Трансформация через отношения. Реальная история без фильтров

Так, отлично. Мы пошли в прямой эфир. Сейчас я сяду, открою на компьютере, чтобы мне было видно вопросы и нас. Так, дорогие, кто присоединяется, если будете видеть или в записи смотреть эфир по теме «Трансформация через отношения». Одна из самых болючих точек трансформации, что у нас здоровье, деньги и отношения. И это, конечно же, у нас всегда и есть. Наши темы, которые больше всего нас будят, когда наше сознание хочет разбудиться. Мы сегодня поговорим и о здоровье, и о деньгах, и об отношениях, но основное будет через отношения. Я сейчас просто хочу пойти посмотреть. Вот, мы есть в прямом эфире, я буду видеть, как идёт эфир.

Поверни меня чуть-чуть тоже немножко.

Сейчас я тебе тоже поверну. Отлично, нас видно, мы в кадре, мы никуда не делись. Всё, супер. Видно, задержка тут небольшая есть, но отлично. Да, я поправилась, конечно, так красиво на камеру. Нет, я не поправилась, в смысле поправила рубашку. Так, мне важно видеть вопросы в чате. Рада, благодарю. Вот, вижу, тут уже у нас есть наш чат. Вижу все вопросы, буду видеть. Будем видеть, отлично. Так, дорогие мои, у меня в эфире сегодня моя мама. Со мной Таисия.

Всем привет.

Связь с богиней Сидой напрямую есть. Немножечко, прежде чем мы начнем говорить о... Слышно, напишите, если слышно, не слышно, должно быть слышно. Прежде мы начнем говорить именно глубоко о теме отношений. Я хочу сказать, что это человек, это родная душа, с которой точно 100% мы пришли вместе друг друга будить, проводить трансформацию друг к другу. Мы покажем вам через нашу историю, как мы сами из себя выгружали себя же. выгружали для себя испытания. То есть, это моя мама, это человек, которому я могу сейчас сказать абсолютно все, вообще.

Даже послать.

Даже послать, и она меня, и сказать да, и сказать нет. И я вчера, или когда я просто опустилась на колени и головой к ее ногам легла. И я вам хочу сказать, если вы, у вас живы родители, то для вас возможна такая трансформация с родителями. И это настолько благостно, я всем это желаю, дойти до этой точки трансформации, когда у вас рядом полностью трансформированный человек, ваше зеркало и вы для него. Вот, но это вам хочу сказать, это наша точка Б сейчас, это где мы сейчас, так было далеко не всегда. Вот, и я, наверное, буду рассказывать, мам. Наши вспоминать пойдём.

Да, давай. Мы давно хотели это сделать.

Да, мы давно хотели. И я вот хочу вспомнить вообще, чтобы мы показали на примере, как мы выгружаем друг друга. Вот, допустим, моя душа пришла в этот мир к тебе. Ты меня получила когда? В 17 лет. Да. Расскажи немножко историю, как ты забеременела, как вообще было, чтобы люди понимали, с какими программами мы пришли. Как я у тебя появилась?

Ну, вопреки всему, вопреки всем судьбам назло, вот я бы так сказала, потому что моя мама не хотела, чтобы я так рано имела ребенка, я была не замужем, у меня не было никаких стандартных типичных отношений для людей, вот какие у людей обычно случаются.

Тебе было 17 лет, да?

Да. Во-первых, о том, что у меня ты будешь, все узнали, когда уже было поздно что-либо менять. Срок был уже шесть с половиной месяцев, уже ни аборт нельзя было сделать, то есть уже... Моя мама ничего с этим не могла сделать, как только смириться.

Ты боялась, ты пряталась, потому что ты подозревала, что заставят сделать аборт, да?

Да, да, да. И вот у меня такой протест был, вот я сама подниму этого ребенка, и ты мне была нужна. Вот единственный, как бы... луч света, который был в тот момент у меня, это ожидание тебя. И я знала, что ты мне дана не зря, и что вот когда... Ты не можешь ничего противостоять никакой вот жизненной ситуации, и тебя ведёт, просто ведёт по жизни. Выбора нет, как говорят, да? Вот есть выбор, но его нету.

Вот ты мне всегда говорила, я помню, что ты мне всегда говорила, ты особенная, ты вот не просто так сюда пришла.

Да-да-да, у меня это было, чувствовала.

Ты это чувствовала?

Связь, когда ты у меня ещё была в животике, я прям чувствовала, что... ты должна будешь у меня появиться. Хотя я ждала мальчика, тогда УЗИ не делали для определения пола, вот.

И вот, смотрите, идёт, да, вот ты ждала мальчика, ну, конечно, ты рада была, но ты знала, что это особенный ребёнок.

Да.

Также тебя чуть не заставили сделать аборт, ты мне рассказывала историю, когда дедушка повёз, и ты так вот на папу обижалась, на своего, как так можно, я уже была в тот момент в утробе. То есть уже в этот момент, уже в этот момент я приходила в родовую систему, где Бабушка, как мама, могла заставить сделать аборт, не поддерживала. Тебе нужно было скрывать моё существование. То есть ты прятала меня от близких же людей, чтобы меня не убили. Я уже была в утробе, я уже это ощущала. То есть моей жизни угрожает опасность, если меня, обо мне узнают. Это было ещё на моменте зачатия. Ну вот до рождения моего, еще в утробе, потому что еще в утробе уже формировались эти программы. Также, одновременно, вот ты мой единственный луч надежды. Ты вот мое счастье. Это возложение на меня как бы смысла жизни. Это тоже программа была активирована в этот момент. Наши души знали, твоя и моя, каким набор мы программ идем. Я вот хочу просто, вспоминая эту историю, показать, что я уже родилась, и меня чуть не убили мои же близкие. То есть дедушка мой повел тебя на аборт, все, давай убивай ребенка уже в шесть месяцев, чтобы родить. Только фраза гинеколога, которая сказала, ну, она может родиться живой, но это будет на твоих руках кровь, что ты будешь убивать, как котенка топить, и дедушка не выдержал.

Да, он тогда сказал, хорошо, все, мы уезжаем домой, все как есть, воспитаем, ничего страшного. Я в тот момент хотела броситься ему в ноги и целовать его ноги.

Да, что ты сберег мою жизнь.

Я говорю, у меня мурашки по телу, потому что это были такие вот моменты, которые переломные были. Повернули мою и твою жизнь в определенное русло.

Да. И вот дальше я росла. Всегда, вот я помню наши с тобой отношения в детстве, да, я очень чувствовала тебя, очень сильно, и очень сильно записывала... Ты же эмпатом родилась, конечно. То есть я очень сильно зависела от твоего настроения. Я считывала комнату, но это во мне пришло еще с утробы, то есть еще раньше я с этим пришла, потому что так, если меня видят, а вдруг меня убьют близкие же, то есть я должна быть максимально хорошей, удобной, послушной там не проявляться, потому что меня реально могут убить. То есть я жила с этой программой не потому, что моя семья была плохая, потому что мы выбрали этот путь. Соответственно, конечно же, это отражалось. Это отражалось на моей эмпатичности. Это не потому, что я хотела нести эти все эмоции, а потому что моя нервная система так выживала, она меня берегла. Считываем комнату, в каком настроении вернулась бабушка, в каком настроении вернулась… вернулся дедушка, пьяный, не пьяный, да? То есть, вот что происходит? Мы жили все в одной большой семьей дружной, вот. И я помню вот это вот отсутствие пространства постоянно, это мои детские воспоминания. То есть, у нас там много кучи человек в этой двухкомнатной хрущевке, квартире мини-кухня. Вот здесь вот я, когда рассказываю нашим зрителям, кто будет смотреть, это не потому, что у меня детство было плохое, а потому что я рассказываю, как программы, как обстановки влияют потом на нервную систему. Соответственно, что мы очень, как я эмпатичный человек, считываю настроение не занимать место. Если я займу место, моей маме не хватит, моей бабе. Мы друг друга этот кусочек, помнишь, мам? Лежит кусочек, он загниёт, но в семье его никто не съест.

Последнее яйцо не доедал никто, если оно было последнее в холодильнике. Как-то старались, чтобы самое вкусненькое детям. Я уверена, что 90% всех семей в советское время, когда мы так... Потому что нас воспитывала система. Система. Ты должен быть лучше других, ты должен какими-то увлекаться, хобби иметь. Телефонов не было, компьютеров не было. Были только книги и спортивные какие-то развлечения. Очень ограниченное было пространство, так скажем. Вот семья, школа и улица.

