому статусу, тогда... Но это уже радикальная область. Мне кажется, Если взглянуть на всех президентов США за мою жизнь, ни один из них не выглядит квалифицированным для этих шести минут. Я могу представить себя командующим стратком, думающим этот тип, не уважая ни одного президента. Понятно, что командующий должен, но в такой ситуации Все. Буш, Обама, Трамп, Байден. Если бы я был командующим стратком, я бы подумал, да что он вообще знает? Я бы отказался выполнять приказ. Когда будущее человеческой цивилизации висит на волоске, а.

Человек говорит, да, запускаем. Я не могу представить себе человека, который способен на это в США. Это адское решение. Это же конец. Конец. Но ты затронул очень важный вопрос. По сути, ты говоришь «люди». Будьте внимательны, осознайте, почему вы голосуете или почему определенные люди вообще могут баллотироваться в президенты. Что это значит? Почему американцы не вовлечены в процесс? Мы несем за это.

Ответственность? Ты открыл дверь, показывая, что главное это решение о ядерном запуске. И если человеку нельзя доверить это решение, все остальное рушится. Я хочу посмотреть, кто сейчас командующий Стратком. Ты брала интервью у многих экспертов для этой книги. Есть ли.

Какие-То общие черты в том, как они видят эту ситуацию? Что их больше всего пугает в этой системе и потенциале ядерной войны? Я впервые узнала о ядерном оружии от человека по имени Ал Аддонел, который фигурирует в моих предыдущих книгах. Я брала у него интервью на протяжении 4,5 лет, потому что он был инженером, который занимался проводкой в атомных бомбах в 50-х годах. Он был членом Манхэттенского проекта в 1946 году, работал над операцией «Кроссроудс». первыми взрывами ядерных бомб после окончания Второй мировой войны. Он вооружил, подключил и запустил 186 из более чем 200 атмосферных ядерных испытаний, которые проводили США до их запрета. От него я узнала о силе этих оружий. И от него я услышала почти националистическую идею о важности обладания ядерным оружием. И хотя я много узнала о его человеческой стороне, я также увидела в нем настоящего воина холодной войны. Он был одним из первых. Потом было множество людей, около ста человек, которые напрямую были связаны с ядерным оружием. Например, Би Ли Во, центральная фигура моей книги о парамилитарных операциях ЦРУ удивить, убить, исчезнуть. Во совершил прыжок с парашютом типа Хейла, тактическим ядерным оружием, на испытательном полигоне в Неваде, с небольшой командой. Об этом почти никто не знал, это только недавно рассекретили. Его позиция — тактическое ядерное оружие возможно будут использовать. Я пытаюсь объяснить, насколько разные люди давали мне интервью на протяжении многих лет. И чем ближе к сегодняшнему дню.

Тем сильнее воины холодной войны переходят от позиции «ядерное оружие делает нас великими и сильными» к позиции Нужно что-то сделать, чтобы уменьшить угрозу. Насколько ты осведомлена.

О ситуации в России так же, как о США? Может, ты знаешь что-то о Китае, Индии, Пакистане? Есть ли различия в их подходах? Для этого нужно обратиться к экспертам. Например, по России есть человек по имени Павел Подвиг. Он, вероятно, ведущий западный эксперт по российскому ядерному арсеналу. Он работает с ООН и учился в Москве. Я информацию получила от него. Нужно проделать работу, чтобы знать, о чем спрашивать, а потом обращаться к нему с конкретными вопросами. От него я узнала, как устроена система командования в России. Она очень похожа на нашу, потому что Америка и Россия уже 75 лет ведут ядерную дуэль друг с другом. Все, что есть у нас, есть и у них, за исключением того, что у нас отличная спутниковая система, а у них очень несовершенная. Их система называется «Тундра». Даже Павел Подвиг признал, что в Тундре есть серьезные недостатки. Например, российская спутниковая система может принять солнечный свет за огонь или облака за ядерный запуск. Это факт. Интересно, что из интервью с ним я узнала о недавнем опасном сдвиге в российской ядерной политике. Многие российские эксперты утверждают, что Россия всегда поддерживала политику отсутствия запуска по предупреждению. Не знаю, верю ли я в это, но так они говорят. Советские генералы времен Холодной войны утверждали «О, нет-нет, мы бы ждали». Они играли роль благородных воинов, говоря, что ждали бы ядерного удара, перед ответным запуском. Многие американские эксперты утверждают, что это просто пропаганда. Но это их официальная позиция. Два года назад она изменилась, когда Путин выступил с речью и прямо об этом сказал. Теперь они не будут ждать, пока примут удар. Он сказал, что они запустят ракеты как только.

