Как мы будем менять жизнь людей?

А через год он начинает думать, что он не народом избран, а был оттуда какой-то знак. бюллетень оттуда прилетел, все-таки, наверное. Если вы воруете, ваш правитель будет лучшим вороном. Если вы хорошо разбираетесь в предмете, не думайте, что вы уже эксперты. Если вы им это отдадите, то так оно и будет. Они будут создавать себе подобных, как матрешки, чиновников, которые вроде молодой парень, а уже агашка. Ты кто такой вообще? Никаких показателей нет. И если что-то ходит как утка, крякает как утка, летает как утка, то скорее всего это утка. Я против коррупции, либо дайте мне больше возможности в ней участвовать. А если вы просто тихо раделаете свое дело? Коррупция в вашей стране исчезнет тогда, когда это будет неуважаемая, презираемая деятельность.

Всем добрый день. Сегодня замечательная погода и замечательный день. На Бишкек с трехдневным визитом прибыл Макулал Калуси Симбай. Я расскажу немножко про эту историю. Некоторое время назад мы создали.

Фонд.

Который планирует объединить всех экспертов Кыргызстана по разным направлениям. Буквально недавно Варгулан Кареевич запланировал туда визит и Гульнара Аманжорова предложила сделать вот такую сессию с нашими экспертами. Варгулан Кареевич сразу же согласился, все звезды сошлись и сегодня вот он с нами. Я думаю, что вы все почитали про этого человека. Еще хотел бы рассказать вкратце о Офисе простых решений, представителем которого я являюсь в Кыргызстане. Офис простых решений— это секретариат, исполнительный комитет другого органа Национального Рада Реформы. Национальный Рад Реформы возглавляется президентом Украины Зеленским. В Офисе Простых Решений возглавляется Михаил Сакашвили. В Офисе Простых Решений работает порядка 40 экспертов во всех направлениях. Там у них был жесточайший конкурс, 2500 человек чуть ли не на место. Итого отобрали 40 человек, которые непосредственно сейчас двигают все реформы в Украине. концепции и реформы для Украины. Дальше они направляются в Национальную раду реформ, там президент, все лидеры фракции говорят, все окей, запускаем эти реформы, после чего эти реформы начинают притворяться в жизни. является одним из руководителей Офиса простых решений, партнер Михаила Саакашвили, занимается развитием международного направления, а также оптимизацией всех процессов как внутри Офиса простых решений, так и в национальном радиоходе. Кроме того, Маргуал Каневич это меценат, это сейчас можно сказать ментор, просветитель, бизнесмен, инвестор. Много у него регалий, очень интересный человек, вы сегодня об этом еще раз убедитесь. Еще раз давайте поблагодарим инициаторов. Это интеллектуальный фонд KG Analytics, которые собрали сегодня все экспертное сообщество. Те, кто реально желал, хотел сегодня быть здесь.

Спасибо. Спасибо большое. Можно начинать? Да, пожалуйста. Спасибо большое. Я благодарен организаторам, что дали такую возможность, организовали. Приветствую всех, кто собрался сегодня послушать меня, пообщаться. Рад вас всех видеть. Я очень рад приехать в Бишкек. Всегда с теплотой относился к Кыргызстану. Всегда считал, что Кыргыз – это братский народ, который очень близок к казахам. При этом я особо не страдаю национализмом, но все равно понимание есть, кто близкий, кто не близкий и так далее. Поэтому всегда пытался всячески сопереживать, как-то болеть, помогать Кыргызстану и так далее. Поэтому очень рад сегодня находиться здесь. У меня в течение этой поездки будет много еще встреч и с блогерами отдельно. Завтра будет большое собрание сегодня с бизнесменами. Еще больше 150 бизнесменов будет королевских. С ними достаточно насыщенная поездка. К тому же еще встречи с официальными руководителями, лицами государства. Надеюсь, из этих трех дней выжать из себя максимум, чтобы какая-то была от меня польза Кыргызстану. Теперь, что касается моих занятий. Сейчас больше времени уходит на общественные дела и работа в офисе простых решений это больше волонтерская деятельность. Я там партнер Михаил Саакашвили и отвечаю больше за международную деятельность. Почему я здесь еще нахожусь? Одна из причин, потому что открытие Кребетского офиса это зона моей ответственности. Открытие офисов или региональных офисов или представительств – это моя зона ответственности. Плюс я отвечаю за отношение Офиса простых решений с международными тинк-танками, международными экспертами и аналитиками, потому что Офис простых решений сам в свою очередь связан с международными экспертами, и если нужна какая-то экспертиза по реформам в Восточной Европе или в других странах, то Офис простых решений должен всегда иметь ресурсную базу знаний, откуда можно подтянуть эти знания, экспертов и так далее. Плюс многие эксперты Офиса простых решений сертифицированы по стандартам Мирового Банка, ИБРБ и так далее, поэтому наших экспертов Еще эти организации привлекают для реформ в других странах. Например, бывший министр госдоходов Грузии Георгий Цхакая ведет одновременно реформы и в Бангладеше, и в Лаосе, и в Индонезии, и в Украине. В четырех странах одновременно. и именно по запросу мирового банка. Он выполняет заказы мирового банка. Таким образом у нас и Зураб Адешвили, и другие, есть несколько бывших министров, высокопоставленных людей, плюс специалисты украинские, и они вовлечены и в международный И у нас идея была, когда мы думали об открытии офиса в Кыргызстане. Во-первых, для того, чтобы открывать офис в какой-либо стране, для нас очень важно, чтобы страна была готова. То есть мы не открываем офис в Казахстане, хотя я там живу, я понимаю, что там это пока дохлый номер открывать. или в Узбекистане, при этом мы не преследуем какую-то революцию, смену власти и так далее. Наша цель реформы, мы не отвечаем, вернее не то что не отвечаем, мы не зона нашей ответственности, права человека, демократия и так далее. Наша зона ответственности это государственные реформы. Потому что мы считаем, что если государство проведет правильные и эффективные реформы, то права человека и демократия— это автоматические следствия проведенных реформ. Или будем так говорить, демократия ничего не стоит, если нет реформ, и демократия ничего не стоит, если не соблюдается права человека, и она не обеспечивает достойного уровня жизни людей. Поэтому мы сконцентрированы больше на реформах. Например, тот же Беоргиз Хакая со своими соратниками, они сейчас завершили один большой проект в Казахстане с Министерством юстиции. То есть мы работаем не с Казахстаном, при этом мы понимаем, что это не демократическая страна, но при этом, если нас просят какие-то реформы провести точечные в каком-то министерстве или направлении, мы это делаем. Мы считаем, что любая реформа, которая приносит благо, мы должны этим заниматься. При этом, как я еще раз подчеркну, мы связаны с международными экспертами, при этом мы пытаемся нашу экспертизу продвинуть дальше. И в данном случае, открыв офис простых решений в Бешкеке, в Кыргызстане, мы подразумеваем, что этот офис, он такой прямой канал для получения любых экспертиз, законов, доступ к мировым экспертам и так далее. Крыльсан как бы подключается к такой базе знаний. И условно говорить теперь о том, что ваша правительство не знает, что делать или там нету экспертов, точно не сможет. Эксперты любого мирового уровня, они есть доступ. Это то, что касается простых решений. Хочу особо подчеркнуть, офис простых решений в Кыргызстане это не иностранная организация, потому что по нашим принципам это будет кыргызстанская организация, учрежденная кыргызскими гражданами, которая имеет просто договор с нашим офисом простых решений на использование нашего бренда, на использование наших методологий, на использование наших базы знаний и плюс доступа к экспертам. Это не коммерческая организация, так же как и мы не коммерческая организация. Это не коммерческая организация, например в Украине офис простых решений функционирует за счет добровольных пожертвований граждан, граждан Украины. Иностранные гражданы тоже там не принимают донорские взносы, плюс там есть свои принципы, принципы по которым можем мы принимать деньги или не можем принимать деньги и так далее. Так и здесь, в офисе простых решений в Кыргызстане, это будет чисто кыргызская неправительственная некоммерческая организация, созданная гражданами Кыргызстана и существующая на пожертвования граждан Кыргызстана, если понадобится. Естественно, если надо будет привлекать экспертов, на первоначальном этапе это могут быть добровольные, на волонтерских основах, а в дальнейшем это, конечно, если вы будете двигаться по пути реформ, то Мировой банк и BRD, Азиатский банк, они обычно открывают гранты, то можно использовать эти гранты, потому что обычно как они дают гранты каким-то странам, Потом сами же присылают каких-то