Вот так все и жили. Я вот просто показываю, как шло детство. Записывались установки, программы. И вот я хочу показать, они не записывались. То есть я прихожу, моя душа приходит с набором программ «Мне опасно быть видимой», «Мне опасно то-то-то», «Мне нельзя занимать место». Программы жертвенности. Они во мне уже были, я с ними пришла, как и ты. Наши души уже с ними пришли. Что происходит? Источник проходит через эти фильтры и выгружает мне родителей, бабушку, дедушку, которые вот такие. Они ведут себя вот так определенным образом, укрепляя тем самым мой круг. То есть во мне я пришла с базовой настройкой жертвенности, эмпатичности, выживания. И через мой фильтр проходит и выгружает мне. таких вот родственников, родителей, они так со мной поступают, наносят мне в этом воплощении травмы эти детские, укрепляя тем самым мою же установку. Суть игры квеста выйти из этого круга. И как мы из него выходили, я сейчас поделюсь своими детскими впечатлениями, какие травмы на меня больше всего повлияли. Ну вот то, что я потом выгружала. Первая травма у меня была это... Вот смотрите, я сижу со своей мамой, разговариваю про травмы, да, и она при этом абсолютно... Мы любим друг друга безумно, да, и я ей наносила, она мне наносила дикую боль, и мы это прошли. Я вам хочу сказать, что вот обратная сторона трансформации, вот она. Вот, вот что происходит. То есть я помню вот этот момент, я стою на остановке, мама пообещала, что она приедет с работы. У меня телефонов ничего нет, и я ее жду с родственницей, купить там мне какие-то сапоги, неважно. И мама не приезжает. И я стою вот. Мама сказала, она приедет. Мама приедет.

Мама приедет. Это была первый раз в твоей жизни такая история?

Это была первый раз ситуация, которая очень сильно меня нанесла в голову.

Когда я пообещала, я не сделала.

Да, да. И мама в тот момент как бы... Но это моя была программа, что меня не выбирают. Это была моя программа. Меня подводят близкие.

Меня предают.

Меня предают. Моя программа в этот момент времени активировалась и заставила мою маму поступить вообще, ну, очень некрасиво с ее ребенком, да. Выключается мозг, мам. Вот расскажи, да, ты тогда просто вот... Ты даже не понимаешь, почему ты так сделала.

Ты знаешь... У меня было такое чувство тогда, что «а пофиг». У меня появился тогда ухажёр, я влюбилась, и мне хотелось провести просто с ним время. И да, я тогда была мать говно по тем меркам, потому что выбрать ухажёра даже единственный раз в жизни, скажем так, ну это уже предать саму себя получалось. Вот. И я это тоже осознала со временем. Не сразу все приходили знания, но в тот момент как бы выбора у тебя не было. Вот тебя как чёрт схватил, знаешь, за душу и потащил. Всё. И то, что... не было телефонов мобильных, что нельзя было ни позвонить, ни предупредить никак, никого, ничего, и выхода другого не было. Ну, в общем, эта история в моей душе тоже оставила глубокую рану, потому что, когда этот весь морок сошел, да, вот этот вот влюбленность и так далее и тому подобное. И сама мысль о том, что я предала свою дочь, самого дорогого человека для меня в этом мире, да, это был жестяк такой, я скажу.

И вот здесь программа, тоже родовая программа, мы отыгрывали эти родовые программы. Она звучит так. Когда я выбираю себя, я предаю своих детей. И это такая говнопрограмма, потому что она, когда активна, реально выбор себя, женщины, он делает больно ее детям. Когда убирается эта программа…

И сейчас секундочку перебью. Вот смотри, получается, что я, выбирая себя, чувствую дикую вину за то, что я себя выбираю. Тем самым я активирую в тебе чувство, что меня предали. Вот такая вот взаимосвязь вот этих говнопрограмм. Ты их здорово вообще окрестила. Это самое яблочко. Говнопрограммы, да. То есть то, от чего можно избавиться. То, что можно сбросить. То, что не служит нам в нашей жизни. Да.

И вот смотрите, как замкнутый круг. У мамы на душе это программа. Я выбираю своего, да, я выбираю себя, я предаю ребёнка. Соответственно, да, и я испытываю чувство вины, если я, конечно, любая мать, представьте, программа звучит так, я предаю своих близких, если я выбираю себя. Конечно же, у любого человека есть божественное сердце, оно будет испытывать вину от этого. И вот мы друг другу, то есть я тебя выгружала такой, да, потому что во мне была программа «Меня предают». Мы же в связке в кармической были все. У тебя была программа «Выбирай себя». Она у меня тоже потом передалась. Я предаю своих детей. Соответственно, могло быть всё по-другому. Как должно быть в идеале? Вот я сейчас выбираю себя, не детей, а себя. И у моих детей все чики-пуки и шикарно. Никто там не плачет, не болеет. Мама выбирает себя. У меня все шикарно, я вообще не обижаюсь, даже мне в мысли не придет. Потому что убрана говнопрограмма. И вот это очень важно.

Давай немножко поясним, что значит выбрать себя. На элементарных житейских примерах давай.

Ну вот, допустим, ты могла выбрать, ты имела полное право, как взрослая женщина, поехать, встретиться на свидание. Тебе 18 уже есть, твой ребенок не на улице, он присмотренный родственниками, и ты имела полное на это право. То есть, если бы ты поехала без чувства вины, то я бы сказала, ну, мама, она не приедет, ничего страшного, Лен, пойдем купим мне сапоги. И на меня бы это никак не повлияло вообще. То есть, твое чувство вины повлияло на то, что я... А могло быть вообще по-другому. Могли сложиться обстоятельства такие, что вы бы вместе с ним, он на машине, там, не знаю, был бы какой-то ухажер, вы

бы приехали... Нет, машины не было.

А был бы с машиной, понимаешь? Если бы не было этих... Да, если

бы я умела выбирать себя, умела бы выбирать.

Да, выбрала то с ты бы машиной мужика, и вы бы приехали ко мне, взяли бы меня, купили бы мне сапоги на мороженое, закинули бы меня бабушке, сами бы поехали кататься. То есть всем бы было хорошо. Но ты выбираешь себя, ты имеешь право на личную жизнь, ты женщина, ты молодая женщина. Ты меня не бросала под кустом. То есть мои дети, я сейчас езжу на конференции, куда-то уезжаю. И чтобы вы понимали, дорогие, я маме говорю, мам, мне нужна будет твоя помощь снукам, ты можешь отказаться, но это вообще не проблема. Она говорит, да, хорошо, я помогу. Я еду на пять дней и даже не вспоминаю там... Я не то что про детей не вспоминаю, а не переживаю, не волнуюсь. Вот там их на ночь, я не поцелую. Кто это сказал вообще, что мама 24 на 7? Я не знаю, зачем ты мне 24 на 7? Не надо мне ты 24 на 7 на самом деле. Ребенок тоже так учится независимости и всему остальному.

Ну, давай немножко вернемся к начальной теме.

Вот. И как мы проходили трансформацию. Вот это было событие, да? Потом определенное предательство я испытала. Опять же, пошла программа «Мама меня не выбирает». И пошло-поехало. И пошли повторяющиеся... И мама в твоем

сценарии жизненного пути, который ты подверглась, выбирая вот этот сценарий, что мама меня не выбирает, а выбирает каких-то мужиков, да? Да. Вот. Ты выгружаешь из себя маму, которая зачастую позволяет себе вещи, которые, скажем так,

Не подходит. Ну, недостойное поведение. Конечно, по божественным законам это было недостойное поведение. И я своими обидками, конечно же, еще это усугубляла. И тот факт, что я не могла даже маме, например, вот этот авторитет мамы, что я, например, обиженная на нее, и я выражать хочу свою обиду и злость, и я помню, я выражаю свою обиду и злость, и она сразу же раз меня затыкает. И у меня было такое, что я не имею права говорить о своих чувствах. И я закрылась.

В 10 лет, конечно.

Конечно, ну то есть, это было так, допустим, я говорю через обиду, да, мама сразу, не имеешь права, хлоп и схлопывается, и я всё, и я закрылась, и я перестала говорить о обидах своих, и, соответственно, оно всё держало нас. И вот так вот это всё накапливалось, накапливалось. И потом настолько меня задолбало, что мама меня не выбирает, что моя мама заболевает. И у неё здоровье пропадает, она не может больше налево и направо ездить по мужикам, потому что банально здоровья больше нет. И она оседает дома, да? И ты как бы, опять же, у тебя с твоей стороны это чувство вины. Ты не выбирала семью, ты шла за мужиками, но часть тебя понимала, что это неправильно. И чувство вины. Вот откуда, как ты думаешь, к тебе пришли эти болезни? Первая болезнь, когда твоё тело тебя подвело. когда ты чуть не умерла в реанимации?

Вот тогда я сошлась с мужчиной, да, и у него была отдельная же площадь, и мы... Я предпочитала находиться там, вот. Ну, я помню, когда я два дня не проведывала, не приходила к тебе. Тебе уже лет 14 было, по-моему?

Да, я уже была в девятом классе, да.

Да. Вот. И ты пришла с такой обидой, с такой прям боль в глазах. Прям чувствовала тебя. Я ж тебя чувствовала очень сильно тоже, кстати. Вот. И я еще вспоминаю, когда ты немного абсорбировалась, когда начался убертатный период, то есть когда ты стала подростком. И я помню, что я опять почувствовала ненужность. что всю жизнь я была тебе нужна, я прям чувствовала, что я тебе нужна, как мама, да? И вообще, я для тебя была всем. И ты для меня тоже самое, так же была тоже всем. Вот этот переломный, предательский вот этот момент, когда случилось вот это, меня предала мама, да? Именно, по-моему, это вот и случилась тогда именно отправная точка, когда мне стало опять не для кого жить.

