Gregory Aldrete: The Roman Empire - Rise and Fall of Ancient Rome | Lex Fridman Podcast #443

Итак, Рим всегда побеждает, ведь начиная терпеть поражения, он обращается к итальянским союзникам и собирает новую армию. И как же их победить? Сам он никогда не наберёт столько же солдат. И Ганнибал, я полагаю, правильно понимает, что единственный способ победить Рим — это оторвать от него союзников. Но как? План Ганнибала таков, я не буду ждать, пока римляне вторгнутся в Испанию или Северную Африку, я сам вторгнусь в Италию. Нанесу удар в самое сердце распространяющейся Римской империи, в надежде, что если я выиграю пару крупных сражений в самой Италии, то итальянцы захотят вернуть себе свободу, восстанут против Рима или присоединятся ко мне. Завоеванные народы хотят вернуть себе свободу. Так что такой план не беспочвенный. И как известно, Ганнибал переходит Альпы на слонах. Впечатляюще, никто этого не ожидает, все думают это невозможно. Появляются на севере Италии, римляне посылают армию, Ганнибал разбивает их. Он военный гений. Рим тратит год, собирает вторую армию, мы знаем эту историю, отправляет против Ганнибала, он разбивает и её. Рим решает схитрить и говорит, Ганнибал это нечто. Но мы потратим два года, соберём две армии и отправим их одновременно против Ганнибала. Так они и делают, и это битва при Каннах, одна из самых известных битв в истории. Ганнибалу противостоит римская армия численностью в 80 тысяч. И он придумывает такой манёвр, который называется «клещ». Можем потом поговорить об этом, но это знаменитый манёвр, когда он в общем-то заманил римлян, а потом окружил со всех сторон. И за один день в битве при Каннах Ганнибал убил примерно 60 тысяч римлян. Просто чтобы вы понимали, он за один день зарубил мечами больше римлян, чем американцев погибло за 20 лет во.

Вьетнаме. Это беседа с Грегори Олдретом, историком, изучающим Древний Рим и военную историю. Это подкаст Лекса Фридмана. Чтобы его поддержать, ознакомьтесь со спонсорами в описании. А теперь, дорогие друзья, Грегори Олдред. В чём, по-вашему, главное различие между древним и современным.

Миром? Но самый простой ответ, который вы зачастую слышите, это технологии. И понятно, что древние и современные технологии колоссально различаются, но мне кажется, самое интересное кроется в чем-то аморфном, даже структурном. И я бы сказал, во-первых, детская смертность. В древности, и это касается греков, римлян, египтян, да практически всех, до промышленной революции, примерно 30-40% детей умирали, не достигнув половой зрелости. Представьте себя на месте рядового жителя древнего мира. Будь вы древним человеком, трое или четверо ваших детей, скорее всего, бы умерли. В наше время хоронить своих детей — это что-то из ряда вон. Это попросту психологически крайне сложно. А еще вы бы наблюдали смерть брата или сестры. Будь вы женщиной, к примеру, и вам посчастливилось бы дожить, скажем, до тринадцати, вам пришлось бы рожать четыре или пять раз просто для того, чтобы население не сокращалось. И такого рода удручающая статистика смертности говорит о большом психологическом различии между древним и.

Современным миром. Претерпела ли, по-вашему, человеческая природа сильные изменения, или же то, что мы видим сегодня? Страх и жадность, любовь и надежду, оптимизм и цинизм. В общем, эти глубинные силы, толкающие нас к войне. Ими пронизана.

Наша история. Если коротко, то да. Думаю, человеческая природа, грубо говоря, постоянно. И для меня, как для историка древности, документы, с которыми я обожаю работать, это не традиционные литературные источники, а те, которые позволяют заглянуть в повседневную жизнь. Что-то вроде надгробий, надписей на стенах, или что-то, что сохранилось на клочке пергамента и зафиксировало финансовую транзакцию. И, читая что-то подобное, у меня возникает эта... Такое чувство «О, я знаю, что ощущал этот человек». Проносясь сквозь тысячелетия в чуждые культуры, я могу поймать искру переживаний от кого-то из античности. И думаю, что как историк вы можете начать понимать эту чужую и незнакомую культуру, какой она была. Это искать такие искры эмпатии. Но с другой стороны, есть аспекты, в которых древние культуры разительно отличаются. Ещё вы ищите такие моменты, когда возникает мысль «Как, чёрт возьми, у них это вышло? Я просто не понимаю, как они могли думать или действовать таким образом». И именно сопоставление таких вот искр переживаний и своего рода диссонанса позволяет, как мне кажется, начать понимать чужую или.

Древнюю культуру. Мне нравится идея собирать общую картину из деталей и мелких кусочков, ведь из них и состоит жизнь. Без деталей нет.

Общей картины. Да, эти детали наполняют её жизнью. Да. Да, они не описывают грандиозный размах событий, но позволяют увидеть проблески страха и надежды. Ещё одно, как мне кажется, огромное различие между современным и древним миром в том, что Большинство это крестьяне. Мы забываем, что все были мелкосемейными земледельцами. Я как раз писал лекцию для своего следующего курса «Великие курсы про земледельничество в древности». И я подумал, если бы мы писали реалистичный учебник, скажем, о Римской империи, то 9 из 10 глав посвящались бы подробностям того, каково это — возделывать землю. Потому что в древности 90% населения занимались именно земледелием. Они были не солдатами и не священниками, не царями и не писателями, не были художниками. Они были мелкосемейными земледельцами. Жили в небольших деревушках. Никогда не были в местах дальше 30 километров от нее. Там рождались, там женились, там растили детей, там десятилетиями копались в земле и там же умирали. И ни разу в жизни не видели ни сражения, ни произведения искусства, ни философов. Они никогда не были частью того, что мы сегодня называем «история». Именно так и выглядела тогда жизнь.