экспертов, которые сами они там выбирают, по каким критериям, непонятно. В данном случае эксперты более понятные, и при этом они могут выделять гранты Кыргызстана уже точечно для этих экспертов, и они будут приезжать, и это будут реформы, которые практически применимы в жизни. Это то, что касается офиса простых решений. Теперь то, что касается В целом, чем я еще занимаюсь? Я занимаюсь эффективностью законодательного процесса, и не только законодательного процесса, а эффективностью прохождения всех реформенных законов и концепций, будем так говорить. Это в Украине, чем я занимаюсь. Мне по работе приходится общаться и бывать в Верховной Раде, и в Офисе Президента, и в Кабинете Министров. И вплоть до того, что я разбираюсь в информационной системе Верховной Рады, Кабмина и Офиса Президента для того, чтобы согласовать их внутренние регламенты, их прохождение, плюс мы делаем еще аналитику законов с точки зрения эффективности. Это вот вторая моя часть работы в офисе простых решений. И здесь, глядя на это со стороны, у меня появилось очень много дополнительных видений или концепций. в целом, как реформ, так и деятельности государства. Проблема в том, что мы живем по старым лекалам, по той психологии, которая у нас еще осталась с советских времен, и, к сожалению, концепция работы государственных органов, она осталась прежней. Вот я вчера депутатам об этом тоже самое говорил и в Украине тоже говорю. Проблема, смотрите, в чем заключается. Государственные органы о себе думают слишком серьезно. Они считают, что государство это что-то важное, это что-то серьезное, это что-то такое святое. Ну, там, что-то такое, не для простого человека. На самом деле сейчас время динамичное, жизнь быстрая, всё меняется, надо быстро приспосабливаться. Если брать в глобали конкурентоспособность экономик, то сейчас выигрывает не большая экономика, сейчас выигрывает не быстрая даже экономика, а та экономика, которая быстро приспосабливается. То есть рынок такой, что каждый день всё меняется, соответственно приспосабливаемость экономики, рыночной экономики, выходит на передний план, это имеет первостепенное значение. При этом экономика функционирует по тем законам, которые утверждает парламент. И здесь идет первый большой диссонанс между тем, как функционирует экономика и между тем, как принимаются законы, регулирующие эту экономику. Соответственно, я вчера депутатам говорил и в Украине продолжаю настаивать. Более того, в Украине 427 депутатов в Верховной Раде. Я настаиваю на том, чтобы украинский парламент сократить до 150 человек и его сделать двухпалатным. По сути, Украина сейчас идет по пути федерализации. Нижняя палата 100 депутатов, верхняя палата 50, которая представляет регионы. И я говорю, с 427 депутатами невозможно что-то сделать. Нужно сокращать. И вот я предложил модель, что 150 человек более чем достаточно для Украины. Опять-таки для оперативности. Почему? Потому что рынок меняется, законы надо быстро менять, а они все считают, что закон это очень важно. Его нужно продумать, его нужно делать очень качественно и предусмотреть все нюансы. Это приводит к тому, что законы очень долго согласуются с правительством, между комитетами, с экспертами, с общественностью и так далее. И этот закон по кругу ходит, ходит, ходит. Когда я проанализировал в первом приближении, в соответствии с регламентами, сколько времени принимается закон в Украине, у меня вышло 352 дня. С момента идеи до принятия закона. Я когда встречался с президентом Зеленским, я сказал, смотрите, у вас в этом процессе 82 дня уходит на согласование с администрацией президента. 82 дня. 87 дней готовится в офисе простых решений, это сам типичное тело закона, там тоже обсуждение с общественностью идет, с экспертами и так далее. И все остальное время, это почти 250 дней, это в Верховной Раде. и там опять согласовываться с правительством, опять согласовываться со всеми комитетами. Смотрите, в этом процессе столько согласований, что от изначальной идеи до конца доходят рожки до ножки. Каждый чиновник свою часть закона меняет, меняет, меняет, и в конце закон теряет суть. А основная, будем говорить, цель закона является в том, чтобы снять боль общества по какому-то вопросу. Какая-то сфера не урегулирована, надо быстро урегулировать. И поэтому, говорю, смотрите, вы из-за того, что хотите создать качественный закон, вы много согласовываете и долго над ним работаете. Но принцип же, дорогая ложка к обеду, экономика не может вас ждать, экономика должна развиваться, поэтому закон должен принимать быстро. А у вас что происходит? Из-за того, что вы долго принимаете закон, вы боитесь ошибиться, потому что если потом будет ошибка, исправление ошибки получается опять длинный путь. В результате вы увеличиваете стоимость своей ошибки. А стоимость вашей ошибки приводит вас к тому, что вы еще больше начинаете согласовывать закон, еще больше привлекать экспертов и еще больше удлиняете. Поэтому вам, говорю, нужно сделать, во-первых, не бояться ошибок, во-вторых, надо сократить стоимость ошибки. Поэтому законы должны приниматься очень быстро. Дорога ложка к обеду. Законы нужно принимать очень быстро, пускай с ошибками, потом через месяц будет дополнение, еще через месяц будет исправление, еще через месяц дополнение, и через 3-4 месяца будет идеальный закон. Но важно основной закон выдать сразу, как можно быстрее. Здесь должен работать принцип такой. Достаточно хороший вовремя принятый закон гораздо лучше качественного закона, принятого не вовремя. Вот это принцип очень важный в современной экономике. Поэтому скорость против качества, сейчас скорость важнее. Посмотрите, как делаются все приложения, все IT-приложения. Сначала выходит бета-версия, потом выходит массовая версия, потом там появляется куча ошибок, багов, зависает. Они тут же выходят через 15 дней. дополнение или обновление, вы обновляетесь, потом еще обновление, потом еще обновление и все, у вас идеальное приложение. Весь мир движется таким образом. Посмотрите, как развиваются IT-компании. MVP – Minimum Viable Product, то есть они сначала создают минимально работающий продукт, его запускают на рынок, его тестируют, после отклика потребителей начинают его дорабатывать. То же самое с законотворческой деятельностью. Чтобы экономика эффективно и динамично развивалась, парламент должен пересмотреть полностью свой подход к этой деятельности. Потому что реформа, одна из ключевых вещей любой реформы, это скорость реформ. Скорость реформ – один из важнейших, ключевых характеристик любой реформы. Если вы не обеспечите скорость реформ, тогда очень быстро произойдет разочарование доверия людей. Если нет доверия и принятия общества, то какие бы прекрасные реформы вы ни приняли, это не будет работать. Поэтому скорость, скорость, скорость – это просто краеугольный камень. Это первый концептуальный подход, который я вчера вашим депутатам сказал и в парламенте в Украине везде говорю. Измените подход. Прекратите думать о том, что вы важные люди, которые принимают важные качественные законы. Вы должны понимать, что вы являетесь сегодня узким горлышком экономики. Вы тормозите экономику, никто иной. Именно вы тормозите экономику. Это первый момент. Второй очень важный момент. Концептуальный заключается в том, что я проанализировал, чем занимается парламент Украины. Они за прошлый год рассмотрели три с половиной тысячи законопроектов. Три с половиной тысячи. Из них 920 было инициировано президентом Зеленским, где-то 620 или 460, я уже не помню, но где-то такой порядок цифр принят законы, инициированные Зеленским. 330 было инициировано Кабмином. где-то сто двадцать принято. И две с половиной, почти две тысячи семьсот было иенсировано депутатами. Я говорю, вы производите законодательный спам. Вы просто производите законодательный спам. Вы просто производите огромную кучу мусора. Вот смотрите, основная проблема украинского общества это неисполнение законов. Почему эти законы не исполняются? Я проанализировал судебную систему. 92% судебных решений не исполняются с первого раза. 92%. То есть люди не выполняют законы, даже судебные решения, не говоря уж про законы. Отсюда вывод. Есть правило такое, чем больше законов, тем меньше исполнения. И я говорю, вы влезли в частную жизнь людей, вы пытаетесь зарегулировать всех и вся. А из-за того, что вы пытаетесь зарегулировать всех и вся, люди перестают читать ваши законы и, соответственно, перестают выполнять. И, соответственно, не важно, что вы там пишете в своих законах. Люди все равно живут своей жизнью. Поэтому здесь я именно этот вопрос сильно ставил. Говорю, сократите план законопроектных работ. Очень важно было. У них был план законопроектных работ на этот год около двух с лишним тысяч законов. Но благодаря тому, что я вот это везде толдычил, они снизили сейчас до 600 законов и поставили себе целевой показатель 400 законов. В этом году принять не более 400 законов. Чувствуете разницу? 