И вот ты тогда так заболела сильно, причем инфекция перешла в сепсис, то есть на пустом месте буквально, да, иммунитет перестал. Зачем мне жить?

Для чего мне жить?

Да, да, да.

Человек, с которым я сошлась, это было так, для галочки, чтобы быть как все, вот такое было чувство, знаешь, что ну ладно, пусть будет, ну вроде бы мужик, да, ну штаны, да и все, понимаешь. ни любви не было тогда, ничего. И вот эта пустота, которой мы пытаемся заполнить свои пробелы в жизни, она Она работает на уничтожение, потому что если человеку не для чего жить, не для кого жить, и в этом есть смысл нашей жизни.

Я помню, вот эта болезнь твоя, после этого ты очень изменилась. То есть если раньше, да, вот эти были выбирания мужиков, там ещё что-то, вот этот переломный момент был, да? То есть, с одной стороны, моя энергия заставила тебя заболеть. Знаешь, что всё, перестань меня бросать. Мама рядом должна быть со мной. Я как привязала тебя. И с другой стороны, твоё чувство вины, ну сколько можно. И ты выбрала семью в тот момент. То есть, ты поняла, что ты не хочешь уже никуда от нас отлепливаться после этой болезни. Потому что мне тогда сказали, что мама твоя умирает. Нас готовили к твоей смерти, и в тот момент я очень хотела, чтобы ты жила. Это тоже был такой трансформационный момент, осознать ценность. Ну и что там, обиды, это все не имело значения в тот момент. Только лишь бы мама жила. Это тоже такая травма. Вот после этого пошёл, мы переезжаем, съезжаемся, да, и пошёл период, когда бабушка потом вскоре, дедушка умирает, то есть мы теряем, ты теряешь папу, я дедушку, там уходит этот твой муж, который с нами жил, мы его выгоняем, он там вскоре тоже умирает, вот эти пошли потери, чувство вины, вот это всё. И потом, вот я помню этот момент, когда бабушки не стало, а я в этот момент знакомлюсь с мужем со своим будущим, будущим. И в этот момент бабушка заболевает раком. И у меня вот идет вот здесь вот разрыв родовых программ, потому что по родовой программе я должна была жертвовать собой, никаких отношений. У меня тут бабушка с раком. И пошел вот этот переломный момент. Я беру и выбираю себя, несмотря на то, что моим близким я делаю больно. И вот бабушка умирает. Как это больно? На руках у меня умирала бабушка, у тебя мама. И вот вскоре, буквально не прошло и месяца, я все дни откладываю свадьбу, а я выхожу замуж. И мало того, как мы договаривались, сначала я побуду там до Рождества, потом я уеду в Ливан. А меня муж берет и говорит, нет, вот мы вместе уезжаем. И я выбираю своего мужа, а не маму. Ты одна, плохое здоровье, только что потеряла мать. Я помню, у тебя там был вес такой, ты еле ходила. И я беру и выбираю себя. И я потом, это чувство вины, оно очень много выгрузило всего. То есть я как бы как в тумане в каком-то нахожусь.

Морок. Опять поступил морок.

Да. И я делаю очень больно.

То есть это фильм был «Сумерки». Может быть, кто если помнит, то должны понимать, о чем речь. Когда человек попадает в то пространство реальности, где Ты себе не принадлежишь, что тобой управляют только вот эти вот деструктивные программы. А они там уже... Пировали от души, потому что каждый день боли, каждый день семь месяцев подряд. Ребята, я ходила, я на работу иду, кричу, чтоб люди не слышали, с работы возвращаюсь, кричу. В подушку, подушка утром была мокрая от слез у меня, и так вот каждый день, каждый день. Пока что.

Пока не появился Ян в твоей жизни.

Да. Муж. Вот это твой сейчас муж. Да.

И вот тут как важно, что это было нужно пути нашему душе. Я разорвала родовой цикл. Вот, да, выбрала не семью, а выбрала себя, выбрала мужа, скажем так. Ты отлепилась от меня и должна была найти свой смысл жизни без меня. То есть, а кто ты, когда ты не мама, да? То есть дети улетают. И это очень важно родителям, которые обожают своих детей, которые прям вот души в них не чают. ебаться от своих детей в хорошем смысле, потому что вот это, когда мы ставим ребенка на смысл жизни, я всю жизнь чувствовала, что я не до, потому что ты настолько говоришь, ты такая особенная, ты такая, вот ты достойна большего, тебе надо в политику, и тут я беру, выхожу замуж просто, да, и я просто жена, и никто, и я не достигла там каких-то ожиданий. И я вот эту всю жизнь чувствовала груз, что я должна оправдать какие-то ожидания, а я их не оправдываю, то есть я какая-то не такая. И вот у меня было вот это вот… Мама разочарована во мне. Хотя ты меня любила… То есть объективно ты мне ни разу не говорила, что ты во мне разочарована, ты наоборот гордилась всегда мной. А у меня было вот это ощущение, что ты разочарована. И я точно знаю, что у тебя в мыслях тоже было это разочарование, оно было.

Конечно, было, потому что это транслируется, это вокруг нас, витают в воздухе вот эти вот... И причем мы отзеркаливаем друг другу наши вибрации нашего состояния. Вот. Если я впустила в свою мысль, что моя дочь оказалась полной эгоисткой тогда, что надо было по зопе давать часто, то есть стандартными вот этими фразами, надо было не идти на поводу, надо было не потакать, потому что мы для тебя делали, ты сама помнишь, все, что было в наших возможностях. Собственно говоря, три взрослых человека работали на твое благополучие. Вот. Ну, у нас же как-то раньше считалось, купил что-то, значит, ты хороший. Если не купил, отказал, значит, ты какашка. В общем, все. Значит, я с тобой не дружу. Вот. И вот в моём мировоззрении всё утыкалось в это материальное обеспечение. Когда ты была подростком, я немножко хочу вернуться в это русло, когда ребёнок начинает формироваться как гормональная перестройка, когда начинается у человека, он автоматически начинает отклеиваться от своих мам и папы, потому что возникает там интерес к противоположному полу, какие-то интересы-прикольчики вот эти вот тинейджеровские, да, вот эти вот. И в поле родителей ребенку уже не интересно, ему там уже скучно. Ему уже не надо его забота, чтобы его в парк сводили, куда-то накачали карусели, или в кино сводили, или в театр. То есть за ручку водить уже его не надо, этого тинейнджера. Именно вот в этот период времени я чувствовала, я тоже эмпат по своей природе, ты знаешь это прекрасно. Вот. И я почувствовала, как ты от меня как бы открепляешься. Подружка Олька любимая стала, появилась с детского сада, друзья, и это оправдывало буквально все ваши выходки. Вот. Любые там ваши забаганки, пожелания.

И вот эта мысль про эгоизм, она пришла в этот момент. Как так можно, да, вот мать не ставить на первое место?

Да, потому что у меня была другая история, потому что я, моя мама была авторитарным человеком, она всех к ноге, всех к ногтю.

Ты не могла такого себе позволить.

Да, и весь дом жил, зависел от настроения моей мамы. Вот все обитатели нашей семьи, все зависели от ее настроения. И опять-таки, это уже моя говнопрограмма из моего детства, потому что я вспоминаю сейчас моменты детские, когда я на балконе стою на четвертом этаже, а брат возвращается со школы. И он кричит, Тайка, мамка дома? Я говорю, да. А, нет. Нет, говорю, нету. И он тогда... Хорошо, я еще погуляю на улице, а то она, если злая придет, то она меня потом не выпустит. То есть вот тогда мы уже зависели от настроения в детстве, мы зависели от настроения наших родителей. Злой, не злой. И эта форма была определяющая человека. Мама злая или добрая?

И вот видишь, благодаря твоей травме ты делала так, что ты позволяла мне мой эгоизм. То есть ты разрешала мне. Ты говоришь, я не хочу как мама, да?

Да.

Вот. У тебя вот это пошло. Но все равно мысль, что это эгоизм, твоя программа, она заставляла меня... Потому что

она вписана в моем ДНК была. Потому что она по родовой программе пришла. А в свою очередь моя мама вела себя так же со своей мамой, заботилась о ней. Причем она ее осуждала, там, всякие... Но заботилась. Но заботу проявляла, да. Потому что в наше время считалось, что любовь проявляется не словами, а делами. Вот это в наше время.