И это показательно. Тем не менее, именно императоры, философы, художники и.

Воины творят историю. И они крайне важны, но то есть, да, это правда, не зря о них.

Мы и говорим. И это хорошее напоминание, что если мы хотим понимать, какой тогда была жизнь, мы должны представить ее.

В полной мере. Я бы сказал, что не стоит забывать о том, что в древности представляла из себя жизнь для 80-90% населения, о которых мы не говорим, хотя это ведь.

Тоже очень важно. Римская империя была самой могущественной, влиятельной и значимой империей в истории человечества. В.

Чем причина этого? Да, должен сказать, Рим это... он оказал огромное влияние, я думаю, просто из-за своего образа. Я имею в виду вот практические вещи. Слова, с помощью которых я с вами общаюсь, 30% взяты из латыни, к тому же 30% языков пошли от латыни. Наши законы, наши привычки, наши праздники, всё это тянется вереницей из древности. Но сам образ Рима, по крайней мере в западной цивилизации, стал доминирующим образом успешной империи. И думаю, именно поэтому он так притягателен. Эта идея, что была великая, могущественная и влиятельная в культурном плане империя. Но было и много других империй, мы могли бы поговорить о Древнем Китае, который, возможно, был таким же большим, как Рим, таким же культурно развитым, просуществовал примерно столько же. Но, по крайней мере, для западной цивилизации Рим служит образцом. Но Рим слегка шизофреничен в плане, что это и империя, управляемая императором, что как бы одна модель. И Римская республика во времена псевдодемократии, что как бы другая модель. И интересно, что более поздние цивилизации склонны фокусироваться на том или на другом. Так, например, США, революционная Франция, они были одержимы моделью Римской республики. Но, например, Муссолини, Гитлер, Наполеон были одержимы моделью империй, или, например, Викторианская Британия. Так что сам по себе Рим был неоднороден. Но что, как мне кажется, и вправду отличает современный мир от древнего, так это наше отношение к прошлому. И один из ключей к пониманию всей истории Древнего Рима скрыт в том, что это был народ, одержимый прошлым, и для которого Прошлое обладало силой. И не только как что-то вдохновляющее, но и как то, что диктовало твою повседневную жизнь. Сегодня же, особенно в Соединённых Штатах, у нас нет такой большой связи с прошлым. Мы воспринимаем себя вольными и плывущими по течению, и не связанными с тем, что было до этого. И чтобы это проиллюстрировать, на своих занятиях я рассказываю вот какую историю. Рим начинался как монархия. У них были цари, они были им не особо довольны, и примерно в 500 году до н.э. они совершили революцию и свергли их. И одним из тех, кто сыграл в этом ключевую роль, был человек по имени Луций Юний Брут. Спустя 500 лет, вот проходит 500 лет, и появляется Юлий Цезарь, и начинает вести себя словно царь. А если в римском обществе назревают проблемы с царями, кого они зовут? Того, кого зовут Брут. Так уж случилось, что в то время в римском обществе был парень по имени Брут, причём был приближённым другом Цезаря, Марк Юний Брут. Итак, прежде чем я продолжу, думаю, вы, наверное, знаете, чем это кончится. Я расскажу о важности предков в римской культуре. Если бы вы пришли в дом римского аристократа, открыли бы дверь и вошли, первое, увиденное вами, был бы огромный деревянный шкаф, и открывши его, вы бы увидели целые ряды восковых масок умерших. После смерти римского аристократа его лицо поливали горячим воском и делали слепок. И эти маски лежали в большом шкафу прямо у входа. И каждый раз, входя в дом, ты буквально смотрел в лица своих предков. И каждый ребенок в этой семье должен был досконально знать все достижения каждого из этих предков. Знать, какие должности они занимали, в каких битвах сражались и чем занимались. Когда кто-то в семье умирал, устраивали пышные похороны, на которых вспоминали обо всех деяниях предков. Дети в семье буквально надевали эти маски прямо на свои лица и шествовали на них на похоронной процессии. То есть ты как бы примерял лицо своего предка. И как личность ты был не важен, ты был лишь очередным звеном в цепи поколений. И это налагало огромную ответственность, чтобы быть достойным своих предков. Римляне были попросту одержимы прошлым, особенно историей своей семьи. Каждый ребёнок, скажем, из аристократической семьи знал свою генеалогию, уходящую в века. Я вот дальше своих прародителей не знаю. Ну, это может лет сто. Так что это совершенно иное.

Отношение к прошлому. И наш современный уровень почитания предков, даже тех, кого мы знаем, далек от.

Времен Римской империи. Да, да, это было навязчиво и даже гнетуще. Это.

Определяло.

Твои поступки. Гнетуще? Да, ведь налагалась ответственность поступать так.

Как твои предки. Вот по-вашему, чтобы не философствовать, это.

Ограничивало развитие общества?

Чтобы... Да, безусловно. А это сильное ограничение было чем-то.