Узнают о траектории. Так же, как если бы мы увидели ракету на этапе полета. Путин сделал такое же заявление и сказал, мы запустим. Что ты.

Знаешь о том, как Путин относится к ядерному оружию и ядерной войне? Это просто фигура речи или он действительно рассматривает возможность ядерной войны? Я не знаю, но если нужно сделать предположение, я бы взглянула на его прошлое. Он из мира разведки. По опыту интервью с людьми, десятилетиями работавшими в ЦРУ или в таких организациях, как УНР или АНБ, я знаю, как они мыслят. Мы много общались. И я знаю, как мыслят военные. Они думают иначе. Путин не военный. Он офицер разведки. И если бы мне пришлось гадать, что его больше всего волнует.

Я бы сказала, это паранойя. Большинство разведчиков должны обладать определенной степенью здоровой паранойи, иначе они.

Окажутся мертвы. Но это не самое лучшее качество. Это может сделать его более склонный к быстрой реакции, возможно, к ответу на ложные сигналы? И к подозрениям. И это видно. Существует огромное недоверие и реальный конфликт между Россией, между ее лидером и НАТО, между ее лидером и всем Западом. И это подогревается его ближайшими советниками. Из тех заявлений, которые я.

Читала в переводе, кажется, что его советники поддерживают идею о том, что НАТО.

Стремится уничтожить Россию. Америка тоже. Это очень.

Опасно и удручает. И, наверное, снижает вероятность того, что президент возьмет трубку и позвонит другому президенту. Или что его ближайшие советники этому поспособствуют. Ты говорила о процедуре с ядерным.

Чемоданчиком. Переживают ли они насчет кибератак и угроз безопасности на всех уровнях, ложные сигналы, ошибки? Отключение каналов связи через кибератаки и подобные угрозы. Чтобы ответить на эти вопросы, я брала интервью у многих людей, в том числе у генерала Тухилла, который был консультантом по кибербезопасности при Обаме. Более того, первым в своем роде в Америке. Ядерная система командования и ядерная триада функционируют на аналоговых системах. Они работают на старых системах. Если нет цифрового интерфейса, их невозможно взломать. Большинство вопросов, которые я поднимаю в книге, касаются того, что произойдет с киберсистемами после ядерной атаки. Что случится в.

Первые минуты после взрыва, атомной бомбы в США и как это повлияет на возможность людей общаться друг с другом. Тогда и начнется.

Хаос. Давай поговорим об этом. Если, не дай бог, ядерное оружие достигнет цели, что произойдет? Как ты думаешь, что станет первой целью? Пентагон? Многие люди, с которыми я общалась, говорили, что самый большой страх в Вашингтоне это так называемая внезапная.

Атака. Ядерный.

Удар по Вашингтону без предупреждения. Целью будет Пентагон. Именно с этого я начинаю сценарий. Я описала это в красочных, ужасающих деталях. Это да. Я не знаю, что хуже, то, что я всё это написала, или то, что Министерство обороны всё это задокументировало. Они документируют влияние ядерного оружия на людей, животных и объекты с самых первых дней Холодной войны. Все детали, которые я привожу, взяты из таких документов, как воздействие ядерного оружия. Опять же, изначально данные для этого документа собрали в Хиросиме и Нагасаки. Все это было засекречено. Затем эти данные дополнили после 200 атмосферных ядерных испытаний, которые мы провели. Мы говорим о миллиметрах и дюймах. Министерство обороны знает, что на расстоянии 7,5 миль обивка на машинах самовоспламеняется.

Сосновые иглы загорятся и начнут новые пожары. Наступает полный хаос.