3500 и 400. Теперь представляете, насколько вырастет качество законов. Это будет 400 законов, но реально качественных. Поэтому я им объясняю таким образом. Научитесь думать системно. Для того, чтобы начать думать системно, вы должны понимать, что парламент, как любая структура, как любая система, это система. У любой системы есть ограничитель в виде узкого горлышка. У любой системы. Человек, если взять человека как систему, у него тоже есть узкое горлышко. Поэтому вы должны научиться управлять именно узким горлышком. Так вот, что получается? Вы должны воспринимать парламент как систему, у которого есть узкое горлышко, и все время расшивать это узкое горлышко. Потому что именно узкое горлышко решает, насколько производительным будет вся система. Вот для примера покажу. У вас есть система 5 цехов, чтобы легче было понимать. 5 цехов на заводе. Вот этот производит 100 единиц, вот этот производит 120, этот производит 90, этот 120, а этот производит 25 единиц. Мощность всего завода 25 единиц. Мощность завода определяется самым узким горлышком. И не надо заниматься улучшением всех этих цехов. Ваша задача вот это тлустое горлышко довести до 90 или до 100. Следующим узким горлышком ставит вот этот цех. И его мощность завода будет 90. То есть, смысл какой? Что когда вы увеличиваете, расшиваете узкое горлышко и увеличиваете мощность узкого горлышка на 50%, это не значит, что увеличивается мощность цеха на 50%. Это значит, что увеличивается мощность всего завода на 50%. Или всей системы. Поэтому не надо заниматься улучшением всего. Всегда надо заниматься улучшением только одного параметра. Есть такое правило в теории ограничений. Это правило звучит так. В каждой системе в единицу времени есть только одно и только одно узкое горлышко. Не бывает двух, трех, четырех. Только одно. Его надо найти. И любое улучшение одного узкого горлышка ведет к пропорциональному увеличению эффективности всей системы в целом. всей системы. Поэтому к работе парламента, к работе любого государственного органа нужно подходить к таким параметрам. Когда вы приходите в любой государственный орган, хотите реформировать, вы сразу должны не пытаться, а разобраться во всей деятельности госоргана. Понимаете, люди очень часто, вы же эксперты, я вам как опыт делюсь, люди очень часто заблуждаются, вернее закапывается во всех этих инструкциях, функционалах и так далее, и не знает, к чему подобраться. Вот бывает такое, большой госорган приходишь и думаешь, блин, с чего бы начать? И это надо, и это надо, и это надо, и то надо, и это. И непонятно, что реформировать. Всего надо, все важно, все нужно. В таких случаях я прихожу, я смотрю на это как на систему, сразу смотрю где самое узкое горлышко, которое мешает реализации основной цели этого органа. Вот сейчас нам кстати поступил запрос, мои ребята уже выехали, работают. Мы занимаемся реформой морского регулятора. Морской регулятор это ведомство, которое отвечает за все пароходство, за все суда, за все движения на Черном море, за всех моряков, порты, ну все, что касается мореходства в Украине, все регулируется как есть национальный банк, который регулирует банки. морская администрация, она называется морская администрация. Вот морская администрация это регулятор в сфере морских перевозок. Вот мы сейчас туда заходим и как раз вот выстраиваем эту систему. Так вот, когда заходишь, чтобы вот это все не читать, не смотреть, ты берешь первое, всегда задавайте вопрос. Миссия этого ведомства. Первый вопрос, когда заходите для реформы любого ведомства, задайте вопрос, миссия для чего существует это ведомство? Государственное ведомство может существовать для таких целей. 1. Для защиты интересов граждан, либо для защиты жизни и здоровья граждан, либо для обеспечения какой-то государственной безопасности, защиты от каких-то катастроф, болезней и так далее. Но никогда не должно быть миссии государственного предприятия в получении экономической выгоды. Кстати, это один из параметров, критериев, о которых я вчера говорил, о том, что мне задавали вопрос, как определить куда государство должно лезть, какие предприятия создавать или какие не создавать, или какие приватизировать, какие не приватизировать. Вам тоже эта работа предстоит. Основной принцип такой, всегда задавайте вопрос. Это государственные предприятия? Хорошо, государственные. В чем его миссия? Есть ли миссия получения экономической выгоды в частный сектор? Продать, продать, продать. Если миссия обеспечения здоровья и безопасности граждан граждан, тогда надо следующий вопрос задать, в чем конкретно это заключается и так далее. Но вот этот параметр нужно четко понимать, что должно оставаться в государственной собственности, что не должно оставаться в государственной собственности. Так вот, когда вы приходите в любое ведомство, чтобы разобраться, чем оно занимается, сначала спрашиваете миссию этого ведомства, для чего она существует, цели. После того как разобрались, вы берете функционал и смотрите узкое горлышко. Узкое горлышко это как правило тот отдел или тот департамент или тот функционал, который мешает либо который ограничивает выполнение этой миссии этим органам. Это могут быть всякие параметры, нехватка офисов, нехватка людей, недостаток полномочий у этого органа и так далее. Поэтому очень важно посмотреть на этот второй параметр. Если брать целую работу госорганов и законодательных в том числе, я сказал, что первое – это подход к законодательному процессу, где скорость должна быть важнее качества. Второй подход это смотреть на все как на систему, у которой есть узкое горлышко. И третий подход я называю качели. И вчера депутатам тоже говорил, и в Украине об этом все время говорю. Вы должны рассматривать как качели визуально. Смотрите, так как вы государственные служащие, и особенно депутаты, когда вы что-то регулируете, по умолчанию у нас, у советских людей, мы забитые люди, которые считаем, что государство превыше человека, и мы все делаем в пользу государства. Мы все по умолчанию почему-то считаем, что благо для государства это благо для всего общества. Но проблема в том, что Учитывая огромный уровень коррупции, учитывая сколько там интересов, учитывая сколько там неэффективности, мы должны понимать, что благо для государства не есть всегда благо для общества. Это не знак равенства. У нас почему-то с советских времен осталось так, что благо для государства, что хорошо для государства, хорошо для общества. Но практика показывает, что это на самом деле не так. Почему я это говорю? Потому что забывается еще одна часть формулы. Благо для государства всегда плохо для человека. Это закон макроэкономики. То, что хорошо для индивидуума, не всегда хорошо для государства. То, что хорошо для государства, не всегда хорошо для индивидуума. Потому что основная функция государства, это функция принуждения. То есть государство что делает? Оно отнимает, изымает и перераспределяет ресурсы, забирает у богатых и способных, в пользу бедных и тех, кто недееспособен. Почему? Потому что это социальная функция государства, и это справедливо. Это справедливо до тех пор, пока государство работает именно таким образом. Когда здесь за счет налогов устанавливают правильные ставки, так, чтобы не убить интерес богатых и способных, работоспособных, дальше продолжать работать. Поэтому налоговая реформа очень важна. и перераспределяет, при этом, если они еще сами по пути не воруют и не злоупотребляют. Тогда да, это функция, она справедливая, общественная функция обеспечения справедливости, когда сильный помогает слабому. Но проблема в том, что они забирают у сильного, работоспособного и умного, а до бедных так особо я не вижу, что доходит. Либо доходит в усещенном виде, а больше идет на хотелки самих госчиновников. Поэтому здесь парадигма такая, я законодателям говорю, когда вы делаете, проектируете любой закон, почему-то наши депутаты все время думают больше о государстве, чем о человеке конкретном. Поэтому, я говорю, когда вы принимаете любой закон, если чем больше вы сделали крем в сторону государства, тем меньше вы сделали крем в сторону человека и экономики. И поэтому, когда вы делаете закон, сначала думайте о человеке. Сначала думайте о человеке. Если закон будет удовлетворять всем запросам и правам человека, то это общество никогда не пропадет. А если вы будете делать закон в смысле о государстве, то, скорее всего, ничем хорошим это не закончится. Вы и государству хорошо не сделаете, и человеку хорошо не сделаете. Понимаете, это концептуальный подход. Когда ты пытаешься сделать хорошо конкретному человеку, с большей