Маргулан Сейсембай рассказывает, как в шестом классе накопил 220 рублей, собирая сдачу в мамин чулок, но старшие братья отняли его сбережения. Он понял, что ценит сам процесс зарабатывания больше, чем деньги. Родители никогда не контролировали его финансы, что привило ему любовь к накоплению.
Chapters
Следующий вопрос от моего подписчика. Расскажите какую-нибудь историю из детства, когда вы сделали для себя какой-то вывод. Интересно. У меня историй много, конечно, благодаря моим прожитым годам и совершенным ошибкам. Но если говорить из детства, это, наверное, было, когда мне было... Ну, я когда был, наверное, в шестом классе. В шестом классе, это где-то 13 лет, 12-13 лет, наверное. Я копил деньги, я много копил деньги, я любил копить деньги. Отец или мать, когда посылали меня в магазин за хлебом или куда-то, они говорили, сдачи оставь себе. И вот эти сдачи, потом они мне там, если на столе остаются копейки какие-то, они говорят, ну себе забери. И они как бы таким образом подтворствовали тому, чтобы я зарабатывал деньги и собирал, накапливал деньги. И я их собирал в чулки, в мамин чулок. И однажды я накопил 220 рублей. Вам, чтобы легче было понять, моя мать тогда работала завсталовой, она получала 110 рублей. Отец работал тогда главным агрономом, он зарабатывал где-то 160 рублей. Вот вместе они зарабатывали 270 рублей в месяц. А я накопил 220 рублей для 12-13-летнего пацана. Это огромная сумма. Я помню, даже подходил к отцу и говорил, папа, а сколько стоит Нива? Нива в то время стоила почти 10 тысяч рублей. Отец так удивленно на меня посмотрел. А зачем тебе? Я говорю, я хочу купить Ниву. И они, родители, так посмеялись. Типа, а что, у тебя уже столько денег? И вот надо отдать должное моим родителям. Они никогда не проверяли мои деньги, не лазили в моем шкафу, не пересчитывали, тем более не брали у меня деньги. И не заставляли мне ничего покупать, забирать и так далее. Поэтому в этом плане у меня был такой большой чулок денег. И вот однажды два моих старших брата приехали на каникулы. Они учились тогда в Нархозе, в университете. Приехали на каникулы, и как-то я прихожу домой со школы, а у меня чулка нет. Они дружили с моими учителями, которые жили в соседнем доме. Эти молодые учителя, для них выделили вот эту квартиру, и мои учителя жили там. И мои старшие братья дружили с ними. И я прихожу домой, чулка нет. Я их бегаю, ищу, и я понял, что они там. Побежал туда, открывая дверь, и там картина. На полу сидят мои учителя, мои братья, разложена вся моя копилка, и они делят их, там, двадцать копеечную в одну сторону, пятьдесят копеечную в другую, и сортируют, и пересчитывают мою копилку. Ну, я им повозмущался, но ничего не стал делать, как бы простил. И какой вывод вы скажете? Вывод такой, что для меня, во-первых, это не было никак не больно, не обидно, я это спокойно воспринял, и я для себя тогда сделал вывод, что, оказывается, для меня не деньги сами по себе имеют ценность, а сам процесс зарабатывания и накопительства. Вот это для меня был такой вывод. Для меня было удивительно, что я лишился денег, и при этом у меня не было никакой власти. И вот это, наверное, один из первых моих детских выводов, что я, оказывается, просто люблю зарабатывать, и я люблю просто накапливать деньги.