Хорошим или плохим? Как и всё, это палка о двух концах, но с одной стороны это давало им огромную силу, связь с прошлым и руководство к действию, но что интересно, негатив был в том, что это делало римлян традиционалистами и крайне консервативными. Я имею в виду, что они сопротивлялись любым переменам. В поздней республике, о которой мы поговорим позже, Рим отчаянно нуждался в изменениях. Но это было общество, которое жило по заветам предков, и они не шли на очевидные перемены, которые могли бы спасти республику. То есть обратная сторона медали в том, что ты заперт в рамках, из которых не можешь выйти. Но вернёмся к Брутам. Итак, через 500 лет после того, как первый Брут сверг царя, Цезарь начинает вести себя словно царь и его друг Марк Юний Брут. Буквально среди ночи к его дому приходят люди и пишут на стенах следующее «Не забывай о своём предке». А другая вроде гласила «Ты не настоящий Брут». И в этот момент у него уже нет выбора. Он организует заговор, и в мартовские иды в 44 году н.э. он и еще 23 сенатора берут кинжалы и убивают Цезаря за то, что он стал вести себя как царь. И я всегда спрашиваю своих студентов, кто из вас воткнул бы нож в лучшего друга из-за того, что сделал ваш прапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрапрап Это обязательство. Это и.

Есть.

Сила прошлого. Да. Это общество, где прошлое не просто влияет на ваши поступки, оно предписывает их. И думаю, такая концепция очень чужда нам сегодня. Мы не представляем, как убиваем своего друга из-за того, что сделал наш далекий предок 500 лет назад. Но перед Брутом выбор не стоял, он должен был. В прошлом множество обществ обладали такой силой. Сегодня не так много, но у некоторых она есть. Лет десять назад я был в Сербии и общался с людьми, пережившими, в общем, о распаде Югославии, о войнах, которые там были, когда люди ополчились против тех, с кем десятилетиями жили бок о бок. И общаясь с ними, некоторые из них ссылались на следующее. Ну, это было оправдано, потому что в той битве в 12 веке они сделали вот это. И я подумал, ух ты, ты ссылаешься на события 800 летней давности для оправдания своих теперешних поступков. И это современный человек, который все еще понимает силу прошлого или может быть, знаешь, искалечен и можно и так.

На это смотреть. Это интересный момент, демонстрирующий, как мыслили римляне, особенно в контексте передачи власти, наследственная она или нет, что в истории Рима не раз менялось. Это интересно. Интересно помнить.

Эту ценность предков. Да. И.

Само бремя.

Традиции. Бремя традиции. У римлян есть такое латинское выражение «mos maiorum» — «то, как поступали предки». Это их способ описания традиции. Так что для них традиция — это то, что делали их отцы и матеря. И ты должен.

Следовать и соответствовать этому примеру. Затрудняло ли это классовую мобильность, если твои предки земледельцы? Стояло ли серьезное ограничение.

Чтобы ты тоже им оставался? Ну, все римляне любили считать себя земледельцами, даже неприлично богаты.

Их.

Национальная идентичность — это гражданин-солдат-земледелец. Верно. Но среди аристократов, тех, кто фактически всем управлял, Да, было трудно туда пробиться, если у тебя не было знаменитых предков. Это было настолько важно, что был даже специальный термин homus nova, человек новый, для обозначения того, кто был первым в своей семье, кто был избран на важную должность в римском правительстве, ведь это было чем-то странным, необычным и новым, поэтому таких людей обозначали этим особым термином.

Так что да, вы совершенно правы. С позволения, давай слегка отвлечемся. Мне бы помогло, возможно, аудитории тоже, взглянуть на разные периоды. Вы говорили о республике, говорили про то, когда она обрела форму империи, и что была эпоха царей. Какие есть основные.

Периоды этой.

Римской... Как лучше сказать? Римской истории. Римской истории. Да. Многие просто называют это одним словом «Римская империя», и это не совсем.

Точно. Так поведайте на моих примерах. Да, конечно. Традиционная римская история делится на три хронологических периода. Первый из них с 753 года до н.э. по 509 г. до н.э. это была монархия. Названия периодов идут от формы правления. И это самый ранний этап римской истории. Это время, когда Рим — это в основном довольно неприметное скопление глинобитных хижин, честно говоря, как и десятки других городов с такими же хижинами по всей Италии. Итак, это ранний этап, примерно с 750 по 500 год до н.э. Это монархи и правят там цари. Затем происходит революция, царей свергают и рождается республика. Это продолжается примерно с 500 года до н.э. Примерно до 31-го или до 27-го года до нашей эры зависит, какая дата по-вашему важнее, но примерно 500 лет. Республика — это когда у них республиканская форма правления. Некоторые идеализируют этот период как величайший в истории Рима, и главное в тот период — это то, что Рим сначала расширяется, завоевавший всю Италию за первые 250 лет этого периода, а за следующие 250 лет завоевывает всё Средиземноморье. Так что это период огромных и успешных римских экспансий и завоеваний. Потом следующее изменение и к власти приходят императоры. Всё возвращается к идее одного человека власти, хотя римляне пытаются делать вид, что нет, это не царь, это другое. Ещё вернёмся к этому, они неравнодушны к царям. Итак, появляются императоры, И первым императором становится Август. Начинает как Октавиан, но меняет имя на Август, ставший императором. Он как бы задаёт модель того, как всё будет. И как же долго просуществовала Римская империя, это один из главных вопросов. Обычно традиционный ответ это где-то примерно до V века, то есть до 400-х годов нашей эры, скажем так, ещё примерно 500 лет. Такие вот равномерные периоды. 500 лет республики и 500 лет империи. Но можно провести очень веские аргументы в пользу многих других до конца Римской империи. Я вообще думаю, что она просуществовала до конца Византийской империи в 1453, то есть полторы тысячи лет, но это другая.