И это основано на наблюдаемых фактах. И это шокирует и выглядит совершенно жутко. То есть, одна боеголовка достигает Пентагона, все в Пентагоне погибают? 180 миллионов.

Градусов. Огненный шар от ядерного взрыва, мощностью в одну мегатонну, это 19 футбольных валей чистого огня. Подумай об этом. Ничего не.

Останется. Ничего. Есть радиус, где люди погибают мгновенно, есть те, кого найдут мертвыми, и есть те, кто будет умирать медленно в концентрических кругах. Опять же, эти круги определены учеными Минобороны. Происходит взрыв, затем идёт ударная волна. Она, как бульдозер со скоростью несколько сотен миль в час, разрушает всё на своём пути. Мосты, здания. В руководствах МЧС можно прочитать, какие будут обломки. Представь себе, завалы глубиной 30 футов от зданий, которые рушатся на расстоянии 6, 7, 8, 10 миль от эпицентра. И это не говоря об ужасных пожарах. Люди погибнут от радиационных ожогов третьей степени. Ты знал, что бывают ожоги четвёртой степени? Ветер сорвёт кожу с лиц людей за несколько миль вокруг. Плюс есть всасывающий эффект. Многие знакомы с тем, как выглядит ядерный гриб. Его ножка. И это объясняется физиками, консультирующими Министерство обороны. Создает всасывающие действия. Ветры со скоростью 300 миль в час могут затянуть людей на миле вокруг в самый эпицентр. В.

Ядерном грибе Будут люди, Лекс. Останки людей и вещей. Облако 30-40 миль в ширину закроет Солнце. Уже не говоря о последующем радиационном поражении. И затем отключится электросеть. По сути, всё, на что мы в жизни полагаемся, отключится. Ты пишешь, те, кто каким-то образом сумел избежать смерти от первоначального взрыва, ударной волны и огненного шторма, внезапно осознают коварную правду о ядерной войне. Они совершенно.

Одни. Здесь начинается борьба за еду и воду. Тревожный сигнал, который возвращает нас к первобытной борьбе за выживание, где каждый сам за себя. Эти подробности мне рассказал Крейг Фьюгейт, глава МЧС при Обаме. МЧС – это агентство США, которое планирует действия на случай ядерной войны. И вот что сказал мне Фьюгейт. Энни, мы планируем действия на случай падения астероидов. Это называется событиями с низкой вероятностью, но с высокими последствиями. МЧС – это организация, которая приходит на помощь при ураганах, землетрясениях или наводнениях. Они занимаются так называемым планированием защиты населения. Они заботятся о людях. Фьюгейт сказал мне, что после ядерного удара После внезапной атаки не будет никакой защиты населения.

Все мертвы. И он имел это в виду метафорически, но отчасти и буквально. Он сказал, что к тому моменту можно только надеяться.

Чтобы запаслись педиолитом. Как думаешь, что происходит с людьми? Как проявляется человеческая природа в таких условиях? Думаешь, люди станут жестокими? Ради выживания начнут воровать, убивать? Не могу представить, что будет иначе. Думаю, именно поэтому людям так нравятся постапокалиптические шоу и фильмы. Они это знают. И, конечно, всегда есть харизматичный герой, который пытается вернуть мораль обществу. Это великолепные сюжеты, которые люди любят рассказывать о научной фантастике. Но то, с чем мы имеем дело, это научный факт. Это должно пугать людей. Они должны осознать, погодите, этот разговор обязательно нужно вести, пока еще есть возможность. Потому что реальность, особенно когда об этом говорит глава МЧС, Прямо бьет в набат. Кстати, Крейг Фьюгейт очень искренне, по-человечески поговорил со мной. Я цитирую его в книге. Он говорил о том, что могло быть в голове у президента. Мы не знаем, я не знаю, но Фьюгейт ответил. Он сказал, и я перефразирую, что это что-то, что невозможно осмыслить. Это разрушит тебя. Сильные слова. Конечно, в этом сценарии главу МЧС уведомляют сразу же, пока баллистическая ракета еще в пути, а никто в Америке еще не знает. В моей книге глава МЧС останавливает машину на обочине и садится в вертолет, который доставит его в бункер для МЧС, это место называется Маунт-Уэзер. Фьюгитт знал. что, будучи главой МЧС, его, вероятно, отправят в безопасное место на несколько часов, дней, недель, а может, даже месяцев. Но я также узнала.