Любовь-то проявляется, а при этом, если ты чувствуешь несогласие, то это только хуже на самом деле. Ты видишь, как мы пришли разорвать цикл родовых программ? Ты пустила меня на волю, скажем так, даже тем, что ты думала, что я эгоистка, ты помогла мне стать этой эгоисткой и разорвать в каких-то… Ну, я говорю, эгоизм не из плохой точки зрения, а выбор себя. Эгоизм, то есть эго. То есть ты выбираешь себя. И вот это помогло мне выбрать себя. Я прям вот чувствовала, что я... Хотя как бы жертвенность программа во мне тоже есть, и родовые все наши тоже были. Но вот эта твоя программа, что я эгоистка твоей мысли, они мне помогли, они дали мне силы разорвать этот порочный круг и выбрать себя, даже несмотря на то, что я оставляла тебя больную, что я там все понимала. Когда я это сделала с чувством вины огромным. Да, все пошло по наклону. Чувство вины – это самое сильное топливо для деструктивных программ. Они этим питаются, они это кушают. И если бы я уехала без чувства вины, твоя жизнь была бы намного легче. Ты бы так не рыдала. Я уехала с этим чувством вины, и пошел раскол в наших отношениях. То есть мы были всегда близки, всегда хорошо, но мое чувство вины создало обиду друг на друга, этот ком чёрный. И вот я помню, ты приезжаешь в Ливан, первый раз я тебя привезла, да, и ты просто охреневаешь там от Ливана.

Да, да.

То есть ты видела свою дочку, которая там такая хвостом махнёт, свободная, да, такая. И тут я превращаюсь в куклу, куклу просто.

Манекен.

Манекен. Вот что ты тогда подумала, когда ты приехал?

Я потеряла вообще все в этой жизни. Это второй раз потеря смысла была. И опять-таки, смотри, чувство вины. В прошлый раз у тебя было это чувство вины. И второй раз, когда ты уехала, оставив меня, у тебя тоже это чувство вины было, правильно?

Да.

И оно лишает твое чувство вины по отношению к своей маме, что я плохо делаю своей маме, да? То есть я виновата, я недостойная дочь, я плохо поступаю. И вот к чему это приводит? К лишению смысла жизни для меня было. Вот, и я помню, я вышла тогда там, такие каскадом дороги такие, вот, площадочка, гора, площадочка, гора, и вот встала там на стоянку, вышла тогда, и опять рыдание, это было, второе моё имя, это было Плакса, знаешь, вот. И я стала... Небо, как сейчас помню, такое красивое, как будто бы оно со мной разговаривало через звезды. И я назначила определенную звезду мамой. И говорю, мама, рыдая, плача, забери меня к себе. Я говорю, я устала здесь. Ну, судя из того состояния, в котором я тогда находилась, то есть немощь, это раз, немощь тела. Здоровья нет, работа тяжелая, по сменам и вообще. И вот это был такой крик души, такой был вопль, вопль. И причем я когда тебя пыталась не то чтобы встряхнуть, взбодрить, чтобы ты вошла назад к себе и вернулась, потому что моей дочки там не было. Я не увидела там свою дочь. Да, мы с тобой, помню, и пасочки спекли, и как-то общались. Но у тебя такой был барьер, такая дистанция, вот как стена, как железобетонная стена между нами была. И я тебе говорю, Аня, ну как ты позволяешь, чтобы с тобой так себя вели? Для меня было дико, потому что надо мной мужчины никогда не верховодили и, так скажем, не командовали. Я не знаю, что такое было быть замужем. Для меня... Модель поведения моей мамы была как бы эталоном. Другого варианта я просто не знала, не видела. Мама верховодила в семье, в том числе и папой, хотя папа был у меня сильным духом. Он просто не так многословен был, как мама, и речь у него была не поставлена. Он не мог парировать ее тирады.

Да, и вот ты приехала, увидела другую модель поведения.

Я увидела вообще совершенно другого человека. Как будто бы ты чужой мне человек. Вот такое вот у меня чувство было, да. Я попыталась тебя немножко выправить там. Это неправильно там, это не так должно быть. Это вот сюда, это не туда. Вот такое вот. И я видела, как ты отторгала мои все вот эти предложения. То есть ты вошла в другое состояние сознания.

Да, то есть и тут очень важно, уроки, все кармические уроки, которые душа наша проходила, у меня был урок, скажем так, что родителей нужно уважать и не позволять своему мужу ни в коем случае унижать родителей моих же. Это было очень важно, что я должна была к мудрости твоей прислушиваться. Это не значит делать, как ты говоришь, но уважать тебя, не терять контакт. У тебя очень важный урок был. Понять, что я тебе не принадлежу, и принять мой путь, и понять, что мать не имеет права лезть в чужую... Ты привыкла, что у тебя бабушка любое могла сказать про любого твоего мужчину, там, обесценить, сказать, сделай так, и ты подчинялась, вот ты много... Ты не смогла вырваться из-под её, как бы, вот этого гнёта, да, про... Ну, опять же, бабушку очень любим. Программ вот этих вот. Ты не вырвалась из-под них, и тут я вырываюсь. И программа вот этого контроля, да, где мать как сказала, так и будет, да, мать лучше знает, она только разбивается, безусловно, любовью и принятием, только так. Когда ты такая обижаешься на меня, допустим, что я тебя не слышу, а я обижаюсь на тебя, что ты лезешь. Мы создаем вот эту волну, которая друг на друга, а эта программа борется с программой. Там нет победителей, там только жертвы, там все будет в шмятку просто. И так и случилось. Я сейчас не будем там очень долго рассказывать, но мы дошли до такого, я помню, мама приезжает второй раз, мы с мужем решаем забрать маму, она увольняется с работы. потому что там начинается четырнадцатый год, вот это вот все, я беременна, думаю, ну будет же бабушка, я ж как представляла себе идеальную картинку, что мама со мной, да, как бабушка.

Нянь, как моих детей и так далее.

Ну, ты знаешь, для меня было не то, что нянька в смысле физически, а вот хотелось мне.

А я в тот период времени, я видела себя как служанку в твоей семье, понимаешь? Я понимала, что если я останусь, со мной будут поступать там, Как с филиппинкой, как со служанкой.

Потому что ты не чувствовал своей ценности.

Да, да.

То есть было обесценивание у тебя, было обесценивание самой себя. Кто я такая, да? Потому что я помню, у тебя было очень сильно. Я не могу финансово никак поддержать, а если я не могу дать материю финансы, то я никто, я ничтожество. Ты обесценивала себя, мой муж обесценивал тебя. То есть, и у вас, это кармическая связка, мы все души вместе. И мой муж с моей мамой, это было два вот таких гиганта, я помню. То есть, они за меня боролись.

Да.

То есть, муж такой, она мне принадлежит, родовые программы, а мама, она мне принадлежит. И начинают бороться за меня прям. У них шо, у тебя у вас накал с Маруном был, и ты как его видела? Ты видела его как человека, который отобрал у тебя дочь. Ты мне, вот я помню, рассказывала. И он себя как вёл? Как человек, отбирающий у тебя дочь. То есть он меня всё время, да, ты должна мужа выбирать, ты мужа должна слушать. То есть, а он тебя видел как человека, который пытается разрушить его семью.

Врага, да, опасность.

Он тоже тебя такой видел. И, соответственно, ты вела себя так. И у них дошло до такого, что он ее толкал. Я беременная, он толкает мою мать, она падает на пол, она какие-то истерики устраивает, он какие-то истерики устраивает. В результате мы берем ее и выгоняем назад. То есть сначала мы ее забрали, а потом, говорит, мама, все, нахер, чемодан собирай. И рождается дочка, и я тебе даже не позвонила, не рассказала, и месяц где-то я не общалась с тобой. И мне было очень больно родить ребенка и не иметь мамы, почувствовать, да, вот эту вот…

Да, поддержку чрезвычайную.

И вот тут начинается выбор. Выбор был, да, ветки реальности. И любовь вот здесь вот, она… Сыграла кровь и любовь, да, я помню, мужа мама подошла, говорит, Ань, ну это же мама, ну как так не общаться? И я готова была к этому, то есть это я как бы сама себе дала пинок, и я помню, мы начинаем общаться, да, вот с тобой. И мы выбираем любовь, ты тоже, помню, начинаешь. уже как-то по-другому пытаться общаться. И начинается потепление в отношениях. Прошли этот разрыв, война, но мы выбрали любовь. Хотя можно было продолжать воевать и доказывать, кто прав. Вот так вот.

Я тебе хочу сказать, что, как правило, эта война, она закончилась бы моим трупом.

Конечно. И потом моей виной на всю жизнь.

Да, и твоей разрушенной жизнью.

И моей разрушенной жизнью, да.

Да, у тебя бы тогда не получилось быть счастливой, потому что с таким багажом, конечно.

А я помню, мы с мамой, когда ругались, у нас постоянно то машина сломается, то по деньгам трещит. Мама говорит, все, кто меня обижают, они страдают. Но на самом деле это так и есть.

На самом деле это всё так и происходило.

Да, вибрация, потому что не было благословения, благо, благословения. Благослова не было для нашей семьи. И у нас и по деньгам проблемы были. И забеременеть я долго не могла.

И Марун без работы сколько времени был.

Да, сколько было проблем.

И если бы не его родственники, которые помогали вам во всём.