История. Но вот вам три главные периода римской истории. В каком-то смысле она существует и по сей день, учитывая, как много.

Её.

Идей определяют нашу современную жизнь, особенно на Западе. Да. Вы можете рассказать про взаимоотношения между Древней Грецией и Римской империей.

Как в хронологическом смысле, так и в смысле влияния? Древняя Греция возникла... Классическая эпоха греческой цивилизации приходится на 500-е годы до нашей эры. Именно тогда Афины достигли своего расцвета и появилась первая настоящая демократия. Они отражали персидские нашествия, много чего было. Примерно в 400-х годах, скажем так. Ну, то есть это примерно одновременно с Римом, но греческая цивилизация раньше достигла своего пика. И главное событие это то, что Греция в итоге была завоёвана Римом во второй декаде Римской Республики между 250-ми и 30-ми годами до нашей эры. И вот Греция попадает под власть Рима, а Рим находится под очень сильным влиянием греческой культуры. Они считают греков высшей цивилизацией, более культурно утонченными, с великим искусством и философией. А ещё, вдобавок, римляне были сверхконкурентными. То, что ими... главный стимул, который двигал римлянами, это общественная конкуренция, особенно у высших слоёв общества. Их больше волновал их статус и положение среди равных, чем деньги или даже собственная жизнь. Такая вот напряжённая конкуренция. И после завоевания Греции, греческая культура становится ещё одной ареной конкуренции. Римляне начинают учить греческий, заучивать наизусть гомера, и в письмах друг другу начинают соревноваться, кто напишет оттуда больше цитат на греческом, ведь это повышает их статус. Так что Рим как бы впитывает греческую цивилизацию, и две культуры сливаются воедино. Ещё одно влияние, огромное влияние на Рим, о котором следует упомянуть, оказали этруски. Их влияние прослеживается задолго до греков. Итак, этруски были этой своего рода таинственной культурой, процветавшей на севере Италии до римлян, то есть в далёком 800 году до н.э. Они были гораздо могущественнее римлян свободной конфедерации государств. Какое-то время римляне вроде как находились под контролем этрусков. Последний из римских царей был этруском, это совершенно ясно. Но этруски в конечном итоге передают Риму, или можно сказать, что римляне скорее крадут многие элементы этруской культуры. Многие вещи, которые мы сегодня считаем исконно римскими, это наши клише о том, что это что-то римское. На самом деле римскими не были, а были позаимствованы у этрусков. Вот, например, Тога. Как вы представляете римлянина, этот человек в Тоге, признак гражданина Рима? Именно её носили этруские цари, вероятно. Гладиаторские игры. Мы их очень тесно ассоциируем с римлянами, похоже, они стырили это у этрусков. Многое в римской религии. Юпитер, бог грома, всевозможные гадания. Римляне любили, знаете ли, потрошить животных, а потом гадать по их печени. Это от этрусков. Наблюдать за полетом птиц, чтобы предсказать будущее, тоже от этрусков. Поэтому множество центральных элементов, которые мы приписываем римской цивилизации, на самом деле являются.

Заимствованными, скажем так, от более древних, слегка загадочных этрусков. Это очень важная вещь, важный аспект цивилизации, способность... Можно назвать это воровством, придавая негативный оттенок, но можно назвать это и интеграцией. Да, воровать наилучше у народов, которые ты завоевываешь, и у тех, с которыми взаимодействуешь. Не каждая империя так поступает. Было много... Народов и империи, которые уничтожали, они интегрировали после завоевания. И интересно наблюдать, когда культурно, когда конкуренция приобретает вид борьбы в сфере культурных.

