Из жесткого детдома под Карагандой к мировым рекордам. История Марата Жыланбаева | Шокунин

Итак, добрый вечер, уважаемые друзья. Я с радостью вам представляю сегодня Марата Жламбаева. Похлопаем. Это человек, который на самом деле, Марат, я за глаза всегда хвалю, и в глазах я скажу, что я в своей жизни, у меня очень было мало кумиров и очень мало людей, с которых я брал бы пример. И вот в плане преодоления себя, а я считаю, что самое сложное в этой жизни – это побороть себя и преодолеть себя, в этом плане ты, наверное, для меня пример номер один. Итак, Марат Жиламбаев, добрый.

Вечер. Добрый.

Вечер. Итак, начнем традиционно со справки. Марат Жиламбаев, 56 лет. Гражданин Казахстана, выдающийся супермарафонец, экстра, ультра, все звания можно ему присвоить. Первый и единственный атлет в истории человечества, в одиночку пробежавший крупнейшие пустыни Азии, Африки, Австралии и Америки. Установил несколько мировых рекордов, семь из них занесены в Книгу рекордов Гиннеса. За 7 дней марафонского бега он взобрался на Эльбрус, 5 642 метра над уровнем моря, самую высокую горную вершину в Европе. Большая часть мировых рекордов, установленных Маратом в начале 90-х годов, остаются по-прежнему непревзойденными. Марат Желамбаев, тренер, мастер спорта международного класса, разработал собственную систему тренировок для марафонов и ультрамарафонов. За годы спортивной карьеры пробежал совокупное расстояние, внимание, свыше 160 тысяч километров. Это для справки, особенно для молодежи, мы снимаем, у меня основная аудитория это молодежь и многие может быть и не знать, это четыре кругосветки вокруг земного шара. Четыре раза он пробежал вокруг земного шара. далее справка в девяностом девяносто первом году за один календарный год марат желамбаев пробежал 226 классических марафонов за один год можете представить напомню для тех кто не знает марафон это 42 километра 195 метров если не ошибаюсь правильно В июне 1991 года за 15 дней Марат пробежал 30 классических марафонов, преодолевая по 2 марафона в день. Это неописуемо. В марте 1991 года за 23 дня пробежал 23 классических марафона. В 1992 году за 20 дней в одиночку пробежал 1200 километров через пустыню Каракумы. Представьте. 1200 километров, это как с Алматы до Астаны. В 93-м году пересек Сахару, самую большую пустыню планеты. 1700 километров за 24 дня. В том же 93-м году пересек самую большую пустыню Австралии, Большую Викторию. 1600 километров за 22 дня. В 94-м году Мараджин Ламбаев совершил самый длинный пробег в истории через пустыню Невада. Величайшую американскую пустыню. 1218 километров за 17 дней. Похлопаем. Действительно, это неимоверно. Это просто нечеловеческие возможности. И поэтому я действительно восхищаюсь этим человеком. Итак, перейдем к нашей передаче. Хотел бы начать с детства. Я сразу скажу, предварительно я вопросы Марату не отправлял, поэтому многие вопросы могут показаться Марату неожиданными, может быть. Маке, прошу простить, если затрону какие-то, может быть, неприятные.

Моменты. Это интереснее, когда тебя не готовят. Когда скажут, что скажут, так и.

Отвечают. Так вот, Марат, я просмотрел про тебя очень много материалов, готовясь к этому интервью, и даже до этого я много про тебя смотрел и видел, и это причем давно. У меня симпатия к тебе и восхищение. В семь лет тебя отдали детдом. При этом в семье вас было пятеро, если я не ошибаюсь. Вот я нигде не нашел и мне интересно, я извиняюсь конечно, если может быть тебе даже больно где-то, но время прошло, а что стало с.

Родителями? Ну мама по болезни, а отец, у него был стресс, он любил выпить, а тут вообще стресс был, потому что у нас пятеро детей и он запил, Я скажу, он и до этого пил. Я наколками занимался. В детдоме накалывал, в армии накалывал. Сам себе не колол, но другим. Сейчас у меня дочка тату занимается. И первая наколка, это было, я сделал отцу. Наверное, лет шесть. Когда он нас гонял иногда, и он пьяно лежал, уже без чувств. всегда заканчивалась драками, и мы вызывали милицию, его забирали на 15 суток. И у него в кармане была ручка, тогда писали перьями. Я ему по лицу бил, бил, бил, от такой злости, что он обижал нас, маму. И когда 15 суток прошло, он такой злой был, потому что я ему сделал наколки, то есть она не смывалась. Закончилось тем, что он попал в медведевитель один раз. Его забирали точно, но в этот день, видно, его там перебили, я думаю, милиция, и его выбросили в парк. Это такая версия моих родственников. Но то, что его забирали на 15, он даже сутки не отсидел, но он был.

