Маргулан Сейсембаев о будущем и развитии Казахстана

Немаловажной частью бизнеса, конечно, являются люди. И вы часто об этом пишете, в том числе и у себя в Инстаграм. Мне бы хотелось задать такой вопрос. Говоря о human resource и человеческом капитале, об экономике людей, как принято сейчас называть, насколько казахстанцы сегодня, в 2023 году, действительно могут быть конкурентны на мировом рынке труда?

В целом человечество сейчас стоит перед такими глобальными вызовами, что стоит вопрос, а нужно ли человек в будущем для производства каких-то определенных ценностей. То есть робототехника развивается, автоматика развивается, искусственный интеллект развивается. было тяжело работать и тяжелую работу на себя взяли механизмы там трактора бульдозеры грузовики и так далее то следующий этап был это убрать вообще мускульную силу и вот сейчас мы приходим на этап когда Роботы и искусственный интеллект забирают у человека творческий процесс, это даже написание программ сейчас автоматизировано. И, кстати, искусственный интеллект уже программы для компьютеров, достаточно продвинутые программы, пишет буквально за 2-3 секунды.

Вот нашумевший чат, который сейчас все обсуждают.

Поэтому стоит угроза для всего человечества потеря рабочих мест. Это касается средней прослойки. Я бы так сказал, не зову работу, никто пока не заменит. Уборщицы, работники, сборщики яблок. Сейчас уже появились роботы, которые собирают яблоки. Но в целом еще будет оставаться очень много рабочих мест, где требуется очень простой труд, но и облачиваться он будет, конечно, копечно. А вот то, что касается интеллектуального труда, то, что мы до этого считали, что креативную индустрию невозможно будет подвинуть, на самом деле искусственный интеллект показывает, что искусственный интеллект очень даже хорошо может креативить. Поэтому в целом стоит глобальный вызов рынку труда и людям, что люди постепенно могут остаться без работы. Если говорить про казахстанский рынок труда, то, конечно, в Казахстане наш рынок труда не развит. Не развит это в силу многих причин, прежде всего из-за того, что у нас огромные нефтяные ресурсы, мы избалованы в этом плане. Наша эффективность и производительность на низком уровне по сравнению с индексами эффективности и производительности других развитых стран. Наш ВВП на душу населения вроде бы хороший показатель, если брать просто как в денежном выражении, но если его разбить, от чего он происходит, понятно, там основная львиная доля более 70% считается поступлением от нефтяных денег. Поэтому в целом конкурентоспособность нации у нас очень низкая. Есть единичные примеры, экземпляры, как тот же Димаш Кудайберген. У нас земля богата на таланты, а таланты выскакивают. Но проблема вообще всех постсоветских стран и России в том числе, может быть даже особенно России, в том, что наши страны умеют рождать таланты, но не умеют ими пользоваться, не умеют коммерциализировать их и не могут выстроить технологию использования талантов в экономике. Поэтому стоит нашим людям чуть подняться, они сразу же уезжают в Силиконовую долину, в Америку, по миру, куда угодно.

То есть вот эти случаи, как, например, Димаш, это скорее исключение из правил, чем какая-то закономенность, и разговоры частые, в том числе и от первых лиц страны о том, что казахстанская молодежь перспективна, талантлива и способна покорять горы, это скорее преувеличение?

Да нет, не столько преувеличения. Я не увидел ни одного лидера какой-либо страны, который бы отзывался от своей нации плохо. Это обычная риторика любого политика и любого патриота, который скажет, да, наша страна богата талантами. В принципе, любая нация может похвастаться. Поэтому я не сказал бы, что статистически мы чем-то отличаемся от других. Вот так бы я сказал. Нет такого, что статистически Казахстан на тысячу человек рождает больше талантов. Нет. В этом плане мы плюс-минус вокруг среднего.

Что нам делать так, чтобы таланты, во-первых, появлялись здесь, во-вторых, оставались здесь, во-третьих, имели возможность самореализации, не выезжая в соседние рынки?

Ну вот смотрите, чтобы появлялись таланты, первая основная причина, которая влияет на таланты – это, конечно, статистика. Чем больше населения, тем больше талантов рождается. Это закон, здесь ничего не скажешь. У нас, к сожалению, население маленькое, поэтому увеличение количества населения – это, я считаю, одна из главных задач правительства должна быть. Потому что самодостаточная экономика становится где-то после 50-60 миллионов человек. Но плюс к тому же у нас огромные расстояния, большие логистические затраты, поэтому нам действительно надо работать над увеличением нашей нации. Это первый момент. Второй момент, это, конечно, политические и экономические возможности, которые создаются в стране благодаря нашей политике. Здесь мы не самые лучшие. Ну, я сразу скажу, мы не самые худшие, но и не самые лучшие. То есть в этом плане, конечно, проблема, я считаю, в нашей экономике основная в том, что у нас огромную долю нашей экономики составляет не частный сектор, а государственный сектор. И есть исследование Мирового банка, при котором говорится, что только при уровне государства в экономике ниже 20% экономика начинает развиваться искоренными темпами. У нас доля государства в экономике превышает 65%. Поэтому что говорит. Даже недавнюю статистику я читал, там и президент Тукаев ему докладывали, что доля малого среднего бизнеса в экономике Казахстана составила 33,2%. Но теперь если оттуда взять весь тот малый-средний бизнес, который обслуживает металлургические нефтяные компании и так далее, на самом деле чистой частной экономики у нас, независимой от сырьевого сектора, будет, по моим оценкам, где-то 20-21%. Вот считайте, 80% экономики это так или иначе связано с ресурсами. 20% только реально частный бизнес. Соответственно, о каких возможностях можно говорить для молодых людей, если учесть, что основной тренд... Молодежь же всегда идет за трендом. Основной тренд в области высоких технологий, а не в области бурения, скважины и так далее. Поэтому первое количество населения, второе – это регуляторные политические и экономические условия в стране. Третье – это большой рынок, наличие большого рынка, чтобы в стране было достаточно денег, людей для того, чтобы строить большие бизнесы. И четвертое – это наука и технологии в стране, потому что все равно молодежь будет утекать туда, где развивается наука, туда, где развивается технология. И вот здесь у нас очень-очень большое отставание. Поэтому.