Идей, а не борьбы исключительно в сфере военных завоеваний. Да, и я думаю, вы попали в самое яблочко, указавшее на один из, скажем так, секретов успеха Рима, который заключается в том, что они очень хорошо интегрировали не римлян, или неисконно римские идеи, и как бы впитывали их. И как бы то, что было абсолютно необходимо на раннем этапе римской истории, когда они были лишь одной из деревень с глиняными хижинами, сражающимися с десятками других таких же деревень по всей Италии, и почему Рим стал доминировать... Дело в том, что они делали, когда им наконец удавалось кого-то завоевать, скажем так, другой итальянский народ, Они делали нечто очень необычное, ведь привычной практикой в древности было завоевать, допустим, город. Зачастую мужчин убивали, женщин и детей обращали в рабство, остальное разграбляли, да? Римляне же, по крайней мере в Италии, брали город, иногда поступали так же, но иногда было и так, что мы оставим вас в покое и предоставим вам часть гражданских прав. Порою они делали их полноправными гражданами, но зачастую они делали их так называемыми полугражданами, то есть ты получаешь привилегии гражданства, но не все. Иногда их делали союзниками. но всё же их неким образом включали в римский проект. И с них не обязательно требовали денег или налогов, что тоже странно. Но вместо этого единственное, чего они всегда, всегда требовали от покорённых итальянских городов, это предоставление солдат римской армии. Поэтому армия становится механизмом романизации. Куда вы привлекаете иностранцев, делаете похожими на себя, и в итоге они сражаются за вас. И на раннем этапе секрет военного успеха Рима был не в лучших полководцах, не в лучшем снаряжении и не в лучшей стратегии или тактике, а в том, что у них были практически безграничные людские ресурсы. Они могли проиграть битву, но потом снова возвращались, потом снова проигрывали, и снова возвращались, и в конце концов попросту изматывали своих врагов, потому что ключевым элементом их политики было присоединение завоеванных народов. Выдающийся момент, наглядно это иллюстрирующий, случился намного позже, а так-то они занимались этим 250 лет. И вот они достигли южной оконечности Италии, завоевывая уже последние города. И один из последних, это по сути греческая колония. Это богатый город, и когда римляне появляются на его пороге, чтобы напасть, они поступают, как любая богатая греческая колония или город, нанимают лучших наемников. и нанимают человека, который мнит себя новым Александром Македонским. Это был Пир из-за Пира, он наёмник и дальний родственник Александра. У него потрясающая первоклассная армия, есть слоны и все новейшие военные технологии того времени. Приходят римляне и затевают с ним битву. Пир знает, что делать, он разбивает римлян. Он думает, «Так, теперь заключим мирный договор, будут переговоры, и я свободен». Но римляне даже и говорить не хотят. Они идут к своим итальянским союзникам, собирают вторую армию и отправляют ее против Пира. Пир думает, «Эти ребята походу туго думают. Хорошо. Новое сражение, он их разбивает. Теперь-то мы заключим мир». Но римляне снова идут к союзникам, собирают третью армию и отправляют ее за Пиром. И видя, что надвигается третья армия, он говорит, Я не могу позволить себе выиграть ещё одну битву. Я побеждаю в битвах, но каждый раз теряю солдат, и не могу их заменить. А у римлян новой армии растут как грибы. Он сдаётся и уходит. Римляне проиграли все битвы, но выиграли войну. И один из офицеров Ира в точку подметил, когда они возвращались в Грецию. Сражаться с римлянами всё равно, что сражаться с Гидрой. А Гидра – это мифологическое чудовище, у которого на месте.

Одной отрубленной головы.

Вырастают две новые, так что победить невозможно. Это очень.

Увлекательно. Так что в этом-то и секрет ранних успехов Рима. То есть это не военная стратегия и дело.

Не в каком-то технологическом превосходстве, все дело в живой силе. По началу. Потом уже римляне стали очень хороши, когда превратились в империю. Появились императоры, и они вошли в нашу эру. А империей они стали, делая то же самое. Они привлекали самых лучших, самых ярких и самых амбициозных и талантливых. местных лидеров из числа покорённых народов, когда они куда-то приходили, завоёвывали племя варваров, как они их называли, то часто забирали отпрысков у вождя этих варваров, привозили их в Рим и воспитывали как римлян. И это был способ увеличения своей силы за счёт своих врагов. А ещё римляне начали давать гражданство жителям завоёванных территорий. Правда, выйдя за пределы Италии, уже не с такой охотой, но всё же давали. Так было в Испании. По крайней мере, жители городов Испании стали их гражданами. И вскоре римскими императорами и римскими сенаторами начали становиться не итальянцы. Они были из Испании, с северной Африки или Германии, да откуда угодно. То есть когда римская империя находилась во втором веке нашей эры, в общем в первую сотню лет правят итальянцы. А вот уже начиная со второго века появляется Троян из Испании, следующий был Адриан из Испании, а ещё через сто лет был Септимий Север из Северной Африки. Чуть позже был парень из.

Сирии. То.

Есть фактически правители Римской империи происходят из провинции. Это гениально. Именно эта открытость к интеграции иностранцев, чтобы они работали на тебя и чтобы.

Захотели быть частью твоей империи, думаю, была сильной стороной Рима. Да, брать отпрысков и.

Привозить их в Рим, это гениально. Это такая постепенная интеграция. А в поздней империи римской армии это гигантская машина из полумиллиона человек, которая берет иностранцев и превращает их в римлян. Армия состоит из двух групп. Есть римские легионеры, все они граждане. Но есть и другая группа, такая же многочисленная, по 250 тысяч в каждой, 250 тысяч легионеров и столько же вспомогательных войск, аукселариев. Аукселарии, как правило, были недавно завоёванными воинственными народами, которых римляне вербуют сражаться на своей стороне. И они служат бок о бок с римскими легионами 25 лет. И по истечению этого срока, когда их увольняют, что они получают? Они получают римское гражданство. И их дети потом, как правило, становятся римскими легионерами. Опять же, берёте самых воинственных и потенциально опасных врагов, как бы поглощаете их и 25 лет пропускаете их через систему, где они изучают латынь, римские обычаи и, возможно, женятся на тех, кто уже является римлянкой, заводят детей в этой системе, а потом их дети становятся римскими легионерами. Таким образом, вы интегрируете тех, кто.

Мог бы стать вашим злейшим врагом и начать угрожать вам. Это гениально.