Было бы тяжело. То есть, когда от матери нет благословения, у семьи никогда не будет полноценного, именно глубокого добра.

Поэтому, дорогие мамы, Я хочу, чтобы вы понимали, что какими бы болючими ни были ваши с детьми отношения, как бы вам ни было обидно, больно, Вот забейте на это все и скажите, я благословляю своего ребенка прям в слух, вот прям в голос. И желательно, чтобы ребенок это слышал. Любые выборы, которые совершают ваши дети, очень важно благословлять любые начинания и продолжения. Вот если не будет благословения от вас, то, увы, ваша дочь и сын счастливы не будут. Потому что мы являемся родители мамы и папы, мы являемся корневой системой для наших потомков. Именно корневая система, вот если кто-то знает, в компьютере тоже есть корневая система. И чтобы изменить там какие-то глобальные настройки, то есть убрать по умолчанию какие-то программы, если я не ошибаюсь.

То есть надо в корень идти.

Нужно заходить в корневую систему. Такая же самая история, мама-папа, плюс-минус, и корни лежат в нас. Но вот это

для мам, которые смотрят, да, это сообщение, а также смотрят люди, которые являются сами детьми, даже взрослыми у них там свои дети. Например, с мамой проблемы с папой. Но мама и папа, они не в трансформационных процессах, они не понимают этого. Вот здесь вот задача детей прям... Ваша обязанность, святая, начать разрешить себе жить с людьми, с родителями, которые вас любят и принимают. То есть убрать, вообще удалить мысли. Я, когда стала говорить себе, думать о тебе по-другому, то есть, что мама не зла моей семье желает, а мама мудрая, она, возможно, что-то говорит правильно, я могу слушать, могу не слушать. Я стала о тебе думать по-другому. Ты стала вести себя по-другому. То есть, когда я выбрала любовь, и знать, что мама меня любит. Вот я приняла. Несмотря на все твои действия, которые я сама же выгрузила, я стала думать о тебе по-другому, ты стала думать обо мне по-другому, и мы начали сближаться очень быстро. И тут неважно, что ты была первая в трансформации, мы из-за этого и пошли в трансформацию. Ты пошла обращаться ко всем молитвам Богу, трансерфинг реальности, психология, почему так. И ты меня этим тоже потом Ну, заразила, да, скажем так, разбудила.

Да-да-да. Именно заразила, заразила, да.

Я долго не слушала тебя. Я помню, ты мне много присылала, рассказывала, но моя душа была не готова к этому.

Да, сколько роликов ты просто оставляла непрослушанной.

Просто не смотрела, да. Но потом в какой-то момент произошёл вот такой щелчок, и я тебя услышала. И ты очень много писала. Я помню, что... Дочка, что ты писала? Что дочка тоже в трансформации, что ты передала мне свои знания, мудрость, да?

Ну, во-первых, это письма, которые корни наши спасают, лечат.

Прости, люблю, благодарю, обязательно.

Да, да. Вот, я тебе писала, и твоему мужу писала, и своим родителям, уже на тот момент умершим, писала, и брату писала, потому что у меня просадка пошла везде, по всем пунктам моей жизни. Здоровья не стало. Отношения личностные, несмотря на то, что я нашла себе второго мужа, и он был, как небо и земля, другим по своей природе, чем мой первый вообще, Никакашкин, я его называю. И там тоже... была такая глобальная стряска. Он меня лупасил, он меня унижал, он меня вообще всячески... И я сейчас смотрю на эту картинку, знаешь, что меня со всех сторон вот так вот... Трясли, колбасили. Да когда ж ты, блин, начнёшься? Когда ж ты проснёшься, блин, да? Да сколько... Что тебе надо ещё сделать, чтобы ты, в конце концов, начала соображать, начала задавать вопросы?

Я помню вот это трение, когда появился он, моя программа «Мама выбирает не меня». Вот, они там залезли в кредиты, чуть квартиру не забрали, какие-то проблемы пошли. Я помню, там обиды какие-то. Вот, ты там продала мою цепочку, взяла мою карточку, это же всё херня вот это была. И вот эти все обиды, они выгружались. И вот когда я простила тебя, не в плане, что вот я выше тебя, я тебя прощаю, а когда я сердце открыла, я приняла. Тот факт, что ты меня любишь, несмотря ни на что. И я тебя люблю, а всё остальное неважно. Вот когда мы выбрали любовь, пошла точка. И ты в этот момент очень много писем писала. И вот это потепление любовь в сердце, я помню, потому что я не занималась психологией, я не лезла, я вообще в тёмное была. И тут вдруг в моём сердце происходит потепление, вообще вот на пустом месте. И я начинаю говорить мужу, нет, про мою маму не говори так плохо. Нет, моей маме надо денежку отправить. То есть ты выбрала любовь, ты выбрала работу, трансформацию над собой, и ты на меня повлияла этим. Энергия твоя повлияла на меня. И я потом как будто от сна проснулась. Как я могу на маму обижаться? Как я могу вообще? Что я делаю? А то прям я о тебе плохо говорила, из обиды, да, обсуждала тебя с подругами, говорила, какая у меня мама, вот как так можно, чем больше я обсуждала, обижалась, как маленький ребенок то упала ногой. Чем хуже ты вела себя, тем хуже все было, тем хуже у нас были отношения. Как только я перестала, и вот это подтепление пошло в сердце любви, Доча, бедный

мой зять, слушай, ты, ну правда, прости меня, конечно, я тебе этого раньше не говорила, просто не было смысла в этих словах.

Опа, сейчас признание будет.

Да, да. Вот весь свой гнев, который был во мне от моей тупости, от моей глупости, я больше злилась на саму себя, потому что ну как можно докатиться до такой жизни, что газ отрезали, свет отрезали, вся в кредитах погрязла, сумасшедшая, здоровье потеряла, дочь практически потеряла и вообще... Ну, это уже дно, самое дно. Вот я дальше, хоть у меня была там пенсия какая-то. Ну, я помню этот момент, что ты

говоришь, идти просить милостыню.

Да, да. Остается вот идти, под церковь садиться. Ну, это уже вообще, это днище, с которого подъема бы вообще не было. Еще маленькая ступенечка, и все. И я бы перешла на другой уровень через смерть. Пришлось бы опять проходить все заново, рождаться, воспитываться и так далее. Но я тебе про зятя хотела сказать, что весь мой гнев был направлен на него, на беднягу. И посмотри, сколько ему не перло в жизни, как ему не везло, сколько он... Тыкался, мыкался, хотя он деятель, он козерог по природе, по своей. Он замечательный человек, добрейшей души человек. Я еще первый раз приехала, когда в Ливан, мне невестка говорила о том, что Аня будет так счастлива, он такой добряк, он такой замечательный. Я же вообще этого не видела. Вообще для меня это был монстр, который терзает моего ребенка.

И так и было.

И что ты для него сосуд для выращивания, его потомство. Вот до такой степени у меня были такие уничижительные мысли. И сейчас, говоря об этом, у меня нет ни чувства вины, ни чувства оправдания, ни чувства... Как я могла так думать? Угрызение совести.

Как выглядит исцеление? Исцеление выглядит так. Ты рассказываешь, как тебя мутузей лопасили, или ты кого-то убивал, и тебе вообще пофиг.

этом И не тебе при больно, да.

Не то, что даже не больно, а ты такой, ой, то я там... Убил человека, допустим, и тебе вообще пофиг. Вот это называется исцеление. Ты прошел этот кармический круг, кармический узел, вот эти все папки распаковал свои, потому что это же все игра и квест, и мы вот должны были найти выход. И пока ты его видела монстром, Да,

он меня отражал тем же самым. Да, он меня ненавидел всеми фибрами, и для него я была, это слово моя мама, это для него было такое триггерное.

И мне так из-за этого было неудобно все время, как бы, он мощная энергия, да, а я такая всегда была мягенькая, подстроится под всех. И я между вами, и я просто молилась. Думаю, боже, когда это будет, что мой муж будет принимать. Я смотрела на других, смотрю там тёщи с зятем, там что-то хорошо. Думаю, боже мой, ну я тоже так хочу. И мне бы мир показывал, как я хочу, вот. И я прям завидовала, ну так, белой завистью, да.

И причём мои мысли плохие, вот эти говнопрограммные, да. Они же обесценивали всё, что я старалась делать. Вспомни, я приезжала к вам в Ливан, когда я там что-то готовить пыталась, уборку, стирку, я это всё взваливала на себя, хотя мне было неописуемо тяжело это делать. Но я хотела, чтобы вам было чуть-чуть полегче, облегчить тебе твою жизнь. У меня было какое-то мамское стремление такое было, чтобы для тебя сделать что-то лучше, улучшить. любые мои действия, они были обесценены. Еду, что я не приготовлю, было невкусно, я такое не ем. И всё выливалось просто на мусорку. Ну, там кое-что ты поймёшь.