Агрессивный. это произошло в один год и мама и отец ну рядом вот когда тебя отдавали в детдом отдали всех братьев.

Братьев сестру мы трое взрослых я как раз первый класс пошел младшего забрали родственники.

Куда каркаровинский не этого младшего куда забрали греш родственники родственник забрали да вот у меня как раз вопрос был а что родственники они вас не взяли или как.

Ну видно не взяли я скажу я один раз пригласила кемат ну там каркаролист всех родственников собирали мне книгу подарили 10 тысяч родственников моих поближе у меня там один раз в Каролинске собирали родственников, Батышор, это от Карагасека дальше и дальше идет, 10 тысяч родственников, вот книжка есть или там 15 тысяч, собралось тысяч пять, я скажу деду, ни один родственник не приезжал, пока я был, но это зато сейчас много знакомых и старшая сестра и старший брат, мы вместе попали, я был младше и помню, когда меня обидели, я подошел к брату, он сказал, здесь каждый сам за себя. И я не в обиде здесь, там действительно законы. Если у тебя есть старший брат, ты не имеешь права жаловаться ему. Ну такие строгие законы, что ты не имеешь привилегий каких-то. Если бы старший брат заступился, ему бы тоже досталось. Это всех касалось. Там просто ты должен быть человеком у себя у своих не воруй младших просто так не обижай ну то есть там если даже очень сильный человек ну так пацан обидит младшего его могут наказать наказать как темное делали накрывали там одеяло толпа избивала и он не знал за что это мог решить просто человек 10 соберется и скажет что он неправильно поступил.

Вот в семь лет отдали в детдом. Мы с тобой примерно родственники, я говорю родственники Замандас, как казахи говорят, в одно время живем. Я помню детские дома это был какой-то ужас. В советское время детские дома это как детские тюрьмы на самом деле. И когда мы встречали детдомовских, для нас это было, с ними лучше не связываться, потому что могут пырнуть там, убить и так далее, так далее. Нравы, я так понимаю, в детдоме, особенно в Каркаролинске или в Караганде, Караганда всегда славилась бандитизмом. Там далеко, наверное, непростые были и это больше поощрялось администрацией или все-таки вот советско-зоновская мораль проникала.

Туда? Ну вот так получалось, что у детдомовских какой-то был пример, и почему-то пример в сторону уголовщины. Ну, во-первых, все воровали, какие-то законы какие-то, ну не знаю, как принимали, вот ты говоришь даже Алжир. У нас даже была учительница, у нее была кличка Алжир. Ей дали из-за того, что она родилась там, и одна учительница нам сказала, а вот она дочь предателя. И мы это серьезно, мне сейчас это обидно, что мы считали ее предательницей, как дочь. Мы вообще всем клички давали, и друг другу, и учителям. У нас был учитель фашист, потому что он по правде немец, который воевал, ну как, немцы же арестовывали, как там, сидели в наших тюрмах, он отсидел, но уже у нас работал, просто он там стеклил, там, двери делал, замки там, ну такое, все, что надо, делал работы, и мы на злое муло разбивали стекла. Вот сейчас это ужас, велосипед ломали, его.

Угоняли, Вот с тех времен у тебя остались какие-то принципы по жизни? Вот я в ауле рос и у нас тоже был культ силы. И вот я хорошо помню один принцип, который у меня в жизни остался и достаточно часто помогал. Если чувствуешь, что будет драка, бей первым и самым безжалостным образом. Вот это всегда работало и часто помогало, потому что дальше драка быстро прекращалась. А вот там вот эти детские правила, принципы какие-то.