вероятностью ты сделаешь хорошо для всего государства. Но когда ты делаешь закон с мыслью о государстве, то с большей вероятностью ты плохо сделаешь и для государства, и для человека. Вы поняли? Это концептуальный подход, разный подход. Поэтому я им говорю, не бойтесь сделать слишком хорошо человеку. Не бойтесь. Вот там как раз-таки у вас не получится сделать слишком хорошо. А когда вы во главу у вас ставите государство, очень часто вы можете сделать слишком хорошо для государства, а это автоматически слишком плохо для простого человека и для экономики. Понимаете? Вот правильный фокус. Когда вы пытаетесь сделать слишком хорошо для человека, это у вас не получится, и вы не угробите государство. А вот если вы будете думать о государстве, то вы угробите и государство, и человека. Поэтому это вот третий концептуальный подход, о котором я говорю и здесь, и депутатам, в том числе. Вы уйдите от парадигмы вот этого мышления важности, сакральности того, чем вы занимаетесь. Когда мне, особенно в первое время, я вот так же, такое же количество, где-то 68 депутатов, у меня была встреча с украинскими депутатами, Вышли некоторые депутаты и начали говорить, вот вы бизнесмен, а это государственная служба, здесь все другое и так далее. Я говорю, вы знаете, вот ваш разговор очень мне напоминает разговор шарлатанов. Почему? Потому что если вы начинаете говорить умными фразами, либо заводить рака за камень, есть такое выражение, либо начинаете создавать сложность там, где ее нет. либо придавать важность тому, что на самом деле не важно, то это больше похоже на разговор Шарлатана. В свое время Эйнштейн сказал, если вы простыми словами не можете объяснять свою теорию, то, скорее всего, либо вы не разбираетесь в предмете, либо ваша теория не стоит того, чтобы о ней говорить. Ну, гениально сказано, гениально. Так вот я и говорю, вот вы, депутат, вышли, говорите мне о важности. Смотрите, человечество придумало такую классификацию – спорт, культура, общественная деятельность, государственная деятельность, бизнес. Это условная классификация, условная. Всё это можно объединить одним словом – человеческая деятельность. Мы все с вами одинаково кушаем, все с вами одинаково в туалет ходим, все с вами одинаково общаемся и так далее. В чем разница? В чем разница? Чем государственная деятельность отличается от деятельности в бизнесе, от деятельности в общественной деятельности? Чем? Вот я говорю, вы можете объяснить чем? Я вам говорю, могу объяснить. На сегодняшний день отличается только одним. Вот и все. В бизнесе ты будешь неэффективен, ты банкрот. В общественном деле, если ты неэффективен, ты не получишь донорских пожертвований. По сути, то же самое— банкрот. В культуре, если ты неэффективен, то ты будешь прозябать. Никто о тебе знать не будет. В спорте, если ты неэффективен, тебя просто выбнут со стадиона. Ты кто такой вообще? Никаких показателей нет. Единственный вид деятельности, где человек может продолжать годами сидеть на неэффективной деятельности, это государство. Поэтому, когда вы говорите, что государственная деятельность чем-то отличается от других, она отличается не важностью, а неэффективностью. Вот и вся разница. Ну, конечно, не всем, наверное, это понравилось, я думаю, но это правда, это правда. Так вот, и я говорю, если эта деятельность ничем не отличается от других, а тем более она именно отличается своей неэффективностью, то, значит, как раз-таки там мое место. А я человек, который всю жизнь занимаюсь только эффективностью. Любая человеческая деятельность, любую человеческую деятельность можно разделить только на два параметра. Параметр эффективный и неэффективный. Любую человеческую деятельность можно разделить на два параметра. Эффективный и неэффективный. А что такое эффективность? Это количество затрат на количество результатов. Если вы выдаёте много результатов и мало затрат, вы эффективны. Если вы выдаёте мало результатов и много затрат, вы неэффективны. Всё. Вы не имеете права на жизнь. В эволюции, в природе не существует организма, который пожирает больше, чем создает. Самая эффективная система в природе – это семя. Посмотрите начальные условия. Вот такое маленькое семя, или вот такой желудь, который превращается в огромный дуб, или в огромное дерево, которое дает еще плоды. Поэтому, когда кто-то пожирает больше, чем выдаёт, то он не имеет права на жизнь. Это не я утвердил, это в природе так. И я говорю, это единственная деятельность, единственное, кто это сегодня сейчас может позволить, это государство. Вы пожираете больше, чем вы создаете благ. Поэтому над вашей эффективностью надо и нужно, и я буду работать. Вот то, что касается три концепции в отношении законодательной деятельности и в отношении вообще подхода государства и госчинонников к своей деятельности. Они должны пересмотреть свою роль, пересмотреть то, чем они занимаются. Здесь еще очень важный момент, смотрите такой И это начинается с осознания самим обществом. Мы сами на самом деле сакрализировали государство. Для нас государственная деятельность— это какая-то сакральная. Это исторически происходит с тех времен, когда короли говорили, что они прямые назначенцы Бога. И люди считали, что власть— это какая-то сакральная деятельность, тайны какие-то происходят и так далее. Никаких тайн там не происходит. Я был во всех высоких кабинетах, там обычный, даже не очень хороший ремонт по вкусу. По деньгам, дорогой, по вкусу, не очень хороший ремонт. И там я посмотрел, никаких тайн нету, никаких шаров, хрустальных тоже нету. Обычные люди, которые запираются у себя в кабинетах и отсюда создается впечатление, что они что-то там колдуют. Ничего такого не происходит. Поэтому вы должны сначала в своем сознании сломать эту вещь. Государственные служащие должны быть обычными людьми. И вы должны понимать, что от того, что он одевает костюм, его значимость не возрастает. Теперь перейдем к реформам. Я много раз говорил по реформам. Вот смотрите, по Украине, что сейчас хорошо, есть такое окно возможностей год, максимум полтора. в течение которого население, люди, народ еще дает мандат доверия новой власти. Любая новая власть получает какой-то мандат доверия. Я уже упоминал, что во всём мире оппозиция, до того как прийти к власти, она оперирует левыми социалистическими лозунгами. Всё поделить, раздать, списать, отобрать и так далее. Ни к чему хорошему это не приводит, но оппозиция оперирует этими лозунгами, приходит потом во власть и потом убеждается, что это выполнить невозможно. Начинает крен вправо. А потом этим избирателям опять это не нравится, избиратели выбирают новых, левых, и в прямом и переносном смысле. Поэтому здесь смотрите в такой момент. У любой власти, которая приходит, есть одна возможность год-полтора. В течение года полтора происходит разочарование. Кто бы ни пришел, вот даже Зеленский, насколько был крутой, он пришел, уже в Украине такое есть определенное достаточно сильное разочарование в нем. И поэтому именно в этот период нужно быстро сделать главные реформы. Это тот случай, когда я вывел для себя шесть компонентов для успешных реформ. Это первое, полномочия должны быть у человека, который делает реформы. Второе, нужно знать, что делать. Вот для этого нужно экспертное сообщество. Третье, это скорость проведения реформ. Четвертое – это управляемость государственной власти. Пятое – это момент. И шестое – широко-разъяснительная работа. Вот момент очень важен. Если момент упущен, с каждым днем теряется момент реформ. Лучше всегда начинать с самых сложных и самых главных реформ. Всегда. Многие думают сначала начать с экономических, с небольших реформ, а потом разгонимся. Нифига так не бывает. Обычно, когда начинают с маленьких реформ, с экономических реформ, до главных реформ запала не хватает, и когда подходит к главным реформ, уже народ разочаровался. И уже к тому моменту человек уже образовел чуть-чуть и думает, а нафиг мне нужны главные реформы, понимаете? Когда он приходит во власть, любой человек, он еще полгода-год остается тем человеком, который простой еще человек. А через год он начинает думать, что он, наверное, не народом все-таки избран, а все-таки был оттуда какой-то знак, бюллетень оттуда прилетел все-таки, наверное. А уже к концу срока он вообще уверен, что это вообще не народ был, а бюллетеники дали ангелы. Хотя в исламе прям утверждается, что правителем назначает Аллах, и я здесь абсолютно согласен, и это не противоречит. В исламе говорится, смотрите, если вы будете воровать, то я над вами поставлю самого искусного вора. Если вы будете лгать, я над вами поставлю самого красноречивого лгуна. Аллах всегда присылает правителя как наказание народу. В исламе вот так говорится, и вы должны чётко понимать. Ваш правитель – это ваше наказание. Вот