Я помню этот период, когда ты хотела всё время что-то сделать, а оно реально было смешно и не надо. А ты хотела сделать. И тут был твой урок понять, что твоя ценность не через действия, не через деньги, которые ты будешь давить. Допустим, да? А вообще, просто в твоём присутствии. А мой был урок ценить то, что ты делаешь. То есть, не выливать, да, там, мамину еду. А, да, допустим, я даже, мне она не нравится, ну, из благодарности сказать «мамуль, благодарю тебя», да? То есть, а ценить… Тут было вдвох, я обесценивала тебя, мой урок научиться тебя был ценить. Вот, и тут, кстати, очень важно, я сейчас вижу, я не ценила твоё присутствие в моей жизни. Вот тот факт, что ты есть. Вот этот момент. И это заставляло тебя пытаться доказать свою ценность. Оно как бы вот так вот шло в этом, в кругу. И вот этот вот момент, что мне надо было тебя содержать, ну, так как здоровья нет, пенсия там копейки, долги, я так злилась из-за этого. Но не из-за факта, что мне жалко на тебя было денег, а что мне приходилось мужу говорить, а у нас с ним было трение по этому вопросу. И это очень долго, много лет. Вот все это устаканивалось. И шла трансформация, то есть меня прижимало к стенке для того, чтобы я мужу говорила, отстаивала свою маму. И вы с ним, вот я помню этот момент, я хочу сейчас перемотать вперед, потому что люди, я думаю, поняли смысл, да, как мы друг друга. И вот у меня с мужем было очень... Вот мы приехали в Америку, тут все очень дорого. Когда я уже из Америки тебя во Львове содержала, высылала деньги, мне это было легко. И тут вдруг я поняла, что надо маму забирать. И тут трение с мужем начинается по этому поводу. И вот тут пошла моя трансформация. Я уже работала над собой, я уже писала письма, но я его видела как человека, который тебя не воспринимает. А потом я себе говорю, а с чего я решила, что я должна жить с мужем, который не воспринимает мою маму? Почему я на это соглашаюсь? Я на это соглашалась. И я говорю, нет, должно быть по-другому. И вот через письма, через всё, и потом через смелость его озвучить, нет, мы маму забираем. И да, мы прямо оплачивали отдельно тебе квартиру и кучу денег, да. И ничего, и нормально было. И всё было хорошо.

То есть ты не почувствовала никак по своему бюджету, что ты в чём-то себе улежаешь? Да.

И самое интересное, чем больше я тебе давала, тем больше мне приходило. То есть когда я смирилась, не то что смирилась, а из любви и благодарности, что у меня есть мама. Это вот момент произошёл, когда я тебя чуть не потеряла во время войны. Когда связи нет. Я не знаю, живатый или нет. А у меня были мысли, вот сколько денег на маму уходит, сколько вытекает туда. И вроде как я и обязана, а с другой стороны, блин, у нас у самих тяжело. И у меня была вот эта жаба, жаба меня давила, а потом эти программы выгружала в себе. И вроде казалось бы, да, маразм, но было. И я помню вот этот момент, когда ты в Мариуполе, я не знаю, жива ты, нет, и у меня выходит вот на одной весе, что все, мамой не станет, ну типа, ну зато тебе станет легче в плане, что перестанешь тянуть эту ответственность. И вот мама и деньги вот у меня стали, ну как, именно, вот реально.

Да, да.

И стала мама и деньги, вот я прям реально вот поставила на весы, и я такая, блядь, конечно, мама. Насрать на всё, на миллион. Я только, я увидела со стороны вот это себя, я говорю, да любые деньги готова дать, и я вот этот выбор делаю, что ты жива, и ты оказываешься жива. Это была тоже точка реальность, я могла. И такой выбор, и такой. Кот в мешке. Кот жив и мёртв одновременно. Я попала вот в эту вакуум, где от моего выбора зависела дальнейшая судьба.

Живая или нет, да.

И я приняла, и я знала, я уже была в трансформации, и я знала, что от моего выбора зависит твоя жизнь. Я это знала. И я такая вот... И у меня программа жабы. Типа ресурсы содержать, проблемы, головальняк. Ну типа ну отпустим маму, да, она перейдёт там в другую жизнь, и хорошо будет всем.

Ну да.

И я такая, нет, конечно, нет. И вот ты живая, и все, и пошла глубинная трансформация после этого. И благодаря маме я вот пошла в трансформацию с мужем. И тут, когда я тебя забираю в Америку, у меня появляется смелость. Ты была рядом, появляется смелость. То есть я вижу, что я рассказала маму, давай заберем, и я выжила, да, то есть никто меня не убил. Муж, ну, принял это через трение, но принял. Потом начинается еще, еще, и вот ты приезжаешь, у меня с ним эти трансформации, и я хочу, чтобы ты описала свои ощущения, когда я с мужем проходила трансформацию, он меня реально абьюзил физически, отбирал телефон, разбивал там компьютер, разбил телефон мне, угрожал мне убить всех, закрывал в комнате, мама об этом всем знала, и мама в этот момент Меня вот так говорит, так соберись, тряпка, пиши, люблю, благодарю, благодари своего мужа, забудь про развод, давай, пиши. Я помню, ты мне сказала, я приму любой твой выбор. Развод, развод, будем сейчас защищать тебя. Решишь, хочешь, мы сейчас пойдем тебя защитим. Твой выбор, дочка. И она не лезла, не вмешалась, не говорила плохо про моего мужа. Ее дочку, буквально, в физическом смысле. Абьюзят так, что там можно было полицию вызвать, а мама сидит вот так в центре, вот так вот на этом все наблюдает. Это пиздец было и тебе, и мне. Я не хочу даже знать, как это было для тебя.

Не надо, не надо. Это, поверь мне, это тот опыт, который не стоит проходить.

Верю, верю, даже вообще, даже не этот самый. И в этот момент, потому что ты была вот этим центром, То есть ты говоришь, как хочешь, дочь, любой твой выбор приму. Будет он говно, окей, мы тебя защитим, мы там вызовем полицию. Если ты будешь с ним, то окей, он в любом случае, я его люблю, твоего мужа. И вот этот вот выбор любви, не войны. Он трансформировал моего мужа из абьюзера, из эмоционально холодного человека который сейчас готовит бутербродики моей мамы, мы живем под одной крышей с её мужем, мы содержим маму, её мужа, то есть это абсолютно так, настолько естественно, они там не то что, они не лучшие друзья, но и они не враги.

Сейчас маленькую ремарочку. Друзья, Если вы являетесь детьми родителей, у которых нет возможности себя обеспечивать должным образом, займитесь этим вопросом. Вам будут приходить деньги, и вы будете еще в плюсе. Потому что Бог благословляет деньгами, если вы заботитесь о своих стариках. И не думайте, что вот, блин, хотела купить себе там сережки какие-то или колечко, а пришлось маме на лекарства давать. Даже не думай об этом, даже не сожалей, потому что тебе две пары сережек придет.

Десять.

И даже больше, да, да. Потому что когда... Человек получает свой багаж еще, плюс свой груз жизненный больных родителей, или старых, или престарелых, или инвалидов. Вот. Бог же ж заботится обо всех сразу. Обо всех сразу. И видя душу, чистую душу, с какой душой вот моя дочь стала меня воспринимать, говорит, да ну нафиг, это моя мама. Как я могу вообще, какие деньги, о чем речь, понимаете? И вот именно чистота помыслов, она дает возможность людям получать благословения через что? Через деньги, через какие-то благородные события?

Когда у меня наладились отношения с моей мамой, когда я встала на сторону того, что моя мама – это глава рода, что она мудрая, я стала её прислушиваться, к ней слушать, у меня полилось финансовое благословение в мою жизнь. Полило, залило, залило. То есть, да, я при этом параллельно узнала о техниках работы с деньгами, активации.

Ну, конечно.

Но я именно об этом и узнала, об этих техниках, понимаешь, потому что у меня пошло твоё благословение. Я перестала сопротивляться. Вот это вот сопротивление, оно сжимает всю благодать. Когда я принимать начала, Ситуацию такой, какая она есть, с благодарностью, что у меня есть мама, да вообще хорошо, что у меня есть мама, которую я могу содержать, да? Когда, что такое эти деньги? Это всего лишь бумажки. У меня полились эти деньги. А до этого, когда я жалела, жаба давила отрывать, ну реально их было мало, их реально было мало.

Да, потому и было мало.

Я питала энергией, у меня мало, у меня нет, мне жалко. То есть я питаюсь энергией. Сценарий у меня нет, у меня мало, мне жалко. И я жила в замкнутом круге. Когда я стала отдавать с благодарностью, потому что это на благо, пошло благословение, и я питаюсь сценарием другой. У меня всегда есть деньги на мою маму. Для моей мамы, да, и вообще у меня всегда есть деньги. И плюс мои техники вот эти, в активатор финансов, который я проходила. И все, и я забыла, что такое... какие-то финансовые проблемы. Но я помню, вот еще был узел, да? Когда тебе было как-то стыдно... Да, и, кстати, этот узел был... Стыдно принимать у меня, да?

