Анна Геагеа объясняет, как родители и система воспитания записывают в психику ребёнка программы вроде «мне опасно быть видимой» и «мне нельзя занимать место». Эти установки формируют фильтры, через которые человек воспринимает весь мир, и передаются из поколения в поколение. Осознание этих ранних программ позволяет начать их трансформацию.
Chapters
Всегда, вот я помню наши с тобой отношения в детстве, я очень чувствовала тебя очень сильно и очень сильно зависела от твоего настроения. Я считывала комнату, но это во мне пришло еще с утробы, то есть еще раньше я с этим пришла. Это не потому, что у меня детство было плохое, а потому что я рассказываю, как программы, как обстановки влияют потом на нервную систему. Соответственно, что мы очень, как я, эмпатичный человек, считываю настроение, не занимать место.
Да, и как-то старались, чтобы самое вкусненькое детям, ну как, потому что нас воспитывала система.
Записывались установки, программы, и вот я хочу показать, они не записывались. То есть я прихожу, моя душа приходит с набором программ «Мне опасно быть видимой», «Мне опасно то-то-то», «Мне нельзя занимать место». Программы жертвенности. Они во мне уже были, я с ними пришла, как и ты. Наши души уже с ними пришли. Что происходит? Источник проходит через эти фильтры и выгружает мне родителей, бабушку, дедушку, которые вот такие. Они ведут себя вот так определенным образом, укрепляя тем самым мой круг. Они так со мной поступают, наносят мне в этом воплощении травмы эти детские, укрепляя тем самым мою же установку. Суть игры квеста— выйти из этого круга. И как мы из него выходили, я сейчас поделюсь своими детскими впечатлениями, какие травмы на меня больше всего повлияли.