какие вы есть, вот ваш правитель лучше из вас. Лучше из вас. Если вы воруете, ваш правитель будет лучшим вором. Если вы лжёте, ваш правитель будет самым лучшим виной. В то же время, если вы будете добродетельны, ваш правитель будет самый добродетельный из вас. Это тот человек, как через глупую, он показывает, кто вы есть на самом деле. Поэтому, с одной стороны, не обольщайтесь, что вы хорошие, а он плохой. Такого не бывает. Это две стороны одной медали. Правитель и народ— это единое целое. Просто правитель— это квинтэнсенция. Это квинтэнсенция— это лучшие проявления или лучший представитель этого народа. Поэтому, понимая и требуя от него, конечно, вы должны понимать и требовать самих себя. И здесь проблема избирателей заключается в том, что избиратели, когда опускают бюллетень, они считают, что на этом их активность закончилась. Хотя, наоборот, по-настоящему, этот кандидат работает до тех пор, пока вы бросите бюллетень, а дальше он не работает. А вы, наоборот, должны работать. С момента, как бросили бюллетень, вы должны начать работать. То есть момент сброса бюллетеней это начало вашей работы, начало работы гражданского общества по требованию того, чтобы он выполнял то, что обещал. А то у нас получается так, что кандидат до того, как вы бросите бюллетень, он, блин, как Филипп Киркоров вас и развлекает, он и красавчик, он и туда ходит, и сюда ездит, и с коллективом встречается. Только вы бросили бюллетень, все. Телохранители, охранники работают где-то непонятно в кабинете, сидят в высоком, и вы не достучитесь. Понимаете, в этом проблема, что большинство избирателей считают, что они отдали свой долг, забросив бюллетень в урну. На самом деле их долг начнется после того, как они бросят бюллетень в урну. Вот это очень важно понимать. Любого просвещенного диктатора делало не его образование, а активный требовательный народ. Вот это очень важно понимать. И здесь вы очень должны чётко осознавать роль экспертного сообщества. Потому что сам по себе народ, ему нужен кто-то, кто будет объяснять то, что делают власти, где правильно, где неправильно. В то же время нужно чётко понимать, что экспертное сообщество – это не есть оппозиция. Экспертное общество – это первый помощник власти. И это первый помощник народу. Народу с точки зрения критического мышления, с точки зрения разъяснения его прав и обязанностей и того, что делает власть, хорошо или плохо. А в то же время это и помощь правительству и государству в том, что как нужно сделать, что лучше сделать, правильно ли мы движемся или неправильно. Это определенный вот такой здравый смысл общества в котором эксперты формируют это мнение. Поэтому роль экспертного сообщества очень и очень высока. Вы должны это осознавать и понимать свою социальную роль. Поэтому всячески интересуйтесь, всячески анализируйте, думайте, что правильно, что неправильно. Очень активно публикуйтесь. Потому что смысл эксперта, вы должны четко понять такую разницу специалист и эксперт. Специалист— это тот, который хорошо разбирается в предмете, может устранить проблему, но втихаря. Втихаря. Вот вызвал слесаря-механика, он пришел, послушал твой двигатель в автомобиле, нашел поломку, исправил, ушел. Ты удивляешься, как быстро он сделал. Это специалист. А эксперт – это человек, который может видеть проблему, может объяснить, почему она возникла, может объяснить, как это исправить, и это обязательно объясняет людям, дает экспертизу, то есть профессиональное мнение. Вот это очень важно. Поэтому, если вы хорошо разбираетесь в предмете, не думайте, что вы уже эксперты. Вам очень важно не просто быть специалистом, вам нужно быть экспертом. А эксперт это тот, который людям доносит, рассказывает, что не так и что нужно сделать, как исправить и так далее. То есть экспертность подразумевает публичность. Экспертность подразумевает публичность. Вот это не путайте. Специалист подразумевает знание предмета и не публичность. Эксперт подразумевает знание предмета и публичность. Поэтому импакт или эффект эксперта гораздо выше, чем специалиста на общественном мнении. Поэтому те, кто хочет стать экспертом, особое внимание обращайте на социальные сети, максимально качайте свои аккаунты, максимально. И везде говорите своё мнение, высказывайте своё мнение. Не важно, пускай даже она будет вначале ошибочная, в этом и сила эксперта. Где-то ошибочная, если вы не опубликуете, вы не узнаете, она ошибочная или нет. Если вы опубликуете, будут много возражений, вы подкорректируете. Это и есть свойство эксперта, когда он видит, что картинка не соответствует действительности, он подкорректирует, изменит свое мнение. Не бойтесь менять свое мнение, если оно ошибочное. Вот в этом и заключается экспертность человека. Эксперт – это не тот, у которого есть однажды устоявшиеся убеждения, и он всю жизнь с ними живёт и продавливает свои убеждения. Нет. Экспертность – это именно тот человек, который даёт наиболее актуальную картинку в данный момент. В данный момент наиболее актуальную картинку. Если ваша картинка мира не соответствует той ситуации, которая есть сейчас, значит вы не эксперт. Если вы её подкорректируете и уже ваша картинка точно отражает то, что реально происходит сейчас, значит вы эксперт. Через год картинка изменится, должно измениться и ваше мнение. Нельзя менять принципы, но убеждения менять можно, потому что убеждения базируются на посылках. Если ваши посылки неправильные, то убеждения у вас будут неправильные. Поэтому, когда у меня, например, какое-то убеждение, с каким-то человеком я не могу сойтись с чем-то, я не пытаюсь его переубедить, я начинаю идти к посылкам. Почему ты считаешь, что это так? И он начинает говорить, откуда он взял эти аргументы и почему так. И тогда я начинаю атаковать его источники. И может получиться так, что у него источники фейковые или не те. Либо мои, я говорю, я взял оттуда, я прямо говорю про свои источники. Если он атакует мои источники и мои источники действительно сомнительные, я меняю свое мнение с удовольствием. То есть поэтому экспертность это все время подразумевает актуальность. актуальность картинки вашего понимания и того, что происходит. Поэтому все время актуализируйтесь. Для молодых экспертов или людей, которые хотят стать экспертами, еще раз повторюсь, знание предмета плюс публичность плюс добавляю актуальность. То есть все время тюнинг своих взглядов. Не бойтесь, еще раз повторюсь, не бойтесь дискутировать, не бойтесь выставлять свои взгляды на обозрение, иначе вы как же будете расти. Вот это очень важно. Важно, чтобы не залезть на пьедестал и считать, что вот я эксперт, все, теперь работа сделана, я дальше не должен развиваться. Как раз таки проблема в том, что это могут себе позволить только дилетанты. А эксперт как раз это самая уязвимая позиция. Человек публично говорит о своих взглядах и его критикует и пинает все, кому не лень. И он должен отстоять. Причем не за счет оскорблений, а за счет аргументированных возражений. И тогда у вас появится авторитет. Поэтому экспертное сообщество очень важно. Я считаю, что экспертное сообщество оно с точки зрения развития, это с точки зрения багажа знаний выше, чем государственные служащие. Потому что государственные служащие, они избираются по другим критериям, по другим принципам. К сожалению, наши избиратели не выбирают политиков головой. Наши избиратели выбирают политиков сердцем. Наши избиратели смотрят, как он выглядит, как он ходит, как он говорит, говорит ли он на родном языке, говорит ли он патриотические вещи и так далее. И мы по сути голосуем сердцем. А вы знаете, что происходит, когда голосуешь сердцем? Очень быстрое разочарование. Очень быстрое разочарование и плюс нетерпение. Мы хотим, чтобы появился рыцарь на белом коне и моментально нам сделал хорошо. Но когда человек думает разумом, он читает программу этого человека, он слушает, что он говорит, он взвешивает, реально ли то, что он обещает выполнить, или нереально. И такой человек понимает, что даже если такого человека он избирает, он понимает, что то, что он говорил, невозможно сделать в один год. Скорее всего, он будет делать в течение пяти лет, ага, надо подождать. Саввор, и он не разочаровывается, потому что он выбрал человека по техническим характеристикам, грубо говоря. Не важно, как он выглядит, важно, что он делает, что говорит и что делает. Поэтому здесь вопрос такой, что государственных служащих, как правило, тех же депутатов, люди выбирают по другим критериям. Вчера он может быть крутой животновод, завтра он депутат. Поэтому с точки зрения экспертности и знания, у экспертного сообщества знания гораздо выше. В этом плане не пасуйте перед государственными служащими, не думайте, что раз они обличены государственной властью, значит они знают больше вас. Абсолютно