Да, да. Я, сидя на твоей шее, как я себя назначила, да? Что я сижу у дочки на шее, и от этого мне некомфортно. От этого я пыталась... И, кстати, это тоже стало некоторым таким движком для моего развития в том числе. Потому что если бы я просто сидела на твоей шее и просто испытывала чувство вины за это все, и ничего бы не делала с этим, то, конечно бы, я не знаю, даже ветку реальности, даже не хочу туда смотреть, потому что это не моя была история. Я находила себе, не имея возможности ходить на работу, я искала работу на дому,

Да, это когда ты же тогда выучила торо, на торолога выучил столько всего разного. И твоё знание торо, потому что это торо, это не просто карты почитать, это поток. То есть ты сосуд, через тебя проходит поток. Я помню, как мне помогло всегда. Вот торо, я его сама не изучала, но я к тебе приду, Я помню, мам, давай посмотрим, какие у меня блоки. И ты говоришь там, мы посмотрели, ага, вот это, вот это, вот это. Это не как диагноз был, да, то, что только так. Это я говорю, ага, значит, у меня есть мысли, там, чувство вины по поводу мужа.

И да, это действительно, и ты заглядывая, вот тебе как подсвечивают. Так, тебе нужно убрать какие-то... Узел где-то есть с мужем еще, где-то есть узел доверия к людям, есть узел там... подруга там или еще что-то.

Я помню, там про подругу смотрим расклад, а у нее по отношению ко мне, допустим, там зависть, еще что-то, еще что-то. И вот в 3D матрице люди смотрят такие расклады, о, вот она такая всякая, а мы с тобой вот всегда в связке, я смотрю так, у моей подруги, и у неё реально в тот момент ко мне была бы, допустим, зависть. И я смотрю в глубину, где я о ней думаю плохо, почему я обесцениваю себя, что со мной не могут там просто так дружить, да? Или где я завидую, где я... Ну, то есть там разные были. И я помню, убирается это всё сразу. Мгновенная трансформация. То есть мы с тобой в такой связке проходили трансформацию. Это так прям, я благодарна за этот опыт. И я, кстати, хочу сказать, это не реклама, но это реклама в прямом смысле, потому что такое благо. Те, кто попадали к маме на торора склады, вот именно на диагностику, почему проблема с отношениями, почему эта ситуация. Это такая ценность, когда тебе могут подсветить И я уже теперь и маме могу подсветить, потому что я уже как бы выросла, да, намного где-то в моментах больше. Но вот эта мудрость идёт всё, что касается отношений с мужьями, с родителями, родовое. Это, Кладис, вообще для меня ты просто эталон, потому что всё вот это родовое, ты действительно хранительница рода, и ты видишь вот эти узлы, ты видишь вот всё это. Это настолько ценно.

Мне буквально сегодня отписалась девочка, была у меня на консультации. Так вот она... Я ее первый раз, когда мы с ней... Первый раз ее консультировала, у нее были... Запрос что? Куда переехать? Лучше жить. Быть ли с этим мужчиной или не быть. То есть стандартные вот такие вот проблемы. Но это следствие. А надо смотреть в корень, в корень, да. И всех, у кого проблемы с мужчинами, это если вы девушка, или же наоборот, если вы мужчина и у вас проблемы с женщинами, зрите в свое отношение к вашей матушке, к вашей маме. Потому что именно энергии, которые вы получаете через поток от мамы энергетический, который к вам, он бесконечно идет, даже после смерти ваших родителей. Потому что это, говорят, ДНК несет информацию. Вот это вот и есть база, это и есть ДНК, это и есть корневая папка вашего рода. В частности, ваша личная папка. И вот нужно пересматривать отношения к своим родителям. И попробуйте ощутить и почувствовать просто благодарность, что они являются точкой входа в эту игру, в этот мир, в эту жизнь. Ведь вы же в жизни не всегда сплошь и рядом страдаете, правильно? Или неприятности какие-то вот случаются с людьми. Но сколько хорошего происходит вокруг вас, сколько вы можете спектр эмоций чувствовать, спектр вкусов, спектр запахов. Совершенно можете улучшать своё пространство, можете создавать, творить всё, что захотите в этом мире. И вот за это всё будьте благодарны вашим родителям. Не надо впадать в игры разума. «Игры престолов», кстати, это про игры ума. Вот. Этот сериал сняли именно, если смотреть уже из другого контекста внимания, то видишь тогда, как один то сказал, тот ответил, тот подумал, а вдруг он так подумал. А мы вообще не имеем права думать даже за то, что думают другие. Это такой коламбурчик получается, потому что откуда ты знаешь? И вообще, ты должен верить только фактам, то есть, что ты увидел, что ты услышал и что ты ощутил. Воочию верить только нужно своим глазам, своим ушам и своим органам чувств. А думать за других, уж позвольте эту сферу оставьте ее Богу.

Это очень важно. И я вот хочу, чтобы ты делала плохие вещи по отношению ко мне, я делала плохие вещи по отношению к тебе. И вот когда ты выходишь за этот круг, ты видишь, как этот морок, как эти деструктивные программы наши же внутри нас, они заставляют человека поступать. Но это все в связке, как бы у человека тоже есть там свои программы. И кто-то должен разорвать этот круг, кто-то должен выбрать. А разрывается круг всегда, только через принятие и безусловную любовь. Все, по-другому круг никак ты не разорвешь. Ты никогда не докажешь программе, что она программа, потому что у нее есть только сценарий. Она вне сценария думать не может. Всё. И только когда ты выбираешь безусловную любовь, программа слетает и открывается душа. А с душой, конечно же... И человек такой, боже, что я делаю? Как я... Что происходит, да? То есть вот это вот слёт идёт, как снимаются очки. И вы думаете, что они такие люди плохие, типа они там так плохо поступали. Нет, это ваши программы, активировали в них их программу, и две программы игрались и питались вашей эмоцией. Это было нужно для трансформации наших душ. И я очень благодарна, что мы вот так вот разбудили друг друга, что ты меня, я тебя. Ты проснулась, меня разбудила. И я сейчас вижу, вот допустим, как у меня с мужем, да, как я боялась ему что-то сказать, еще что-то, что он меня там будет бить, убьет, еще там бросит, заберет детей. И какой этот страх вообще?

В некотором смысле ты, потому что ты предполагала его мысли, что он может подумать о том, что ты скажешь ему, или что вот ты сразу... предугадывала ответ, который ты хочешь, который возможно услышать, да, от твоего закидона этого.

Да, это и есть кармический круг. Это он и есть.

Да, вот это вот и есть колесо сансары. Вот это вот. Это вот и есть. Пока ты в колесе бежишь, бежишь, бежишь, ты будешь бегать бесконечно там, безостановочно. Но стоит тебе Выпрыгнуть, сказать, откуда я знаю, какая будет его реакция. А чем, черт не шутит, пойду-ка я спрошу, да?

И ты к этому идешь, но я к этому пришла только в тот момент, когда мне стало все равно, какая у него будет реакция. То есть, я была готова к любой реакции. И тогда я начала говорить свою правду. То есть, когда я сказала, будет бить, ну окей, будет бить, вызовем полицию. Убьет, ну пойдем следующее воплощение. Заберет детей, значит им по судьбе так, чтобы они росли без мамы. Рано или поздно я их увижу. То есть, я была готова к любым сценариям, вот вообще к любым, я об этом видео записывала, можете посмотреть. И я начала говорить. И что стало происходить? И я еще себе сделала важное разрешение. Я разрешаю себе быть в отношениях, я не согласна на меньшее, чем там, где я полностью могу быть самой собой, там, где меня принимают такой, какая есть, меня ценят, любят и уважают. С ним, не с ним, вот стало пофиг. И что стало происходить? Он стал меня слышать. Он стал понимать мои границы, он стал менять своё поведение ко мне, к детям. Причём это происходит вот на глазах, на глазах, вот прям не через годы. Я сказала, раз поменялось. Я сказала, раз поменялось. Это... И ты сама видишь, как он к тебе поменялся. Придёт, бутербродик маме там какой-то принёс, что-то там пришёл, пошутил. Это люди, которые били друг друга. То есть вы, ну... Это вот вообще, да? И когда мы думаем, что вот эти отношения, мы смотрим на этого мужа или на эту жену, да, и ненавидим их, мы ненавидим свои программы в них. Мы такие, вы меня так уже достали. И вот когда вас достанут ваши программы, когда душа готова раскрыться, и вы готовы попрощаться с программой, тогда вы идёте вот на вот это трение, там, развод-неразвод, и дальше, если вы всё, по вибрациям вы выросли, человек либо сам отпадёт, ну то есть он как бы исчезнет, из вашей жизни, либо вот этот же человек, он трансформируется, то есть будет либо так, либо так, но когда вы готовы, я стала готова, вот просто к любому сценарию, и когда я стала готова, окей, я скажу маме, что, допустим, я не могу тебе сейчас дать в этом, у меня реальности нет, я скажу как есть, не буду чувствовать вину, у меня начало появляться деньги, понимаешь, на тебя. То есть, когда ты стала принимать, да, что от меня деньги?