Были? там было если дерется один на один и если упал не бить ногами тогда не били тогда в основном кулаками если один на один решился все уже там никто не вмешивался если парень шел с девушкой мы не трогали почему мы нас дедомы действительно все боялись если мы выходили за территорию ну просто идем купаться например там озеро там дамба идем с другом там ринат вроде идем идем и три парня идут городские но не высокие большие а мы идем и видим их сне страх вот у них страх такой написаны прям лишь бы не остановить и А мы стоять, карманы выворачивать. И сами потом идём, всё заберём у них. И думаем, а почему они нас не побьют? Духа нет. И поэтому во всех правилах, да, я старался не обижать девчат, женщин. Я никогда в жизни никого не ударил. И считаю, что никогда не ударил. Младших никогда не бью. Себя в обиду никогда не дам. если бывает, ну например, было же так, сильнее, бывает человек сильнее тебя. Ты проиграл, если честно, проиграл, проиграл. Но когда он специально хочет тебя побить. Ну в армии такой был случай. Один такой большой, на полгода старше, но он еще здоровый. Я не буду национально говорить, но кличка была Ара. И он такой здоровый, борьбой занимался. Просто прикопается ко мне. Говорит, отдай честь. Ну как, унизить меня хочет. Конечно, я не отдам. Но он начинает бить. Деремся, деремся. В боксе еще нормально. Он на борьбу переходит, побеждает меня и избивает. И раза три было так. И третий раз он мне пробил здесь дырку. Я даже чай пил и текла. Я понял, что в следующий раз, я просто для себя решил, после дырки я его прибью. И в следующий раз я знал, что я возьму хоть что, но я его прибью. И получилось так, в нарды играем там с одним другом. И у нас табуретки, они все одинаковые, солдатские табуретки, вот такая дырка, тяжелая. И он заходит и так говорит, ты сел на мой табурет. балом табурета, не подписан. Я понял, что он просто хочет меня побить. Я так за табурет держу и говорю, пожалуйста, садись, двигай, он садится. Я уже знал, что я его буду этим табуретом бить. Я начал бить, бить, я сломал ему сотрясение мозга, сломал пальцы, ребро сломал и такой яр. Меня просто солдаты остановили. Я не хотел его прибить, но тогда я не контролировал. Но я сказал, в следующий раз я тебя застрелю. Автоматы у нас были в таком свободном доступе более-менее. Больше ко мне он не подходил. Ну такие случаи, что Ну да.

В то время и детдом, и армия, и зона, они на самом деле очень близки были по своим нравам, по морали и так далее. А вот вернёмся в детство. Ты в детдоме сколько лет.

Пробыл?

Полностью. До восьмого.

Класса? С первого до восьмого.

Класса. Да, до восьмого класса. Давай перейдём к мягкой части, вот к романтической части. Я наслышан про... Как ты первый раз.

Влюбился? Но их много раз.

Было. Нет-нет, особенно мне было интересно, когда ты писал письма. Расскажи, пожалуйста.

Подробно. Давайте я.

Расскажу. Это.

Интересно. Я вообще первый класс вообще не учился, я больше рисовал. Никому это не нравилось, ну ладно, там были конфликты, у меня были двойки в первом классе, мне хотели на второй год оставить комиссию, или в класс Б, Б это умственносталые, там шизофреники, аутисты, дауны. Мне было как бы пофиг, и я рисовал просто. Потом всем пошло на пользу, я стал рисовать стен газеты, начал рисовать, там, Ленинские комнаты оформлял, стенды делал. Я даже скульптуру помогал чуть-чуть делать. Аркадия Гайдара скульптура. Аркадий Гайдар – это писатель, который написал Чук и Гек, Тимура и его команда. Наша пионер-важатая, она говорит просто, говорит, хорошо бы Тимура Гайдара сюда позвать. только адрес не знаю, но можно написать вот в эту книжку Тимура Команда, издательства «Молодая гвардия». Просим, мы открываем памятник, а меня попросил нарисовать этот памятник. Фотографа не хватало, видно. Я помню, что и в 90-е я рисовал для газет иногда из-за студии. Я нарисовал, и в этом письме все нарисовал, и мы отправили. И самое главное, пришел ответ от него, но он не приехал, о Тимуре, что я не смогу приехать и так далее. Но не в этом дело, я это запомнил просто. Можно написать автору книги, то есть в издательство послать. В библиотеке я тоже очень много рисовал, и девчатам я много рисовал. Раньше инстаграм не было же, а у девчат были такие Общие тетради, они туда свои все сокровенные фотографии клеили, артистов. И меня часто просили нарисовать цветы, там, любовь, обнимающие пары, там, ну, что.

Они вздумали. Ну, сердечки разные.

Да, да. Тогда сердечки. Да, тоже были сердечки. Почему-то со.

Стрелой. Ладно. Да.

Да, да. Разорваны. Но и самое главное, когда у девчат Забирали этот дневник, пацаны старались это забрать, украсть и читать. Были истерики такие, что там воспитателя на учителя вмешивались, потому что по психике это сильно на них видно било, потому что они там сокровенно писали стишки всякие, переписывали. Мне доверяли, я все читал, но, правда, я не рассказывал никому, потому что не сплетник. Заодно я ухаживал, но она такая безответная. Но я знаю, что ей нравится писатель, поэт Эдуард Асадов. И это слепой поэт такой. Ну, для той поры, для девчат это нравилось.

Ей нравилось. Он крутой был всё.