нет, я бы сказал даже наоборот. Теперь другой вопрос. Мы об этом тоже думали в офисе простых решений, я советовался, я предложил такую вещь, что в офисе простых решений нам нужно создавать школу молодых политиков, либо школу государственных служащих. Почему? Потому что работая в Украине, мы убедились в том, что есть международные компании типа McKinsey, Ernst Young и так далее. Они берут молодых, талантливых людей, а потом их люди разбегаются в госорганы. Замминистры, начальники департаментов, министрами становятся и так далее. И им легче продавить то, что они предлагают. Я вот тоже Михаилу, Георгию, Сахакаеву говорю, слушайте, сейчас мы ходим по государственным органам только с нашими идеями. И нам приходится убеждать людей что-то сделать. Сейчас пошли подвижки. Например, реформа ДАБИ, это ГАСК, архитектурно-строительное отрасль. Мы там все сделали, всю реформу, все законы прописали. Реформа еще не запустилась в Верховной Раде. Но нас уже просят руководителя туда поставить. И просят нашего человека, там Семен Кривонос, есть украинский сильный юрист, он хорошо разбирается, просят его туда. Я Георгию говорю, если мы его туда отправим, твоя задача, нужно 4-5 таких Семенов сделать. И отсюда возникла идея, что вообще может быть такую школу создать. Потому что очень важно создать такую школу, где люди обмениваются правильными идеями, и эти люди потом идут на государственную службу, но не на выборные должности, а на административные должности. И вот в Кыргызстане, вот ваше экспертное сообщество, вы можете создать школу, так как вы сами, смотрите, Офис простых решений, KG Analysis, это все кыргызские общественные организации, вы можете сами создать школу, привлечь доноров и так далее, обучить молодых людей, чтобы они тусовались все в вашем кругу, чтобы потом их госорганы хантили и ставили, и вы сами их тоже проталкиваете в госорганы. И представляете, когда в госорганах будет много выпускников вашей школы аналитиков, экспертов, во-первых, с ними на раз-два договариваться и понимать, что нужно делать правильно для страны. А во-вторых, они сами будут понимать, потому что это сами эксперты. Поэтому, помимо борьбы идей, на которой вы сейчас присутствуете, и мы тоже в Украине, у нас пока идет борьба идей. Мы пытаемся своими идеями условно завербовать государственных чиновников, чтобы они выполняли наши идеи. Хорошо было бы еще и носители идей туда экспортировать. Поэтому моя рекомендация, подумайте над созданием кадрового резерва. Кадровый резерв, правительственный или государственный кадровый резерв— это обязанность только госчиновников. Если вы им это отдадите, то так оно и будет. Они будут создавать себе подобных, как матрешки, чиновников, которые вроде молодой парень, а уже агашка. Поэтому берите это в свои руки, сами создавайте в своей среде ту среду, ту скамейку запасных для государственных органов. И когда вы будете что-то предлагать, критиковать или что-то делать, им же тоже нужны кадры откуда-то брать. Любому чиновнику нужен какой-то зам, который будет все делать и на котором будет все держаться. Поэтому сначала поставим на зам директора департамента, потом директором департамента он стал, потом он замминистра стал и так далее. Но это все будет помогать и облегчать, продвигать ваши идеи. В принципе, давайте я затягивать дальше не буду, я вообще планировал минут на 15-20 выступить, но как любой казах, у которого есть микрофон. Знаете, твой ромбарса, потом микрофон не отнимешь у нас у казахов такой. Я вам расскажу анекдот. Идет казах, но старый, вы наверно знаете. Идет казах с ковром на плече. И он встречает друг. Говорит, да я хайда варацэн. Он говорит, той забаржатым. Ну, на той иду. А че, говорит, за ковер несешь? А, говорит, это подарок молодожорам. И через какое-то время назад идет, опять встречается. Э, откуда идешь? Той дангельзятым. А че, говорит, ковер несешь? А, говорит, тост не дали. Так что, мне тост дали, блин, теперь микрофон не отнимешь. Давайте перейдем к вопросу ответа, Майор. Спасибо. Здравствуйте, Маргарита Толевича. Меня зовут Ахмат, мне 18 лет. Я хотел узнать мнение насчет позиции, что, допустим, в нынешнее наше время самое, как мне кажется, эффективное управление государством, как добиться экономического успеха, это вот прийти к диктатуре, да? Вот, допустим, как Сингапур, Южная Корея, Китай, и вот даже Порш такое было, и, конечно же, ну, Грузия. И сделать пару реформ, вот реально, почти, да, которые прям всю игру поменять, и потом уйти и постепенно уже лидерализацию сделать. Как вы считаете? Ну это первая часть еще более-менее, вот когда уйти, вот вторая часть формулы не работает. Вообще, с точки зрения, вот вчера с депутатами тоже когда я разговаривал, я говорил о том, что в вашем случае, наверное, президентская власть это хорошо, в вашем случае Я говорю, президентская власть, она более эффективна в проведении реформ, но опять-таки не всегда и не везде. Мне вчера, например, возражали, говорят, а есть ли успешные парламентские республики, которые сделали успешные реформы? Я говорю, да, есть. Есть успешные парламентские примеры, тоже есть парламентские реформы, но там обязательно была такая зрелость общества. Все прибалтийские республики, по сути, парламентские республики, они легко сделали реформы, потому что сознание общества уже было готово для этих реформ. И там они очень быстро, даже незаметно, и прибалтийские республики сделали свои реформы, и из этого никто чудо даже не делал. Спокойно раз, и они незаметно стали европейскими странами. А в случае с Грузией, там понятно, вопиющий случай, бешеная коррупция, преступность и так далее, нам в глаза бросается. А прибалтийские страны спокойно сделали. Я всегда говорю, это зависит от контекста и зависит от зрелости общества. В вашем случае, наверное, президентская форма управления будет более удачная. Я так думаю. В то же время, смотрите, у президентской формы правления всегда есть опасность, что потом он не захочет уходить. Вот эта часть, она всегда есть. Более того, я вчера шутил, что был бы такой браслет, который через пять лет впрыскивает дозу яда, и человек умирает. И вот тогда как происходит, человек избрали. Человек выходит, берет конституцию, ложит правую руку, приносит клятву. Потом представитель какого-то европейского сообщества, неподкупный представитель Ангела Меркель, торжественно одевает ему на руку браслет. Все, с этого момента он официальный президент. Через пять лет, если браслет не снимется, он его убьет. Соответственно, человек думает так. Бессмысленно мне играть в политические игры, мочить оппозицию, подкупать депутатов. Какая разница? Ангела Меркель с меня этот браслет не снимет. Мне придется по-любому уходить. Значит, мне придется делать какие-то реформы, чтобы в истории остаться и так далее. Соответственно, если он все проводит, вовремя выборы проходят, с него торжественно снимается браслет, одевается новому, заново таймер раз и соответствует конституции, и одевается новому. Это была бы конечно идеальная такая утопическая модель, но понимаете, она хоть и утопия, мы когда начинаем как? Мы всегда же начинаем мечтать так, сначала мы мечтаем о чем-то несбыточном, а потом начинаем эту мечту приземлять, пока она не превратится в планы, цели, планы и так далее. Так вот, эту модель в принципе реализовать можно, но без браслета, а просто чтобы какая-то сторона выступала гарантом того, что этот человек через 5 лет сдаст пост. Вплоть до того, что заранее он подписывает заявление, что я добровольно подаю в отставку и так далее. от двух-трех человек заявление о том, что они переходный период становятся гарантами Конституции. От тех обязательства, что они будут гарантами, а от этого, что он уйдет. Наступает время, это публикуется, наступает время, если он не уходит, эти трое могут встать и сказать, вот наши обязательства обеспечить гарантию Конституции, вот его заявление о том, что он согласился уйти. С этого дня наш президент нелегитимен. И всё. Это тоже типа этого браслета, но можно обеспечить. Просто над этим надо думать. Я лично над этим не думал. Если будет такая задача, наверное, буду думать. Сейчас такой задачи нет. Поэтому диктатура либо парламентская республика зависит от контекста. И в данном случае, если брать ситуацию Кыргызстана, то раз вы выбрали президента, раз сейчас будет голосование о расширении его президентских полномочий, то скорее всего вы пришли к этому по каким-то причинам объективным. Но раз вы пришли к этому, ну вы же майте из лимона лимонад, максимум из того, что складывается из этой ситуации. Но я сейчас опять подчеркну, что просвещенным диктатора делает не его образование и не его интеллигентность, тем более не гены. Его делает только требовательный активный народ. Я разговаривал с Михаилом Саакашвили, я