От специалистов по кибербезопасности, что существует заблуждение, что военные базы смогут продолжать функционировать. Они работают на дизельном топливе, и когда топливо закончится, электрогенераторов не будет. электричество отключится, линии связи исчезнут, запасы еды, все цепочки поставок прекратят существовать. Это ужасает. И это произойдет в первые несколько дней, даже в первые часы. В пятой.

Части Ты описываешь, что произойдет через 24 месяца и далее, после взрыва. Что случится с Землей? Что произойдет с людьми, если случится полноценная ядерная война? Мне выпала большая честь поговорить с профессором Брайаном Туном, одним из пяти авторов теории ядерной зимы. Эта теория была опубликована в начале 80-х. Одним из профессоров Туна был Карл Саган, самый известный автор теории ядерной зимы. Когда теория только появилась, вокруг нее было много споров, включая утверждение Министерства обороны о том, что это советская пропаганда. Это не так. Авторы теории ядерной зимы в 80-х сказали, что их моделирование было лучшим из возможных, исходя из имеющихся данных. В 2024 году я говорила с профессором Туном, который занимался этой проблемой десятилетиями. И он рассказал мне, что современные климатические модели с нынешними компьютерными системами показывают, что ядерная зима будет еще хуже. Ответ на твой вопрос. В моем сценарии бомбы перестают падать через 72 минуты после их запуска. Бомбы перестают падать, и затем начинаются сильнейшие пожары. По данным Министерства обороны, каждая атомная бомба создаст пожар, который сожжет от 100 до 300 квадратных миль. Тысяча, полторы тысячи бомб. Подумай о пожарах. Всё горит, леса, города. Представь токсины, как всё горит, как сажа поднимается в воздух. По словам Туна, примерно 300 миллиардов фунтов сажи. Что.

Происходит? Сажа.

Закрывает солнце. Без солнца начинается ядерная зима. начинают формироваться ледяные покровы. Водоемы в таких местах, как Айова, могут быть заморожены.

На 10 лет. Температура падает? Температура резко падает. Существует множество исследований, проведенных на основе современных систем, и цифры.

Варьируются, но суть одна. Сельское хозяйство погибает. Еда исчезает. Сельскохозяйственная система полностью выходит из строя, а значит, нет еды, нет солнца, температура падает, электричества нет. Это мы ещё даже не обсудили радиационное поражение, ведь именно оно убивает многих людей после обмена атомными бомбами. И когда ядерная зима заканчивается, когда возвращается солнце, скажем, через 8, 9, 10 лет, у нас уже нет озонового слоя или он сильно разрушен. И теперь солнечные лучи становятся ядовитыми, и люди должны жить под землёй. Начинается великое таяние. С ним приходят патогены и чума. Получается ситуация, где мелкие животные, насекомые и тому подобные существа начинают очень быстро размножаться, а крупные животные, как ты и я, начинают вымирать. Профессор Тун сказал мне следующее. 66 миллионов лет назад астероид ударил Землю, убил всех динозавров и уничтожил 70% видов. И ядерная.

Война, скорее всего, сделает то же самое. Мы говорим об этом, потому что есть разница. С астероидом ничего не поделаешь.