Время, да. Да, он крутой был. Я думаю, надо достать книгу. И в библиотеке я что-то там оформлял. И говорю, мне нужна книга Эдуарда Асадова, только не библиотечная. Библиотечная, там на 17-й странице штамп, еще на какой-то там стоят. Это, ну как, она мне достала за то, что я там много дел оформлял, ну тематические выставки. Я думаю, вот подарю. А потом подумал, круто, если Эдуард Асадов подпишет. И решил, если вот я его отправлю Бандеролью, эту книгу, напишу текст, такой-то, такой-то, это кого-то. В общем, в издательство я отправляю «Молодая гвардия», книжку и обратный конверт. Раньше все приходило в конверты, прям толпами. Естественно, он прочитает, если он автор этой книги, плюс он видит, что Дедовский это написал, конечно, он подпишет и тут же отправит. Это ничего не стоит. И самое главное, где-то через месяц это приходит книжка с автографом. Я такой крутой, при всем классе дарю ей. с автографом Амсадова. Конечно, никто не верит. Да, ты художник, ты.

Сам нарисовал. Да, ты, говорит, десяточку он так нарисует, никто не.

Отличит, да? Я взял вот так, конверт достаю, я же знал же. Достаю конверт, там штампеля, Москва, даже обратный адрес. осадов написал чтобы я писал я даже этим пользовался часто и у меня даже есть там книги и был их модулины подписаны так и просто я мог задавать вопросы прочитал книгу никакого вопроса я просто задавал и процентов 30 наверное отвечали и самое главное когда не отвечали потом я с ними самое главное, я с ними потом знакомился вживую, вот получалось.

Вот так. Ничего себе, еще один факт из твоей биографии, особенно вот школьной детдомовской, вот ты начал рисовать, про рисование расскажи и вообще ты до сих пор рисуешь или не рисуешь. Меня очень удивил тот факт, что ты продавал свои картины капиталистам, так сказать, уже в то время за валюту. Мне так захотелось купить твои картины, честно говоря. Такой маркетинг, будем говорить, своеобразный получился. Реально вот расскажи историю рисования, как ты к этому пришел и занимаешься ли этим до сих пор? И где можно найти.

Твои картины? Я скажу вот, как я себя помню, я всегда рисовал. Это действительно, это с самого раннего детства помню. И помню, вот как мать раздавала листочки, мама, и нам всем, и говорит, нарисуй там стул, собачку, кошку, слона, бегемота или шкаф. И мы рисовали, и надо было на скорость нарисовать, и у нас вот так, и вот такая эстафета была, и потом она говорила, кто лучше. оценки ставила, я всегда выигрывал, но раньше у нас дома не было телевизора и книг было таких мало с картинками, все любили книги, ну и в детстве с картинками, и например ты не знаешь как выглядит тот же слон, или забыл как рисовать, и тогда мама помогала, или она в библиотеке находила, ну приносила книжки и говорила вот так вот так рисовать, Я старался выучить, рисовал, рисовал, пока у меня памяти не останется. Я хотел быть всегда лидером, потому что я понимал, что это у меня получается. И мама всегда говорила, ты станешь хорошим художником. И поэтому, когда дедом попал, у меня был сильный стресс. Во-первых, я остался один, я на Камчатку, на заднюю парту сел и только рисовал. Я вообще не учился. Я изрисовывал все тетради, книжки. даже парту, иногда так зарисовывал, что не замечал, как учительница подходит, указкой по руке могла дать, листочки забирала, в угол ставили, вот как раз я. Это.

Рисование было своеобразной, отдушиной, твой мир. Да.

Я снимал стресс, это точно стресс, я рисовал по 8-10 часов. И самое главное, рисование меня вывело на другую точку. Чтобы понимать, я стал читать книги. Первый начал читать книгу «Как рисовать», то есть композиция, полутона, светотени, перспектива. Потом начал читать картины, про картины изучать. Чтобы знать картины, сюжеты, Надо знать очень много, например, самые такие интересные картины, они же на религии, на Библии, мифы. И пришлось прочитать, чтобы понимать, действительно надо прочитать. Особенно мне нравятся картины эпохи Возрождения и всего. И если взять до революции, это почти по мифам всё и по Библии. И когда прочитал всё это и стал понимать эти картины, И самое главное, мне нравились некоторые художники, были кумиры. Например, Леонардо да Винчи до сих пор мой кумир и в то время был. И мне было интересно прочитать его биографию. Я когда его прочитал биографию, а это АИФ, ЖЗЛ, Жизнь Замечательных Людей.

Из Сирии. Да, Сирия в советское.