Гениальный процесс интеграции. Именно это объясняет быструю экспансию поздней республики. Нет. Тогда скорее коренные итальянцы составляют основу армии. У них не было вспомогательных войск, они появились во времена империи. Итак, вернемся назад. У нас есть эти первые 250 лет Римской республики, примерно с 500 по 250 год до н.э. В этот период они постепенно расширяются на всю Италию, завоевывают другие итальянские города, которые очень похожи на них. Это люди, которые говорят на похожем или на одном языке, поклоняются тем же богам. Их легко интегрировать. Это те, кого они делают полугражданами и союзниками. Во второй половине этого периода, с 250 по 30 год до н.э., Рим выходит за пределы Италии. И это новый мир, ведь там они сталкиваются с людьми, которые в корне от них отличаются, действительно другими. Они поклоняются другим богам, говорят на другом языке, у них принципиально другая экономическая система и так далее. Сначала Рим расширяется на западное Средиземноморье. И там их главным соперником становится город-государство Карфаген. Это был ещё один город, основанный примерно в то же время, что и Рим, который также был молодой, энергично расширяющейся и агрессивной империей. В западной части этого света в то время было две конкурирующие группы. И они очень разные, ведь римляне — это граждане, солдаты и крестьяне в одном лице. Большинство римлян — земледельцы, это основа их экономики. И именно римляне служат в армии. То есть тот, кто является гражданином, он также, по сути, возделывает землю, но во время войны становится солдатом. Карфаген — это купеческая олигархия. Там небольшое количество граждан, и она зарабатывает за счёт морской торговли. Их корабли бороздят всё Средиземноморье. И у них нет большой армии карфагенян. Вместо этого они нанимают наёмников. Получается, есть две конкурирующие системы, разная философия, разная экономика и всё такое. Рим силён на суше, Карфаген силён на море, такая вот разбалансировка. Но и те, и другие расширяются и неоднократно вступают в конфликты по мере расширения. И Карфаген на побережье Северной Африки, а Рим в Центральной Италии, а между ними остров Сицилия. Так что Первая Большая Война ведется сугубо по географическому принципу за контроль над Сицилией, Рим или Карфаген. И в итоге Рим побеждает и получает контроль над ней. Но Карфаген все еще силен и не ослаблен, поэтому он стремится к экспансии. Следующее место – это Испания, поэтому они захватывают ее. Тем временем Рим продвигается по побережью Северной Франции. И где же они пересекутся? На границе Испании и Франции. И там есть город, который сегодня называется Сагунто. Вторая большая война между Римом и Карфагеном ведется за этот город. Можно взглянуть на карту и увидеть, как всё было. Порою география становится неизбежностью, и, полагаю, в.

Ходе войн между Римом и Карфагеном, которые называются Пуническими войнами, был компонент географической неизбежности. Расскажите о Пунических.

Войнах. Почему... Об этом можно говорить во многих плоскостях, но почему Рим их выиграл? Но пунические войны на самом деле почти всегда сводятся ко второй войне из трёх. Было три пунические войны. Первая за Сицилию, Рим победил. Вторая, самая масштабная. И масштабная она потому, что в Карфагене в то время чисто случайно появляется один из величайших военных гений всех времён, по имени Ганнибал Барка. Он был сыном карфагенского полководца, который воевал с Римом за Сицилию, его отец Гамилькар. Но Ганнибал попросту гений, абсолютный военный гений. Он отправляется в Испанию, он тот, кто всё там организовывает. И он понимает, что вторая война с Римом неизбежна. Вопрос в том, как победить Рим. Он умён, он видел мощь Рима, он знает, что их сила в итальянских союзниках. Итак, Рим всегда побеждает, ведь начиная терпеть поражения, он обращается к итальянским союзникам и собирает новую армию. И как же их победить? Сам он никогда не наберёт столько же солдат. И Ганнибал, полагаю, правильно понимает, что единственный способ победить Рим — это оторвать от него союзников. Но как? План Ганнибала таков, я не буду ждать, пока римляне вторгнутся в Испанию или Северную Африку, я сам вторгнусь в Италию. Нанесу удар в самое сердце распространяющейся Римской империи, в надежде, что если я выиграю пару крупных сражений в самой Италии, то итальянцы захотят вернуть себе свободу, восстанут против Рима или присоединятся ко мне. Завоёванные народы хотят вернуть себе свободу. Так что такой план не беспочвенный. И как известно, Ганнибал переходит Альпы на слонах. Впечатляюще, никто этого не ожидает, все думают это невозможно. Появляются на севере Италии, римляне посылают армию, Ганнибал разбивает их. Он военный гений. Рим тратит год, собирает вторую армию, мы знаем эту историю, отправляет против Ганнибала, он разбивает и её. Рим решает схитрить и говорит, Ганнибал это нечто. Но мы потратим два года, соберём две армии и отправим их одновременно против Ганнибала. Так они и делают, и это битва при Каннах, одна из самых известных битв в истории. Ганнибалу противостоит римская армия численностью в 80 тысяч. И он придумывает такой манёвр, который называется «клещ». Можем потом поговорить об этом, но это знаменитый манёвр, когда он в общем-то заманил римлян, а потом окружил со всех сторон. И за один день в битве при Каннах Ганнибал убил примерно 60 тысяч римлян. Просто чтобы вы понимали, он за один день зарубил мечами больше римлян, чем американцев погибло за 20 лет во Вьетнаме. Знаете, битва при Гитлерсберге, длившаяся три дня и ставшая самой кровавой в гражданскую.

Войну, там, кажется, погибло.

Около.

15 тысяч.