А ядерную войну можно предотвратить. Думаешь, возможно, что некоторые люди все-таки выживут? Как долго это продлится? Десятилетия? Века? Прежде чем Земля снова сможет выращивать еду? Карл Саган и двое его коллег написали об этом потрясающую книгу. Она называется «Холод и тьма». Это собрание эссе. Что происходило бы и как долго бы длилось. Это очень интересно. Книга старая, написана в 80-х, но она шокирует. Начинаешь задумываться о том, как люди возвращаются к примитивному состоянию. Цивилизации больше нет. общество исчезло. Нет никаких законов, это борьба за выживание. Люди сражаются за те немногие ресурсы, которые остались. Человек возвращается к охоте и собирательству. Чтобы глубже это понять, я изучала самые древние археологические раскопки в мире, Гёбеклетепы в Турции. Меня поразило это место. Я обрала интервью у одного из двух археологов, которые первыми нашли это место в начале девяностых. Главный археолог по имени Клаус Шмидт и Майкл Морш. Он тогда был молодым аспирантом. Морш рассказывал о том, как они наткнулись на это место. Там росло так называемое древо желаний. Мне это показалось символичным. Это волшебное место, которое нашли, потому что на холме росло дерево желаний. Люди шли туда и загадывали желания, в надежде, что они сбудутся. Это так, по-человечески. Под деревом желаний, в его тени. находился Тепе, холм, под которым располагалась древнейшая известная цивилизация в мире. 12 тысяч лет назад группа охотников-собирателей построила это место. Зачем? Мы не знаем. Но я представляю из рассказов Морша, как он… Он же споткнулся об камень. Он споткнулся об камень, и оказалось, что Это была верхняя часть скульптуры человека возрастом 12 тысяч лет. Гигантский столб. Он рассказывал, как это было. Никто до сих пор не знает, для чего построили Гебекли Теппи. Это заставляет меня задуматься над твоим вопросом с точки зрения обычного человека, которому отведено время на этой земле. Каково было бы, если бы случилась.

Ядерная война? Каково было бы в будущем? Станем ли мы археологами? Восстановим ли цивилизацию? Изобрели бы компьютеры? Кто знает? Надеюсь, нам не придется это пережить. Что мы бы помнили о нынешнем времени? Страшно думать, что большая часть будет забыта. Всё, что мы думаем, не забудется. Мы думаем, что какие-то технологические достижения могут быть утрачены, но предполагаем, что история останется. Но по правде говоря, если мы откатимся к примитивной борьбе за выживание, вероятно, всё, начиная с промышленной революции, будет забыто. Всё. Может быть, останутся какие-то религиозные идеи, сохранятся какие-то истории и мифы, но вся мудрость, которую мы накопили, высший уровень технологических знаний исчезнет. Это по-настоящему угнетает. Может быть, и ты этого касаешься. Даже сам факт ядерной войны будет забыт. Уроки ядерной войны могут быть забыты. Сам факт существования таких оружий, очевидное бревно в глазу, может стать в памяти людей чем-то совершенно забытым или таким расплывчатым, что наше понимание изменится. Почти как если бы Бог спустился.

На Землю и всё уничтожил. Возможно, так это и будет жить в мифологическом представлении о ядерном оружии. Это пугает, потому что тогда все может повториться. Для меня идея о том, что будет погребено под землей, становится очень интересной и человечной, и в странном смысле даже оптимистичной и позитивной. Представь это дерево желаний. У меня в книге даже есть фотография, сделанная одним из археологов. Задаешься вопросом, какие желания они загадывали, о чём они мечтали. И потом думаешь о себе, о чём я мечтаю в этом мире. Я думаю, что всё начинается с того, что происходит, условно говоря, за обеденным столом. То, на что люди обращают внимание. становится важным и расширяет круг тем для обсуждения. В конечном счете, когда задумываешься о долгосрочной перспективе времени и человеческой цивилизации, появляется желание больше общаться со своими врагами, со своими противниками. Я вспоминаю цитату, которую приписываю Тейнштейну, когда.

Его спросили, каким оружием буду сражаться в Третьей мировой войне. Он ответил, не знаю, но знаю, что в Четвертую мировую будут сражаться палками и камнями. Позволь задать вопрос о великом фильтре. Когда ты смотришь на нашу галактику, на вселенную, на звезды. Думаешь ли ты, что существуют другие инопланетные цивилизации, которые сталкиваются с похожими.

Вопросами? Возможно, мы до сих пор не нашли свидетельств инопланетных цивилизаций, потому что они не смогли найти решение для великого фильтра, такого как ядерное оружие. Не уверена, мне нужно подумать над этим вопросом. Но что приходит в голову — это ответ, который мне дал человек по имени Эд Митчелл, который побывал на Луне. Он был шестым человеком, ступившим на Луну. Полагаю, его мнение может иметь большее значение, чем мое, потому что его перспектива намного шире. Митчелла осуждали, когда он вернулся с Луны, потому что стало известно, что он верил в такие вещи, как экстрасенсорное восприятие и в.