Время была. Я вот когда его прочитал, я там вообще человек родился на много веков вперед, то есть он не только там художник, не только там и музыкант, он и врач, он и изобретатель, и архитектор, то есть и скульптор, то есть у него там столько талантов, до сих пор, мне кажется, таких людей даже не появилось. И Лидца впервые начал рисовать не так, не в анфасерансе рисовали и профиль как, ну я не знаю, как иконы рисовали, а он именно живое. До сих пор вот все мы любуемся Джоконды, Мадонны, которые до сих пор номер один, да, считается.

В.

Мире? Наверное. Потому что я когда в Лувр шел, я хотел эту картину посмотреть и плод медузы. Вот две картины, которые я сильно хотел. А плод медузы меня интересовал просто жизнь в экстремальных условиях. И именно от этой картины пошла вообще эта наука. И это на.

Реальных событиях. А вот ты больше на маму похож или.

На отца? на прадеда на прадеда но.

Я имею ввиду в роду кто-то рисовал или к искусству какое-то отношение кто-то имел.

Ну прадед а дед был сапожником Когда он в Каркаралдинске, он было сапоги шил. И до сих пор у родственников есть машинка Зингер тех времен. 1905 года.

Что ли. Да, немецкая машина Зингер в то время.

Была распространена. Что еще. А прадед, от него ко мне перешло Бетедига. И фамилия перешла Желан-бай, змея, да? И еще до революции, когда в селении это аул был, небольшой аул такой, у него вот такие пятна появились и волосы выпали. И совет старейшин его постановил выгнать с селения. Если бы он появился, это как считается проказом, если он появляется, его убивают просто. И он жил в горах, в пещерах, в Океанские горы. И люди видели, там кушать нечего, кроме змей. Там до сих пор много змей. И его называли, кличку дали Желан. И через месяц, может, девять, говорят, его люди увидели, что у него волосы отросли, пятна исчезли. Ну, человек не умер, значит, никого не заразит, его забрали назад. А кличка осталась. А когда советская власть пришла, фамилии у казахов же не было. И, говорят, Желан Баев. И вот так.

Фамилия произошла. А вот ты продолжаешь.

Сейчас рисовать? Я вот решил, когда в 90-м году начать бегать, я бросил рисовать сразу. Хотя был успешный, было очень много я зарабатывал. Я продавал за доллары. И был в это время и вольдючиком.

И форсовщиком. Хорошо, перейдем к марафонам. 90-е годы, начало 90-х годов. Вообще, расскажи предысторию, как ты бегом.

Увлекся, заболел? Ну, я занимался спортивным ориентированием.

И неплохо. Это была.

Секция какая-то? Спортивная, да. В школе? Нет, это в городе, в Караганде. Я занимался спортивным ориентированием. Это бег по пересеченной местности, болота, горы, и по карте надо КП, контрольный пункт, и ты должен пройти отметка, отметка, отметка, отметка, и вот такой шаг. Ты должен по карте читать. А в то время я карты мог сам рисовать. То есть я до этого изучал картографию, высоты знал, я знал пойти в гору или обойти. надо уметь вычислить короткий путь. И я стал чемпионом СССР.

Среди юниоров.

Чемпионом СССР? Да, среди юниоров. И тренер сказал, Марат, тебе не хватает беговой подготовки. И отправил меня в марафонскую группу, а в Караганде только открылась марафонская группа. Возраст какой был? лет 16, а в марафонскую группу я пошел, мне не нравилось бегать, я тоже думаю, все, я бросаю, мне это не нравится и тренер заметил, будто бы прочитал мои мысли и перед тренировкой говорит, Марат, ты следующий слабак, который уйдет отсюда. Ну вот такие слова сказал, что меня задели. Во-первых, я это никому не говорил. Я только подумал. Поэтому я сказал, нет, я останусь, я об этом даже не думаю. И вот так остался назло. Бегал до того, что я.

Полюбил бег. Ну, реально можно полюбить бег, да? я вот пол жизни прожил и до сих пор в этом очень.

Сильно сомневаюсь почему поэтому я учу бегать поэтому я в Алма-Ате здесь как бы по своим делам но я думал обещал же многим приеду там поучу вас это месяц и моя задача научить бегать да и чтобы полюбить бег должен приносить удовольствие.

Вот я не представляю, как ты готовился к марафону, бегал два марафона. Один год ты бегал босиком, в любую погоду, по любой почве, асфальту, дорожкам и так далее. Вот расскажи про этот опыт, как можно босиком бегать и как это влияет на технику бега. Одно из твоих высказок, ты говоришь, чтобы научиться правильно бегать, нужно бегать босиком. Вообще непонятно. Вот.

Расскажи, пожалуйста. Ну, когда я начал бегать в марафоны, я организовал и первый клуб-марафон, первые марафоны. Они, наверное, даже были круче, чем сейчас проводят, потому что там призы были мощные. Приезжали журналисты и спортивные из Москвы. Викибастуз. Можете.