Вот такие это основные факторы. Говоря о бизнесе казахстанском, малом и среднем, и глядя на развитые страны Европы, глядя на Америку, мы видим, что малый и средний бизнес, то есть обычные предприниматели, создают больше стимулов для экономики, создают больше возможностей и приносят больше денег в бюджет, нежели компании, которые занимаются нефтью или нефтесервисом. В Казахстане пока ситуация диаметрально противоположная. И очень интересно в 2023 году, каким вы видите все-таки малый и средний бизнес в Казахстане. Что это будет? Все-таки попытка выжить или попытка выйти на новый уровень? Есть.

Ли свет в конце туннеля? Нам нельзя говорить, есть свет в конце туннеля, мы не в условиях выживания. В принципе, в СНГ Казахстан сейчас очень даже себя неплохо чувствует, это наиболее благополучная сторона, я бы сказал, именно с точки зрения соотношения политических и экономических процессов. Но в целом, если брать, конечно, малый и средний бизнес – это основа экономики, и самое главное – малый и средний бизнес – это основа демократии. Потому что только тогда, когда людям есть что терять, они готовы бороться за свои права. Когда людям нечего терять, они бедные, они полностью зависят от государства, от зарплаты, от податчика и так далее. Соответственно, они управляемые, они регулируемые и так далее. Понятно, когда люди становятся слишком богаты, они не зависят от страны, они могут жить в любой стране мира, поэтому им про демократию в стране не особо интересно. Поэтому малый и средний бизнес – это основа демократии страны, помимо того, что это основа экономики. Именно основа диверсификации экономики, разнообразия экономики и устойчивости экономики. Потому что любой малый и средний бизнес в совокупности более устойчивый, чем один большой бизнес. Поэтому в этом плане, конечно, я считаю, надо развивать, но для этого, знаете, говорят, никогда нельзя наполнить сосуд, прежде не опустошив его. Поэтому я считаю, прежде нужно сделать разгосударствование и уменьшить долю государства в экономике. Это то, что президент только в прошлом году объявил, но пока я вижу, что идет со скрипом. Я считаю, Самбрук-Казану надо расформировать и надо в государственных руках оставлять только критические объекты, критические инфраструктуры и естественные монополии. Все остальное надо передавать.

В частный сектор, дробить.

И передавать в частный сектор. Тенденции вы не видите? Мы, Казахстан, сейчас идем не проактивно, мы идем реактивно. Мы реагируем на внешние вызовы, угрозы, на внешние изменения и потрясения. У нас экономика не раскачана до такого состояния, при котором мы можем формировать какие-то тренды. Тренды мы не формируем. Мы только подстраиваемся и адаптируемся. А это опять я скажу, потому.

Что крупные бегемоты не в состоянии так быстро реагировать. Тренд, под которым мы подстроились совсем недавно, это уход Макдональдса. Говоря о тренде, который зародился в России и Беларуси, ушел Макдональдс и от нас. Эту новость обсудили во всех казахстанских СМИ. И я пришел к выводу, что Макдональдс это символ того, что в экономике и в стране какие-то процессы все-таки прозрачны. Здесь можно вести бизнес. Вот он ушел и теперь эксперты говорят о том, что Казахстан потерял свой инвест привлекательности. Как вы думаете, все-таки переоценено ли вот.

Этот вот уход Макдональдса с рынка или все-таки нет? Ну я считаю, это большая переоценка. Ну Макдональдс, ну у нас есть KFC, у нас есть другие там Хардис и так далее. Я считаю, влияние Макдональдса переоценено и в этом плане еще очень важно отметить. Макдональдс ушел не по политическим же причинам, потому что если бы его отняли или как-то национализировали бы рестораны, это глупость конечно, но вообще тогда понятно для западных инвесторов это сигнал. Но он ушел по технологическим причинам. Дело в том, что в Казахстане нет ни одного производства, которое может обеспечить Макдональдс своим сырьем. Потому что производство булочек – это высокотехнологичный процесс. Это не пекарня делает, это целые заводы. Производство котлет для бигмаков – это высокотехнологичный процесс. Это не может делать какая-то там мясной цех и так далее. Там завод стоит от 50 миллионов и выше долларов. Но такой завод можно построить только в том случае, если в стране есть рынок и есть потребители помимо Макдоналдс. Поэтому весь наш Макдоналдс был построен на поставках из России. Соответственно, когда Макдональдс ушел с России, заводы все были переданы местным инвесторам, то понятно, там наверняка еще куча ингредиентов, которые даже Россия еще не обеспечивала. Поэтому я считаю, уход Макдональдса – это чисто технологическая причина. Она ясно нам показывает, что наша экономика не только как планшеты и какие-то высокие технологии.