Так что это была кровавая бойня невообразимого масштаба. К тому же жестокая. Да. Просто резня. Такое сложно даже себе представить. В общем, Рим переживает свой самый мрачный период. Вот почему Вторая Пуническая война так важна. У Ницше есть фраза «То, что нас не убивает, делает нас сильнее». Это было время, когда Рим был ближе всего к погибели за всю историю республики. Ганнибал практически уничтожил Рим. И нет, это не спойлер, Рим выживает. И после этого станет непобедимым. Но это кризис, это испытание. Рим проходит Крым, Рым и медные трубы, и это Рубикон, после которого, исподающий надежды Империи, он превращается в явно доминирующую силу в Средиземноморье. И что они делают с Ганнибалом? Что ж... Они умны, мы не будем с ними биться, мы больше не дадим ему шанса убить еще больше римлян. Поэтому они принимают стратегию преследования Ганнибала, собирают еще пару армий и следуют за ним повсюду. Но при попытке Ганнибала атаковать их, римляне отступают. Нет, спасибо, такого шанса мы тебе не дадим. Тем временем других карфагенян они не боятся. Поэтому они собирают еще пару армий и отправляют их, например, в Испанию, и начинают атаковать там владения Карфагена. И, по воле случая или по необходимости, у Рима появляется свой гениальный полководец по имени Сципион. Он одерживает победу в Испании и завоевывает ее. Затем переправляется в Северную Африку, завоевывает ее и начинает угрожать непосредственно Карфагену. И бедный Ганнибал, непобеждённый в Италии, промаршировавший по Италии туда-сюда, от края до края, целых 12 лет в поисках сражения, которого римляне ему так и не дали. Они атаковали в других местах, таким образом подрывая мощь Карфагена. И после более чем десятилетия, проведённого в Италии, Ганнибала отозван на родину, чтобы защитить её, защитить Карфагена от Сципиона, они встречаются в большой битве. Битва при Заме стала бы одной из величайших всех времён, но, знаете, люди Ганнибала постарели к этому моменту, у Сципиона были все преимущества, он победил, Карфаген повержен. И на этом история Карфагена почти закончена. Гурат уцелел на 50 лет спустя, римляне сотрут его с лица земли, но это уже была не война. Но именно с этого момента, после Второй Пульнической войны в 201 году до н.э., Рим бесспорно становится самой могущественной силой нации в Средиземноморье. И покорив Запад, они обратят свой взор на Восток, на греческий мир. А греческий мир, он древнее, он богаче, это богатая часть Средиземноморья, и культурно более развитая. Это мир, оставленный Александром Македонским, которым правят потомки его полководцев. И греки склонны считать себя превосходящими римлян. Ну то есть, для греков римляне — это такие грубые, своего рода дикие варвары. Но им предстоит пережить шок, ведь римская армия, победив Ганнибала, стала очень сильной. И пойдя на восток, они будут раз за разом относительно легко побеждать греков. И был такой знаменитый греческий историк по имени Полибий, чей город был захвачен римлянами, а впоследствии он стал другом семьи сцепионов. На самом деле он обучал детей сцепиона греческой культуре. И он пишет историю Рима, а побудило его это сделать, как он сам говорил в начале книги, не может быть никого столь нелюбопытного, чтобы не захотеть понять, как римлянам за 53 года удалось покорить весь греческий мир. Потому что ему это кажется немыслимым. Поэтому он пишет этот труд в попытках понять, как римлянам это удалось. Мы были.

Превосходящим народом, а пришли они, и через 50 лет, бам, и нам конец. Такая вот мотивация. Не могли бы вы рассказать какие-нибудь.

Интересные подробности военного гения Ганнибала или Сципиона? В чем интересная особенность этого маневра под названием «Клещи»? Ну, Ганнибал хорош тем, что он понимал, как использовать разные типы войск, играть их сильными сторонами и использовать местность. Да, это базовое военное знание, но он был в этом очень хорош. Например, одна из его побед над римлянами случилась, когда римляне шли вдоль берега озера. И их армия была растянута в походном построении. В общем, они были не в боевом порядке, а растянулись вдоль озера. Было туманно, видимость плохая, и он устроил им засаду на берегу этого озера под названием Тразименское. Это просто понимание, как использовать местность. Опять же, войска Ганнибала сильно уступали в численности, но он мог использовать местность и застать врага врасплох. В битве при Каннах он действовал вопреки ожиданиям. Обычно в древности две армии выстраивались на противоположных сторонах поля, лучшие воины ставились в центре кавалерия, по бокам, а за ними легковооруженные застрельщики. А затем две стороны как бы смыкались, и наилучшие воины сражались с наилучшими за победу. Итак, Ганнибал значительно уступает в численности этой гигантской фаланги тяжёлой пехоты, на которой специализировались римляне, у них была первоклассная тяжело вооружённая пехота. И он знает, нельзя идти против них, у меня нет так много таких солдат, да и они не так хороши, как римляне. Поэтому он выстраивает часть своих менее боеспособных солдат в центре против большой и грозной римской фаланги и говорит им, когда римляне подойдут, Не пытайтесь их победить, просто сдерживайте их, задержите. И сказал им, даже можете отступать, но сделайте так, чтобы образовалась большая дуга в форме буквы «С». Позвольте римлянам подойти, но главное, держите строй. А тем временем он ставит конницу и лучших солдат по бокам, и получается, что на флангах он разбивает римлян. А потом как бы окружают их и атакуют эту большую грозную римскую фалангу с тыла, где она очень уязвима. И получается, Ганнибал поймал римлян в этот гигантский котёл, когда фаланги смыкаются с обеих сторон. Их зажимают в кучу, они не могут нормально сражаться и паникуют, и всех их убивают. И этот манёвр взятия в клещи и охвата с обеих флангов становится образцом военной стратегии на протяжении всей последующей истории. Её использовали немцы во время Блицкрига во Второй Мировой. Это был как бы обход флангов и окружение противника. На Восточном фронте они устроили много таких котлов, когда обходили и окружали огромные части советской армии. Это оно и есть. Предположительно, даже США во время войны в Персидском заливе при.