Представить такое?

Викибастуз приезжали? Да. И первый спонсор Adidas я привез в Казахстан на.

Свои соревнования. К тому времени ты уже переехал.

В Викибастуз? Да, после армии я приехал в Викибастус. И я вообще там сразу работал художником, хотя по профессии я как тренер и учитель физкультуры. Я работал художником, потому что я зарабатывал как художник. Можно много зарабатывать, а тренера, учителя у нас всегда.

Мало зарабатывают. Кстати, вот прочитал в одном из твоих интервью, когда вызвали добровольцев, кто поедет в Афганистан, и ты сказал, что шаг вперед сделали все, весь полк. У нас такая же ситуация была. в доме культуры собрали и сказали кто хочет поехать добровольцем в афганистан и мы все тоже вызвались вот так такая была сильная идеология в то время вот все-таки вернемся к бегу босиком целый год и как это влияет на технику.

Бега когда я начал изучать бег все что я хочу добиться цели нужна теория, в первую очередь. То есть я все изучал. Я встречался с самыми лучшими спортсменами, марафонцами СССР, с самыми лучшими тренерами СССР. То есть в Москве встречался с журналистами спортивными, даже беговой журнал «Бег и мы», это первый, который в СССР был, я один из спонсоров. первый журнал. Я даже подсказал, где продавать. Здесь, на марафоне, на московском.

Международном марафоне. Ты там форцевал по пути? То есть на международные соревнования ты ездил с.

Двумя целями? Футболки продавали. Я сам, но футболки я делал сам. Это шокография. На тракторном заводе покупали сетку металлическую, очень мелкую. Это как трафарет, только она.

Без прорези. В смысле сам? Ты.

Шил их? Нет, покупали в Ташкенте футболки белые, а я рисунки делал. То есть это поток такой. У меня был кумир среди марафонцев, это Абеба Бекила. Абеба Бекила это марафонец, это первый. Сейчас мы привыкли кенийцы, эфиопцы, а он был один из первых. И на Олимпиаду в команде с Эфиопией, его на команде, его еще был там родственник, они вышли. каждой стране свои спортивные спонсоры, у них был одидаст, а у них не нашлось размера под обе бикилы и под него, то есть были или маленькие или большие и они решили бежать босиком.

На олимпиаде. А что такое разрешалось в.

То время? Да, сейчас разрешается беги, хочешь.

Беги босиком. Не.

Знал даже. И все смеялись, а он взял в игру марафон, а его родственник занял четвертое место. Ладно, это ерунда. И на следующий марафон тоже решил бежать босиком. И другие марафонцы других стран, которые смеялись, тоже решили бежать босиком. Ну не все, но часть. Но когда он приехал в Японию, это в Японии следующая олимпиада, а там фирма ASICS, надень наши кроссовки. Интересно. Деньги большие дают. И он решил бежать в ASICS кроссовках. Ну раз.

Деньги платят. Эта фирма только.

Появлялась тогда? Не, она уже была раскручена. Может появлялась, может раскручена. Я считаю, есть фирмы, которые не надо раскручивать среди беговых кроссовок. Мне не платили, поэтому я не буду никого рекламировать. Потому что спортсмены эгоисты. Любой подойдет, заплатит деньги, скажет, вот эти кроссовки. От кроссовок много, независимо. Тренируйтесь, главное. И все спортсмены обрадовались. Все знают, если человек надел новые кроссовки, на марафоне он получит позори, потертости сильные. он прибежал, они просто не знали, что после бега босиком, тапочки там становятся кроссовками обыкновенной. Я решил это попробовать, я решил год бегать босиком, чтобы понять технику бега, и я считаю, это очень мне помогло, и даже вот был случай такой, вот такая погода, чуть-чуть попозже же, первая зима, снег, в парке бегу, трусак, босиком, И тут женщина идёт с ребёнком и говорит, «Мам, мам, вон дяденька бежит босиком, он же заболеет». Она так посмотрела, говорит, «А, он уже заболел». И та сказала, чтоб я услышал. То есть любой, вот кто что-то достиг, если взять и проанализировать, тот просто чуть-чуть больше пашет. Раньше встаёт, и тогда не было книги «Магия утра», я.

Вставал.

3.50. Ужас. То есть в 90-м году, когда я решил стать бегуном, я потихоньку понял, что 3.50 это самое эффективное время вставать. Сколько ложился тогда?

В 10. В 10 ложился, в.

3.50 высыпался? Когда мощные тренировки были, тогда у меня был еще.

Тихий час. Это тот период, когда ты бегал два марафона.