А, да, кстати, мы вот этот момент, да, когда мы на торо переключились. Так вот, у меня было такое, что это неправильно, что я беру деньги от своей дочери, что я не имею права на это. Я долго с этим жила, вплоть до того момента, как мы переехали в этот дом.

Да, это совсем полгода.

Я вспомню, я искала клиентов, пыталась сама зарабатывать. Хотя это не покрывало мои расходы вообще. Основная нагрузка финансовая ложилась на тебя. И мне вот так неудобно было, неловко было. И, кстати, вот это чувство неудобно, Это не только от мамы, мама, когда деньги не может у дочки брать. Это в любом, в любой истории. Вот, уберите ваши неудобно. Говорят же, что неудобно спать на потолке, одеяло падает.

Вилкой суп кушать.

Да, да, да. Вот это вот неудобно. А что касается благословения, вот, я, я поняла, что все, что дается «Через тебя мне»— это благословение от Бога. Вот. Просто через тебя. Либо через кого-то из других людей. Либо через клиенток. Либо через работу как-то. Через мужа работу. Подработки, когда он ходит. Вот. Это всё благословение Бога.

Да, и кто мы такие, чтобы его не принимать?

Конечно, конечно. Кто мы такие, чтобы отказываться от Творца Благословения?

И финансовый поток идет через тех людей, которые дают с чистым сердцем, потому что Бог может направить твою руку, да, условно там, дай этому человеку на чай не 10 долларов, а 100, а если ты будешь сжаться, А может именно в этот момент? Именно этому человеку для него это критическая точка в его жизни. И Богу нужны сосуды чистые, которые пропускают. Я поняла, окей, Бог обеспечивает тебя через меня. Окей, я даю, я пропускаю. И что произошло? Я переехала в крутой дом, езжу на крутой машине, живу в шоколаде условно полностью обеспечено. То есть, как только я разрешила себе пропускать поток божественной энергии, и говорю, Боже, вот если Богу надо на маму, значит на маму, Богу надо дать на чай кому-то в три раза больше, значит даем. И ты даешь вот просто не из эго, не из эго. Вот я не давала тебе, вот мам, я тебя обеспечиваю, будь мне благодарна. Вот ты просто даёшь, и вообще, может, даже спасибо мне не говорить. Вообще, это просто от Бога тебе, всё через меня. И вот тогда пошло благословение, тогда к тебе пошли клиенты. Так интересно? То есть, когда мама отсмирилась, окей, Бог меня так обеспечивает, я смирилась. Пошли клиенты, пошли в личную работу люди. Я так благодарна, я так хотела, чтобы к тебе шли клиенты. Не потому, чтобы ты себя обеспечила, а чтобы ты увидела, как ты трансформируешь людей. И я так вот мечтала об этом. Ну и опять же, я хотела тебя реализовать, да, за тебя. А потом я такая говорю, так, если мама не хочет реализовываться, это ее право, все, я от нее отцеплюсь. И когда я отцепилась своими мыслями от того, что тебе там надо клиентов, пошли в личную работу клиентов, еще у которых трансформация так бум-бум-бум буквально так быстро пошла.

Да, да, вообще удивительно. Вообще прекрасное такое событие, состояние такое кайфовое. Вот когда ты не просто получил зарплату и все, забыл за человека, а когда тебе пишут, я не говорю, у меня мурашит сейчас прям по всему телу.

Вот, когда пишут, что... Маму захотелось обнять, там потепление. Ты мне пишешь, когда ты мне рассказываешь, я такая благодарная. Потому что испытать счастье, быть собой в отношениях, неважно, с второй половиной, с мамой. Вот я могу быть с тобой собой. Это такая свобода. Я могу быть любой, и ты меня любую любишь. Я и так же к тебе прислушаюсь. А ты можешь быть собой. И ты можешь мне сказать, Ань, твоё эго зашкалило здесь, да? И я не обижусь, а я такая, да, мам, я вижу, благодарю тебя. Или нет, мам, здесь не так. Или

в этот момент нет, а потом на следующий день да.

У меня когда эго зашкаливает, такая, так, это эго сейчас говорит. Я такая, нет, нет, моё эго, нет, нет.

Это в тебе программа говорит, да, как у нас с тобой здорово такие перепалки случаются.

Мы здесь сидим, вот даже вот это счастье просто, когда я сижу и такая, мам, я сейчас чувствую по отношению к тебе вот раздражение, а я чувствую вот это. Думаю, так, что за программа? Раз выгрузили быстренько программы друг с другом. Это такая свобода. И сейчас я перешла в свободу быть собой в отношениях с любимым мужчиной. Это вообще, я не представляю, как я жила до этого вообще вот в этой клетке, в которой сама себя. И я вижу, как я, выбирая себя, благословляю детей, тебя, мужа. У всех всё начинает налаживаться. Это вообще, это такое счастье. Сколько лет мы своей виной, своей ответственностью за эмоции других, мы за кого-то там отвечаем, мы не давали им трансформироваться. Когда я перестала нести ответственность за твои эмоции, за твое состояние, за твою самореализацию, у тебя пошло в плюс. Когда я перестала нести ответственность за эмоции мужа, не ранить, не обидеть, не позлить, у него пошли сдвиги, с дочкой отношения налаживаются, там еще что-то у нас налаживается. То есть, дорогие мои, берите просто все ваши страхи. Трансформация – это процесс. Мы сколько лет этим? 15 лет?

С восемнадцатого года.

Ну такой более, когда начались практики у тебя с восемнадцатого года, и я начала тоже. Ну такой самый основной четыре года у меня процесс. Но вот то, что мы прошли с тобой, наша же реальность из нас создается. Это позволяет людям не проходить такой длинный тяжелый путь. Вот если вы попали на это видео и посмотрели его аж сюда, то вы просто счастливые, потому что вам не надо проходить будет уже этот Крым-Рым. То есть вот это поле наше, оно передает вам сейчас коды просто, и вам не надо так мучиться будет. У вас будет это как бы разрешение быть собой, у вас будет приходить оно как бы из духа, из этих вот информационных кодов, которые вам сейчас передались. И вот я очень надеюсь, что этот эфир посмотрел тот человек, которому сейчас это очень надо. Я знаю, что поле даст это видео тому, кому надо.

Ты, главное, не бойся.

«Не ссы в компот, там вишенка». На Мариуполе так говорят. Обратная сторона трансформации, она прекрасна. И если меня спросить, пошла бы я еще раз и прошла бы я этот путь, чтобы быть, как я сейчас, в состоянии свободы, я бы даже не моргнула глазом и пошла бы заново. То есть, если бы мне сказали, что ты можешь жить как бы ок, ну типа будет все ок, но ты вот будешь где-то, не пройдешь вот этот путь. Или пройти вот этот жестяк и быть, где я сейчас, второй вариант. Всегда. Даже не моргнув глазом. Я бы никогда не хотела быть на полутонах.

Мне сразу на ум приходит эта Библия, эта инструкция по технике безопасности, друзья.

Это отдельный эфир будет, да?

Да, да. И это действительно книга, в которой есть ответы на всё. Абсолютно на любые ваши вопросы. И вот там мне приходит... Слова Иисуса были, что никто не приходит ко мне, кроме как через страдания.

Да. Через трездня развивается душа.

Только так. Но не забывайте, что сейчас новая эра. Эра водолея. Эра информационных потоков. Вода— это... Я ассоциирую ее с информацией. И водолей— это текучесть, гибкость, что можно в любую щель мелкую пролезть. Там, где раньше дороги не видно было, вода везде найдёт для себя проходы. И сейчас нет надобности проходить такую жестяковую трансформацию, чтобы прийти пробуждению, потому что сейчас новые энергии. Вы слышите это со всех утюгов, со всех чайников.

Так и есть.

Да.

Потому что когда люди проходят глубокую... Мы же в одной ветке реальности, в одной карте с вами игры. И если я прошла эту глубокую трансформацию, то людям в моей жизни, которые еще не были пробуждены, у них это будет происходить вот так по щелчку, по щелчку, по щелчку, вот так. Будут трения, но они не будут такими уже И каждый из вас, проходя свои трансформации, вот вы сейчас на пути, вы прошли путь, вы будете людям в вашей жизни, в вашей карте, тоже они будут пробуждаться быстрее рядом. Вам даже не надо ничего никому будет рассказывать. Закончить. Оставлю информацию, кому интересно обратиться к маме на консультацию. Я тоже провожу выгрузки-загрузки программ. Я оставлю информацию. Приходите в телеграм-канал к нам.

Эфир будет этот записан?

Это эфир? Да, они будут записывать, смотреть прямо уже. Вот. Так что можете оставлять комментарии, свои истории делиться, и будем благодарны. Все, я встаю, отключаюсь. Нет у меня такой бипочки, чтобы отключить еще. Хорошо. Благодарю всех, кто слушали.

Пока-пока. Увидимся еще.