Вторжении в Ирак использовали маневр клещи. Поэтому он был неким вдохновением для армии всю последующую историю.

Не могли бы вы рассказать, чем отличается кавалерия от тяжелой пехоты, об их пользе в древности? В древности, начиная греками и заканчивая римлянами, всегда делается акцент на тяжелой пехоте. Вот возьмем Грецию, когда они сражались, допустим, с персами. Они были сверхдержавой древности и были на голову богаче и больше, чем древняя Греция. Мужчин в разы больше. Но у персов это были в основном лучники, лёгкая конница и лёгкая пехота. Греки же делали упор на так называемых гоплитов. Это были такие пехотинцы в очень тяжёлой броне, со шлемом, копьём и очень большим тяжёлым щитом. И они выстраивались в такой строй, где щиты накладывались друг на друга, образуя монолитную структуру с торчащими копьями, и попросту медленно двигались вперёд, сметая врага перед собой. Так выглядел строй тяжёлой пехоты. Преимущество в том, что в лобовой атаке они, как правило, побеждают. Недостаток в том, что такой строй медленный. Он уязвим с флангов и сзади, и там нужна защита. Но если удаётся держать врага перед собой, то он практически непобедим. При Александре Македонском это шагнуло ещё дальше. Ведь ему пришла в голову идея, а что если дать им копья подлиннее? Греческие копья были до двух с половиной метров. Александр Македонский вооружает свою армию с сарисами. Это длинная копья, метра четыре с половиной. При такой длине копий щиты уже почти не нужны. Так что это была невероятно мощная вещь для лобовой атаки. И с их помощью он стал повелителем всего известного нам мира. Он завоевал персидскую империю и стал персидским царем царей с помощью фаланги войск, вооружённой царицами. Это была мощная штука. Римляне пошли немного другим путём. У них была тяжёлая пехота, но они сделали ставку на использование коротких мечей. То есть сблизиться и заколоть. А ещё римляне сделали ставку на... гибкость и деление своей армии. Фаланга Александра представляла собой строй из пяти тысяч человек, и это было одно формирование. Римская армия пошла по пути уменьшения единиц в формировании. Вот есть группа из восьми человек. Это кантуберни, живущие в одной палатке. Десять таких групп образуют центурию из восьмидесяти человек. Пару центурий — это когорта, а пару когорт — это легион. Так римляне могли делить свою армию на части. И переломный момент наступает в 197 году до нашей эры в битве при Киноскефалах, когда римский легион сталкивается с одним из наследников Александра Македонского, который использует его систему подразделений. Получается новая и гибкая римская система против старой непобедимой системы Александра, с тяжелым вооружением в виде пятиметровых цариц. Ключевой момент битвы наступает, когда они сталкиваются. И в лобовом столкновении... Да, македонцы победят. Но у римлян есть гибкость, чтобы взять пару формирований, обойти с фланга и там атаковать вражеский строй. Так они и побеждают. Они доказывают.

Свое тактическое превосходство благодаря гибкости. Получается, развитие новых.

Средств и средств противодействия, им это.

И есть военная история. Поразительный и жестокий полигон испытания тактики и техники. Нужно постоянно адаптироваться. Думаю, это ключевое. Интересная особенность вашей работы в том, что вы изучаете римский быт и жизнь в древности. Но ещё и детали, как вы сказали. Вы эксперт по доспехам. Так что, может быть.

Вы могли бы рассказать об оружии и, главное, о доспехах, которые использовались римлянами или другими народами в древности? Я военный историк, но в общем-то римляне специализировались... В смысле, на раннем этапе доспехи были какие попало, не было стандартизации, в древности заводов не было, и никто не производил тысячи единиц одинаковых доспехов, всё было самодельным. Да, могла быть определенная степень стандартизации, даже при Александре она была, но каждая часть сделана вручную, и это важно помнить, каждое оружие и каждая часть доспеха. Доспехи развивались, чтобы отвечать тактике. Например, гоплиты носили тяжёлые доспехи. Римские пехотинцы в начале республики были легче. Уже потом у них появились эти типичные кольчуга, шлем и щит. Классический римский легионер в нашем представлении появился в первом-втором веке нашей эры, то есть в ранней Римской империи. И это был человек, носивший стальные пластины, которые шли как бы полосками вокруг тела, чем-то смахивало на панцирь лобстера, и называлось это лорико-сегментата. Это цельная сталь, которая очень хорошо защищает, но при этом гибкая, потому что состоит из отдельных пластин, дающих свободу движений. У них был шлем, был немного изогнутый квадратный щит и короткий меч, римский гладиус. Вот такой он, классический римский легионер. Позже, конечно, всё менялось. Мои личные отношения с доспехами сложились так, что я совершенно случайно оказался вовлечён в проект по реконструкции. Одного загадочного вида доспехов, который использовали в основном греки и Александр Македонский, называется он линоторакс, и похоже его делали только из льна и клея. Звучит странно, ведь это же не тот материал, когда можно использовать металл или что-то ещё, но у нас были чёткие литературные ссылки на то.