В день? Да-да, тогда был тихий час, но я сразу друзьям сказал, всем друзьям, родственникам, ко мне днем не приходить. Я полчаса назначил такое-то время вечернее. Ни раньше, ни позже и никуда ходить не буду, сказал. Потому что мне действительно там не хватало времени, надо.

Было работать. Друзья, вот для справки, среднее время марафона, который два марафона бегал Марат, это 4.05 часов, за 42 километра он пробегал за 4.05. Это 8 часов 10 минут он бегал в течение одного дня. Можете представить? И этот период как раз, когда ты закончил басовый период и начал уже более серьезно готовиться к.

Пустыне, так? Ну, пустыня, вот я когда изобрел свою методику, я вообще в нее не хотел бегать. Просто к нам приедут спортсмены в веки бастуз и все призы забирают. И там машина, и Урал уходит, и там музыкальный центр. И жалко. Я думаю, что бы придумать такое. Я решил методику придумать. Со всеми делюсь, и все говорят, не будет работать. Даже тренер сборной не будет работать. Чемпион мира не будет работать. И мои ученики тоже говорят, что это не будет работать, человек не выдержит, сломается. И тогда я решил, ну чего мне всего там, сколько мне было, 28-29 лет, это тоже старое. Я решил, ну я попробую. Через год встретимся. И самое главное, через год я победил этого чемпиона мира, который сказал нет. Тренер сборной два раза его победил. А тренер сборной... Расскажи, пожалуйста.

Вот как ты вот это, я понял про период Эльбрус, когда ты бежал. Вот.

Подробнее можно? Ну Эльбрус, Википедия пишет 7 дней, там 4 дня бежали. И без всяких этих, без подготовки, без акклиматизации, И самое главное, я сейчас удивляюсь, почему нам не сказали очки одеть, почему крем не дать. Потому что.

Мы облезли. Почему обувь.

Не дали? С труппи. Я вообще бежал в трусах майки. В фотографии до приюта 12, до бочки я бежал в.

Трусах майки. Причем, судя по фотографии, они даже не спортивные, по-моему, трусы.

Майки.

Были. Нет. Такое ощущение, что ты до 3.50 спал, потом просто вставал и бежал. Бегал, бегал, бегал, ночью просто в этой же форме.

Опять спал. Поэтому получилось так, что как раз год закончился, я установил три рекорда, которые перечислили, но беговые они все побиты и тренер звонит, Федор Склокин говорит, как я слышал вот рекорды, давай это, ты в горах бегал, да нет не бегал, был в горах, так был там, проезжали, там, Памир, там, ну, куда, на МДО заезжал, выше. Ну, как.

На Эльбрусе. Но тогда ты в Екибастузе.

Жил, да? Да.

Там степь. Я так понимаю, самая большая гора – это отвалы екибастузские.

На тот.

Момент. Вниз.

Вниз. А, вниз? Там отвалы небольшие, это Карагандития, реконники есть высокие, а там они большие. Там вниз самый глубокий разрез, там, например, Богатырь есть, он самый глубокий разрез в мире. И он сказал, говорит, с Казахстана побежишь, я говорю, ну, мне, говорю, интересно. Он говорит, надо с подножия наверх забежать, я говорю, да, мне интересно. И он говорит, я тогда тебя записываю.

Я говорю, хорошо. В тот момент тебе, наверное, интересно было еще фарцануть заодно, да?

Думаешь, так, найду. Нет, я просто, я просто решил пробежаться испытать свою выносливость и думал у меня есть месяц там было или полтора потренироваться но так как гор не было и был разрез богатырь я туда спускался и кстати вот труба есть у нас 420 метров и кибастуз разрез угольный и лэп полтора миллиона который строился я их занес книгу рекордов гиннеса подал и поэтому они до сих пор книги рекорды кинес, заявку делал, но это другая сложная история, смешная. И тренировался, то есть я бегал по карьерам, по дорожкам, я считал готов, но Если честно, я горы.

Сильно не изучал, если бы… Ты, я так понимаю, бегом спускался на дно карьера.

Потом.

Опять поднимался? Да-да. И что там думали твои дебилазисты, горняки, они что.

Про тебя думали-то? Да там, если сверху смотришь, там поезд как букашка. Эскаватор там 9 этажей, а он как букашка. Меня вообще.

Не было.

Видно. Ужас. Дальше. И, если честно, я много информации не читал, я в основном изучаю, я думал, ну бежать, бежать вверх, я как бы знал, что там кислорода не хватает, но надо почувствовать. И вот это про горняшку знал, но не изучал. И когда мы туда приехали, моя задача была просто добежать, понять, что это такое снизу. Моя цель была добежать. О том, чтобы выиграть или быть призовых, я не думал. По правде, это без понтов. Иногда я еду на соревнования, я говорю, я выиграть. А здесь я просто пробежал, потому что я в горах не был. И получилось так, что там сразу сказали, кто выиграет. Сказали Виталий Ковель, он чемпион мира на 100 километров, он пробегал за 6 часов вроде 10 минут. То есть самый лучший рекорд мой был, например, 6.42. а у.