ему говорю, вот вы буйный, вы реально же диктатором были? Потому что многие вещи вы же через колено ломали. Он говорит, да. у меня не было времени на разбираться досконально во всём. Ну вот, например, я знаю, что вот этот человек, например, вор в законе. А доказать не могу, потому что он всё время делает через подставных людей. Прямых он сам никого лично не убивает, сам никого не ворует. Он всё через подставных людей, соответственно, мы не можем до него никак добраться. А я взял его и посадил. А почему посадил? Потому что я знаю, что он в оргзаконе. Сосед знает, что он в оргзаконе. Вся улица знает, что он в оргзаконе. Весь Тбилиси знает, что он в оргзаконе. Вся Грузия знает, что он в оргзаконе. А у меня доказательств нет. Но я должен избавиться. И я сажаю. находится других куча других поводов но сажает поэтому смысл такой он работал по принципу и если что-то ходит как утка крякает как утка летает как утка то скорее всего это утка Понимаете, проблема в том, что зачастую мы неразвитые, недоразвитые страны, извиняюсь, я не пытаюсь кого-то обидеть, а пытаюсь более правдиво посмотреть на ситуацию, пытаемся жить по европейским стандартам. Но они к этому пришли, когда у них полный, сто лет, сто пятьдесят лет назад полный бандитизм и раздрай на улицах был, там у них сила револьвера была. И они работали по принципу, если что-то ходит, крякает и летает как утка, то это утка. Никаких там презумпций невиновности, ничего. Они исходили из принципа целесообразности. И сейчас к этому пришли, у них понятно, пока не докажешь, ничего нельзя сделать. Но почему мы сходу пытаемся жить по их законам? Если мы начнем жить по их законам, то наши преступники, они настолько ушлые, что вы никогда никого не посадите. Проблема Украины заключается в том, что Зеленский очень сильно обещал посадить всех, и Порошенко, и у него даже плакаты были по всей Украине, весной будем сажать. весной будем сажать и отдельно был плакат был такой не картошку и такие много и он обещал сажать олигархов это ни одного не смог посадить потому что нету такого тупого олигарха которому можно взять и посадить у него есть армия юристов армия поставных лиц армия оффшоров и вы никогда этого не добьетесь И опыт Михаила Саакашвили показал, что действенно это когда ты сажаешь утку, которая выглядит как утка, ходит как утка и летает как утка, и ты сажаешь такую утку. Либо говоришь им, давайте все со стороны. Поэтому вот с точки зрения диктатуры для наведения порядка, да, она эффективна вот в этом, когда надо что-то через колено сломать, но это как нож. он обоюдно острый. Он может быть как и на благое использован, так и на плохое может быть использован. Поэтому существует два способа движения к цели. Один способ быстрый, когда у вас много опасностей. Второй способ медленный, это парламентская республика, это много разочарования, много работы, разочарования, постепенно, постепенно, это я украинцам тоже говорю, у вас все равно все наладится, они говорят вы оптимист, я говорю нет, я реалист, потому что через какое-то время олигархи физически умрут, а их дети не будут такими способными. А капитал перетечет. Сейчас олигархи держатся на своей личности, а когда они умрут, их дети не будут такими личностями. Олигархат потихоньку отомрет. Но это десятилетие, потому что у них тоже врачи есть хорошие. И вот путь. Быстрый путь – это просвещенный диктатор. Медленный путь – это парламентаризм и просто ждать, пока поколение сменится. Физически умрут ненужные люди, новые люди придут с новым мышлением и так далее. Какой путь выбирать – это, конечно, вам. Но сегодня, в данном случае, вы дали крен в сторону более быстрого, но более опасного пути. Вы сегодня затронули тему о том, что в Украине нужно сокращать количество депутатов. Вы знаете, у нас в Кыргызстане 120 депутатов. Как вы думаете, сколько должно быть у нас в Кыргызстане? Сразу отвечу, 90. Почему? И вообще, мне интересно, как вы видите современного депутата? Как он должен выглядеть? Кем он должен быть? И должны ли быть у него привилегии? Извиняюсь, второй вопрос тоже про тему депутатов. Вы вчера встречались и рассказывали им про ваши реформы, про ваши идеи. Как они на это реагировали? Начну со второго вопроса. Они реагировали ровно как вы сейчас. Они были очень заинтересованы, очень много вопросов задавали, меня буквально не хотели отпускать. И вот реально проявляли очень-очень живой интерес. Теперь с точки зрения количества депутатов. Смотрите, в вашем новом проекте это 90, сейчас 120. Я вообще исходил так, что для Украины оптимально 150, для Казахстана плюс-минус 100, ну плюс-минус. Потому что есть какой-то неснижаемый порог, ниже которого нельзя. Ну нельзя делать, чтобы парламент, я считаю, был меньше, чем 70 человек, какая бы страна маленькая ни была. Должна быть определенная широта охвата. Я считаю, в Кыргызстане, наверное, в районе плюс-минус между 70 и 100. Девяносто, мне кажется, абсолютно оптимально адекватная цифра. Это то, что у вас в проекте заложено. Сто двадцать, это тоже не было слишком много. Это тоже не было слишком много. Если я говорю, верхняя цифра сто примерно, ну сто двадцать не такой большой разбит. Это не как в Украине, где четыреста двадцать семь депутатов. Ну четыреста двадцать семь это too much, это перебор просто. В Казахстане сегодня 150, я считаю мраговато, в Казахстане было бы 120 оптимально. Но это то, что касается количества. То, что касается привилегий. По привилегиям я так считаю, что смотрите, конечно государственные служащие должны достойно оплачиваться. И я считаю, вот моё личное мнение, привилегий никаких не должно быть, но должна быть достойная оплата, на которую он может себе позволить ездить на транспорте общественном или каком-то, позволить себе хорошо кушать и так далее. То есть не так, что создавать им спецстоловую, спец чего-то, просто должна быть хорошая оплата, благодаря которой он может купить всё, что ему необходимо, какие-то еда, передвижения и так далее. С точки зрения привилегии освобождения от уголовной ответственности, здесь вопрос такой, он, наверное, нужен? Потому что проблема в том, что исполнительная власть пытается залезть во все сферы и контролировать все. Соответственно, чтобы депутатов они не могли взять за одно место и заставлять их что-то делать, в этом плане, конечно, депутат должен иметь определенную неприкосновенность для того, чтобы опять говорить все, что он хочет. Потому что парламент это та площадка, где ты не имеешь права скрывать что-то или говорить витиевато. Ты должен в лоб говорить. Я это вообще называю октагон. Это где должны быть бои без правил. В Украине я говорю, единственное, что вы должны обеспечить в Верховной Раде, это скорая помощь, МЧС, пожарников, а все остальное пусть дерутся. Пусть дерутся. Это специально отведенное место для боев без правил. Там должны все страсти кипеть, драться, доказываться и так далее. Убивать только друг друга не должны и все. Поэтому с точки зрения привилегий я противник, но с другой стороны я могу не учесть какие-то привилегии может быть нужны для того, чтобы качественно выполнять ваш наказ. Я не знаю, может быть, покрывать расходы, понятно, автомобиль, чтобы ездить по селам, по избирателям и так далее. Но привилегии ровно должны быть только настолько, чтобы он качественно выполнял свою работу. Но не должно быть привилегий, которые его отличают, повышают его статус от других людей. Он должен быть обычный человек, никаких дополнительных статусов. Вот мое мнение. Современный депутат это точная копия вот вас. Агрегированная копия. Вот какие вы, вот собирательные образы. Знаете, есть такие портреты, где из многих-многих фотографий делают. Вот из фотографий делают человека, да, картину. Вот депутат это вот. Иначе какой же он депутат? Депутат чем хорош? Депутат хорош тем, что он не круче меня. Он не хуже меня. Он я. Он есть я. Да, мы. Ну, когда каждый говорит, он и есть я, это и есть по сути депутат, это мы. Вот поэтому это не тот человек, который визионер, вас ведет вперед куда-то, круче вас. Нет, это агрегированный показатель. Добрый день. Добрый день. Меня зовут Владимир Бешкек. Меня зовут Владимир Бешкек. Меня зовут Владимир зовут Бешкек. зовут Меня Владимир Бешкек. Меня зовут Владимир Бешкек. Меня зовут Владимир Бешкек. Меня зовут Владимир Бешкек. Меня зовут Владимир Бешкек. Меня зовут Владимир Бешкек. Меня зовут Владимир Бешкек. Меня зовут Владимир Бешкек. Меня зовут Владимир Бешкек. Меня зовут Владимир Бешкек. Меня зовут Владимир Бешк Как вы думаете, необходимо ли пересмотреть вопрос собственности? То есть, внести помимо Института частной собственности еще и вопрос общественной собственности. Спасибо большое. Хороший вопрос. Смотрите, я вообще по взглядам либертарианец. Либертарианец подразумевает максимальную свободу