Него тогда.

6-10. 100 километров. Да, и он жил при брусья Тернаузе, ну высоко в горах, то есть он акклиматизированный. Ясно было, если сказали, он победил, никто не сомневался. Но когда мы побежали с Артата, он сказал, что-то вы как черепахи. бежите, и меня это задело, и я так его обогнал, он меня обогнал. И вот так у нас мы друг друга обгоняли, обгоняли, но у меня есть хорошее качество, оно же и плохое упрямство. Я пока не упаду, я не отстану. Я обгонял, и вот так шло, шло, шло, все выше, выше, и там горняшка уже валит, все, кислорода не хватает, и каждый удар сердца, как будто кувалдой по голове бьют. беги, ну и невозможно. Сил вообще я не знаю откуда, но то, что видно тренировался, помогло. Я думал, когда я упаду, когда я сойду, но к удивлению он сошел. И я занял второе место, меня пограничник обогнал, но из-за того, что у нас гонки и в самом конце буквально вот так-то несколько секунд, И Виталий сказал, что это была случайность. А тренер взял меня в сборную, и мы поехали в Америку. Было 500 лет Америки, 7 дней, 7 марафонов. У него задача была первое место, там Виталия Юрия Лутошкина в пятерку войти, а мне в десятку. В итоге я занял второе место. хотя должен был быть первый, я просто пробежал километра 8-10 лишних, и по вине Виталия Ковида. То есть он знал английский, и когда была пресс-конференция, когда объясняли, как бежать, и сзади он видел, как я бегу, там просто на дороге были полоса желтая и красная. Я побежал вроде там по красной, а желтая туда свернула, куда-то в горы. Просто судейская ходит всегда впереди, но она бывает назад уйдет, остановится. В этот промежуток, где поворачивать, я был первый просто. Побежал, оглянулся, смотрю, за мной один поляк бежит. Думаю, значит, все нормально. А он тоже.

Не знал.

Английский. Заблудились, получается. Да, и нас судейская тормознула. Начали объяснять, мы поняли, что Мы лишние. И они сказали, конечно, не довезут, бегите туда, а то мы вас убираем в соревнования. И пришлось... Мы первый день, это был первый день, и мы прибежали последние. Я наехал на Виталия Коваль, говорю, ты же мог догнать меня. Или просто сказать, потому что он видел. Но он не сделал никакого усилия. а потом я начал разозлился и выигрывал, выигрывал, выигрывал, даже помню Джозеф Фолкс, тогда мне как раз кличка Кэмэл дали, потому что у всех были поясные сумки, вот сейчас трейлы проводятся, по идее трейл, горный такой трейл, это штаб Невада, город Рино, Сьерра-Невада, вот горы и по Калифорнии там. финиш был в сан-франциско золотые ворота там напротив алькатраса и у всех были поясные сумочки с водой там и всякими батончиками энергетическими а я уже на тренировался марафоны обходиться без воды питание и естественно я не питался во время бега И поэтому, когда Джозеф Фолкс, он чуть-чуть русский знал, он первый иностранец, еще американец, который с Москвы доехал до Ташкента на велосипеде. пока ехал выучил русский. Но самое интересное, что его сопровождал мой будущий тренер Петр Склокин. Вот такой круг замкнутый. И Джозеф говорит, а почему у тебя сумочки нет? Он думал, у меня вообще нет сумочки. Она мне не нужна. Я говорю, я же воду не пью. Говорит, ты что, Кэмэл? Верблюд? Я говорю, наверное. И вот так у меня даже есть вырезки газет, журналов американских, где написано, там даже не Марат пишет, а Кэмэл сказал, Кэмэл сделал. И когда один этап, представляете, я прихожу последний, а на второй я прихожу первый, то есть из группы. И когда влез, он начал мне переводить на русском. Он говорит, сейчас вот там будут метки, мы горы повернем, там, говорит, медведи есть. Ну, оленей я часто видел, медведей не видел. Я прибежал первый, и он меня спрашивает, что ты первый прибежал? Что с тобой случилось? Я говорю, да, медведь там погнался. Значит, шуча, так сказал. А у меня вырезка есть, где он пишет, говорит, Марат сказал, что за ним погнался медведь, поэтому он первый. Я не знаю, ему верить или нет. Хотя я сказал это как шутку, а он эту шутку и по правде в журнале написал. Это какой-то.