экономики от государства. Но, это такой же подход, как к приватизации я говорил. Государство должно быть в экономике ровно в том объеме, который необходим для обеспечения национальной безопасности, военной безопасности, эпидиологической безопасности, безопасности здоровья населения и от природных катастроф. Эти предприятия должны принадлежать государству. У них не должно быть цели извлекать прибыль. У них цель только обеспечение вот этих общественных задач. Все. На этом участие государства в экономике должно прекратиться. Все. Все остальное должно быть частной экономикой, потому что нужно четко разделять функции. Экономика это дойная корова. Государство, налоговая служба это дойер. Государство это охранник-сторож, который сторожит эту корову. И государство это человек, который обеспечивает условия для этой коровы, убирает помёт, от волков защищает и так далее. Но государство никогда не должно быть дойной коровой, иначе идёт конфликт интересов. Я сколько раз замечаю, что государственные предприятия не платят налоги столько, сколько платит частный сектор из этой же отрасли. Потому что это же государственные предприятия, всё равно деньги никуда не деваются, это же наше государственное имущество. На самом деле нужно четкое разделение дояр и корова. В этом плане я считаю, что государство должно выполнять ровно те функции, которые необходимы. И я депутатам, как одной из пятой реформ, предложил пересмотреть полностью законодательство, сделать ревизию и уничтожить лишние законы. Я говорю, за эти годы достаточно вы написали законов, и почему-то депутаты считают, что производство законов, это как на предприятии, это их продукт, и они должны его производить очень много и качественно. Я говорю, теперь разверните машину, попытайтесь подойти с другой стороны и позаниматься уничтожением законов. Уничтожением законов и сокращать как можно больше законов. То есть поработать в обратную сторону. И в этом плане, вот с точки зрения приватизации или права на существование какого-то государственного ведомства, я говорю, вы назначите дату и скажите, вот санэпидемстанция, она имеет право на жизнь или нет? Неужели вы думаете, что эта санэпидемстанция обеспечивает то, что люди не нравятся в кафе? Я вот считаю, что это хозяин кафе и менеджмент это делает, а санэпидемстанция периодически приходит и дует их на деньги. Поэтому напишите миссию санэпидемстанции. В чем она заключается? Обеспечение санитарно-безопасности населения. Хорошо. Пусть они сделают презентацию, почему они должны существовать. Потом заслушайте бизнесменов, которые докажут, почему она существовать не должна. Потом послушайте врачей, которые скажут, что мы эти функции не выполняем, эти функции можно выполнить только санэпидемстанция. И у вас останется санэпидемстанция в урезанном вот таком состоянии, но которая четко будет выполнять только свою миссию. То же самое и участие государства в экономике. Нужно сделать ревизию каждого предприятия государственного, какую миссию оно выполняет. Но если там будет хоть какая-то миссия получения выгоды, денег, прибыли и так далее, сразу на уничтожение, в частный сектор. Теперь касательно второго вопроса. Я как-то разговаривал с послом Франции и там прозвучала интересная мысль. Он мне говорит, очень странно в ваших странах наблюдать, что у вас только два вида собственности. Частная и государственная. У нас во Франции огромную долю составляет общественное благо. Все парки, музеи, театры это общественное благо. И мы к ним относимся как к частичке нашей же собственности. Мы мало заботимся о государстве, но мы очень сильно заботимся о нашем общественном благе. Поэтому Институт общественного блага или общественной собственности у них очень сильно там развит. Отсюда вот донорство, пожертвования там у них очень большие, огромные. Поэтому это наверное то, что у нас должно развиться. Советских времен это мышление осталось. Есть я, есть государство. Такой тандем, противостояние. Государство всё время что-то у меня хочет отнять, а я хочу всё время от него что-то скрыть и так далее. Но есть же улица, есть же город, есть наша общая территория, парки, музеи, скверы и так далее. Это должно быть в общественной собственности. Это связано напрямую с психологией и с уровнем доверия в экономике. Есть такое правило, что уровень развития экономики напрямую показывает уровень доверия в стране. Чем больше доверия между гражданами, тем более развитая экономика. Потому что отсутствие доверия порождает очень много транзакционных издержек на юристов, на аудиторов, на контролирующие органы, на заборы. Вот заборы, это первое олицетворение. Вот наши страны, Казахстан в том числе, когда приезжаешь, иностранцы особо обращают внимание, везде заборы. Заборы. Частные дома огорожены, госучреждения огорожены. Мы все время находимся в оборонительной позиции. Мы мало сотрудничаем, потому что между нами нет доверия, у нас поэтому нет сотрудничества. А нет доверия и нет сотрудничества, не будет общественного блага. Соответственно, все общественное благо мы перегружаем на государство. И у нас поэтому государство ответственно за театры, за музеи и так далее. Это все государственная собственность. Хотя это государство никакого отношения не должно иметь. музеи, театры, такие заведения, они какое отношение имеют к обеспечению справедливости? Никакого. Никакого. Это должно быть в общественной собственности. Государство должно быть только ответственно за обеспечение справедливости, когда забирает у богатых, отдает бедным и тем, кто социально не обеспечен. Это понятно. Дома престарелых, больницы должны быть в частной собственности максимально. Но все равно допускаются государственные какие-то. По-хорошему, я вообще против даже вот этого. Я сторонен того, что государство должно давать деньги, а тот человек, который в домах престарелых, он просто платит деньги и живет в частном доме престарелых. Проблема в том, что государство не хочет платить больших денег, чтобы кто-то мог в частном, и поэтому размещает этого человека в государственную больницу. В результате у нас получается все убого. И государственная больница убогая, и этот человек не чувствует, что получает какую-то помощь, находясь в государственной убогой больнице. Везде государство пытается как-то экономить и так далее. Хотя многие вещи должны быть именно в общественной собственности. Вот те же парки. Зачем государству в собственности парки? Зачем государству в собственности музеи? Ну и так далее, и так далее, и так далее. Выставки и так далее. Но, к сожалению, уровень общественного блага зависит от уровня доверия и от уровня сотрудничества. Этого у нас нету, соответственно, оно и не появится, пока у нас не будет вот этих вещей. Но это тоже надо менять, эту психологию надо менять. А так, конечно, это большой пласт и именно так и должно строиться общество. Модератор, модератор. Здравствуйте. Мой вопрос такой. Мы можем одновременно быть в очень хорошем отношении с Россией и в то же время делать очень быстрый рекорд, как вы говорили, на уровне, например, стран Балтии, Грузии, Они и мешают, и не мешают. Если вы сначала громко заявите, а потом начнёте делать, то будет мешать. А если вы начнёте делать по факту и не заявлять, то мешать особо и не будет. Для Путина важно, чтобы вы везде не были элементом или инструментом пропаганды своих реформ, чтобы вы не экспортировали свои реформы в Россию. Если вы будете на каждом углу кричать про успешность каргинских реформ, что вот так и надо делать всем остальным, что вот мы захотели-сделали и так далее, конечно, он будет против. А если вы просто тихоре делаете свое дело? При этом вы везде обстоятельно говорите, что Россия молодец, братский народ. Это по факту так. Там же вопрос больше с государством российским, нежели с российским народом. К российскому народу ни у кого нет особой аллергии или вражды. Говорит, братский народ, мы вместе всю жизнь будем вместе развиваться, мы исторически вместе связаны. Она так и есть. Но при этом, конечно, нам нужно судебную реформу переделать, потому что это наша внутрикрыльская проблема, чисто маленькая, мы ее должны сейчас решить. А потом вот реформ правоохранительных органов, ну потому что нас задолбали наши же менты, вот это, да, и конечно налоговая, да, у нас налоги высокие, это никакого отношения к реформам не имеет, которую там супер-супер, ну вот мы снижаем налоги и таможню здесь еще подрегулировать хотим таможню чуть-чуть. И все, через 2-3 года вы другая страна, но при этом не вызвав аллергию и не вызвав конфронтацию. Очень важно понимать, что Путин не против правильных действий. Он против вашей пропаганды, ваших успехов на территории России. Потому что он строит Россию по своему лекалу, по своему сценарию. И ему не нравится, когда ваш сценарий.